NaziReich.net - Исторический интернет- проект о Третьем Рейхе и национал-социализме в Германии в 1933-1945 годах.
Главная Контакты Карта сайта
26.06.2017 г.
 

Сталинград - сентябрьские бои

Вот уже несколько недель кипели ожесточенные бои в районе реки Чир. Здесь обескровленные советские дивизии пытались остановить продвижение 6-й армии к Сталинграду. Окружая и уничтожая советские части, 16-я и 24-я танковые дивизии завершили окружение восьми советских стрелковых дивизий в районе Калача. С вершины небольшой возвышенности на берегу Дона немецкие танкисты смотрели на поселок. За Калачом степь простиралась до самого Сталинграда. Ночью тысячи окруженцев начали прорываться к своим, стрельбы доносилась отовсюду. Обе стороны несли большие потери. Немецкий военнопленный из похоронной команды 76-й пехотной дивизии на допросе сказал, что порой они хоронили до 80 трупов за день.

А в самом городе полным ходом шла подготовка к обороне. Было мобилизовано все население, включая и детей. Заводы Сталинграда перешли на выпуск военной техники. После разделения фронта 21 июля на Юго-Восточный и Сталинградский командующим последнего был назначен генерал Андрей Еременко. 4 августа новый командующий вылетел в Сталинград. Позднее Сталин снова объединил два фронта в один.

21 августа 1942 года пехотные подразделения корпуса фон Зейдлица форсировали Дон на надувных лодках, а позднее навели переправу близ деревни Лучинская. Сразу после этого головные пехотные батальоны начали переправляться на другой берег реки. К вечеру 22 августа был готов мост, и по нему начали переправляться части 16-й танковой дивизии Хубе. В ту же ночь советская авиация нанесла бомбовый удар по мосту, в результате чего большое количество боевой техники были разбито. Сквозь тишину ночи прорывался вой советских "катюш", приводящий новобранцев в ужас.

На рассвете в 4 часа 30 минут подразделение фон Штрахвица, входившее во 2-й танковый полк, двинулось к Волге. Степь была великолепным местом для движения танков. Грузовики, танки, бронетранспортеры, мотоциклы неслись в открытой степи. Солнце еще не достигло своего зенита, когда генерал Хубе приказал остановиться. Через некоторое время в небе появился немецкий связной самолет. Это был генерал фон Рихтгофен, теперь уже командующий 4-й воздушной армией. "Воспользуйтесь сегодняшнем днем! Вас поддержат 1200 самолетов, а вот завтра я уже ничего не смогу вам предложить". По приказу фюрера вся авиация направлялась на Сталинград.

В полдень танкисты, щурясь на солнце, увидели в небе тучи бомбардировщиков. Они летели к Сталинграду. Черные тени покрыли степь, а воздух наполнился воев сирен - летчики приветствовали наступавшие войска. А вдалеке уже виднелись черные клубы дыма...

23 августа 1942 года стал для жителей Сталинграда одним из самых ужасных. Немецкие самолеты словно поглотили небо. Они бомбили весь город равномерно, применяли зажигательные бомбы. Пригород Сталинграда, состоящий в основном из деревянных построек, выгорел почти полностью. От многоэтажных зданий остались только стены. На берегу Волги бомбы попали в цистерны с горючем, в городе уже просто не существовало телефонной связи, водопровода. А волна немецких самолетов сменялась следующей.

Авианалет на Сталинград стал самым массовым на Восточном фронте. 4-я воздушная армия совершила тогда 1500 вылетов, сбросив 1000 тонн бомб и потеряв при этом только 2 самолета. Только за первую неделю налетов в Сталинграде погибло около 40000 человек.

Когда немецкие самолеты бомбили город, 16-я танковая дивизия продолжала продвигаться по степи, не встречая сопротивления. Правда, в районе Гумрака немцев остановила зенитная батарея, которая состояла из девушек-добровольцев.

После многодневных ожесточенных боев немецкий XIV танковый корпус 23 августа прорвался в район Вертячего и, рассекая Сталинградскую оборону на две части, вышел в район Рынка. В 4 часа 25 августа танковый полк 16-й танковой дивизии вышел к Волге. 62-я армия оказалась отрезанной от основных сил Сталинградского фронта, поэтому ее передали Юго-Восточному фронту генерала Еременко. Танкисты уже начали фотографировать великую реку, как по ним был открыт огонь. Немцы были вынуждены развернуть танки и подавить огневую точку. Большую опасность представляли зенитные батареи - "До самого вечера нам пришлось биться против 37 вражеских зенитных позиций". С выходом танкового полка к Волге севернее Сталинграда, армии Еременко были поставлены на грань поражения, так как он сосредоточил основные силы на юго-западном направлении для обороны против дивизий Гота. Сталин запретил минирование заводов, чтобы это не дало повода для эвакуации войск. Город приказано было защищать до последнего. Рабочие, не занятые на производстве, записывались в милицейские бригады. Многие из этих бригад держали оборону против 16-й танковой дивизии вермахта. Еще утром 24 августа силы Сталинградского фронта начали наступление на северные позиции корпуса для ослабления его нажима на город. 25 августа Рихтгофен вылетел на встречу с Паулюсом и фон Вейдлицем (командиром XIV корпуса) в штаб 76-й пехотной дивизии. Утром немецкая воздушная разведка доложила о концентрации советских войск к северу от Сталинграда. В результате советского наступления части XIV корпуса оказались отрезаны от своих тылов, а снабжение доставлялось по воздуху. Но Паулюс считал, что быстрая победа под Сталинградом окончательно решит проблему, поэтому, когда генерал Витерсхейм стал настаивать на частичном отступлении, он был немедленно отстранен, а на его место назначили генерала Хубе.

Переправив основные силы через Дон, немцы начали теснить обороняющихся, поддерживая свои сухопутные силы ударами авиации. Также многое зависело от продвижения 4-й танковой армии. Гитлер приказал Готу оставить один танковый корпус на Кавказе, а основные силы бросить на Сталинград. В районе озера Сапра советские части оказали сильное сопротивление 4-й танковой армии, особенно 91-я стрелковая дивизия.

К 30 августа войска Юго-Восточного фронта под давлением превосходящих сил противника отошли на внешний, а затем на внутренний обвод. 62-яи 64-я армии заняли оборону на линии Рынок-Орловка-Гумрак-Песчанка-Ивановка. 31 августа передовые части XXVIII танкового корпуса 4-й танковой армии достигли железнодорожной ветки Сталинград-Морозовск. Так немецким войскам представилась прекрасная возможность окружить остатки 62-й и 64-й армий, но пехотные дивизии двигались слишком медленно, а наступление танкового корпуса с севера на юг Паулюс посчитал слишком рискованным.

В этой сложной обстановке Верховное Главнокомандование СССР приняло решение перебросить в район Сталинграда все резервы и организовать отвлекающее наступление к северу от города. Было принято решение передать Сталинградскому фронту 24-ю, 1-ю гвардейскую, 66-ю армии. Эти армии должны были нанести удар по танковому корпусу и прорваться к окруженной 62-й армии. Наступление 1-й гвардейской армии (под ее прикрытием нужно было вывести в исходные районы 24-ю и 66-ю армии) было назначено на 2 сентября. Но из-за отсутствия горючего и растянутости в пути входящие в состав этой армии войска к утру 2 сентября не вышли на исходные позиции. По просьбе командарма Москаленко (командующий 1-й гвардейской армии) атака была перенесена на 5 часов 3 сентября. Наступление 24-й и 66-й армий назначено на 5-6 сентября.

В то время как 1-я гвардейская армия готовилась к наступлению, 24-я армия воссоединилась с 66-й. формирования прямо с поездов начинали продвижение вперед, зачастую даже не зная своего истинного местоположения. Командир 221-й стрелковой дивизии даже не знал, к какой армии относится его дивизия. 1 сентября он приказал разведроте разбиться на группы по 10 человек и выяснить, где же находятся немцы. Группы двинулись за железнодорожное полотно Сталинград-Саратов. Дивизия последовала за ними. Вскоре показались немецкие самолеты, но дивизия успела рассредоточиться. Вернувшиеся разведчики доложили, что видели немецкие отряды, но определить линию фронта не смогли, так как ее просто не было.

3 сентября после артподготовки 1-я гвардейская армия перешла в наступление, но продвинуться смогла только на несколько километров. Тут же поступил приказ Ставки начать наступление силами 24-й и 66-й армий. Жуков доложил Сталину, что наступление необходимо отложил еще на два дня, так как армии будут наступать без помощи артиллерии. На немедленном наступлении настаивал Еременко, но тогда Жуков мог послать только самолеты, которые и нанесли мощные удары по немецким позициям.

На рассвете 5 сентября по всему фронту 24-й, 1-й гвардейской и 66-й армий началась артиллерийская и авиационная подготовка. Однако плотность огня была недостаточной. Сразу после начала атаки стало ясно, что артподготовка не дала желаемого результата. Через два часа их докладов командующих войсками стало известно, что на ряде участков противник остановил продвижение советских войск. Разведка доложила о перемещении танков и мотопехоты из района Гумрака и Орловки в район наступления. Самолеты Люфтваффе нанесли удары по наступающим частям. В ряде мест наступавшие дивизии были вынуждены вернуться на исходные позиции. За день тяжелых боев советские части продвинулись лишь на 2-4 километра, а 24-я армия осталась почти на исходных позициях.

Но обстановка на подступах к городу требовала активных действий на других участках фронта. К вечеру войска получили подкрепление, им подвезли боеприпасы. Было решено за ночь подготовить новую атаку. "Продолжайте атаки, - приказал Сталин. - Ваша главная задача - оттянуть от Сталинграда возможно больше сил противника". Всю ночь на 6 сентября советская авиация наносила удары по немецким позициям. Кроме фронтовой авиации, была введена в бой авиация дальнего действия под командованием генерал-лейтенанта А. Е. Голованова. Однако атака, предпринятая этим днем, опять была отбита противником, но с большими потерями для самих немцев. К 10 сентября командование Сталинградского фронта окончательно убедилось в том, что своими силами прорвать оборону противника и соединиться с войсками Юго-Восточного фронта невозможно. К 11 сентября наступательные действия 66-й, 24-й и 1-й гвардейской армий были прекращены. Основным фактом, который повлиял на наступление было малое количество артиллерии.

На докладе у Верховного 12 сентября, объясняя причины неудачного наступления, Жуков и Василевский пришли к выводу, что надо искать "иное" решение. Результатом их работы в Генеральном штабе стал план о разгроме Сталинградской группировки противника. Генералы пришли к выводу, что такая операция возможна только при сосредоточении всех резервов и только в середине ноября. А тем временем Паулюс подтягивал к городу танковые части, готовя первое наступление на город...

Сентябрьский штурм

"Время - это кровь"

Чуйков, командующий 62-й армией.

"Еременко докладывает, что противник подтягивает к городу танковые части. Завтра надо ожидать нового удара. Давайте сейчас же указание о немедленной переброске через Волгу 13-й стрелковой дивизии Родимцева из резерва Ставки и посмотрите, что еще можно направить туда завтра", - сказал Сталин на совещании.

10 сентября 62-я армия отошла в город. Ее дивизии были отрезаны от 64-й армии, которая сражалась на юге. Через два дня Хрущев встречал нового командующего 62-й армией. "Мои войска будут защищать город. Выстоим или умрем", - сказал новый командующий армией. В этот же день Чуйков с двумя Т-34 отправился на другой берег Волги искать штаб. После долгих блужданий комиссар саперной роты вывел офицеров к Мамаеву Кургану. Для обороны города 62-я армия имела только около 60 танков, а количество солдат было в несколько раз меньше, чем у Паулюса. Но у Чуйкова было много орудий, которые располагались на восточном берегу. Батареи не могли наносить удары по позициям противника в городе, так как там просто не было линии фронта, поэтому удары наносились по районам, где немецкие дивизии только готовились к наступлению.

12 сентября Паулюс прибыл на совещание командования в Винницу. Генерал заявил - десять дней боев плюс две недели на перегруппировку.

В этот день "тучи "мессершмиттов" ринулись на Сталинград". Десятки бомбардировщиков наносили удары по городским кварталам. Небо наполнилось воем сирен. Кирпичная пыль окрасила небо в бледно-бурый цвет. Как только авианалет закончился вперед пошли наземные войска. В центре города наступал корпус Зейдлица: на левом фланге 295-я пехотная дивизия атаковала Мамаев курган, а на правом 76-я и 71-я пехотные дивизии пытались захватить центральную железную дорогу. На юге города 14-я и 24-я танковые дивизии Гота вместе с 94-й пехотной дивизией двигались к центру города. Направления их ударов сходились на бетонном элеваторе. Впереди двигались танки, которые расстреливали здания и укрепленные точки, а пулеметы поливали все вокруг. За техникой двигалась пехота. В городе завязались ожесточенные бои. К 13 сентября при поддержки авиации немецкие дивизии смогли захватить западные окраины города, небольшой аэропорт и казармы, но продвижение на север было крайне тяжелым. Штаб 62-й армии окончательно потерял связь с другим берегом Волги.

Прокладывая себе путь при помощи гранат и пулеметного огня, немецкие пехотинцы из 71-й дивизии 13 сентября смогли достичь вокзала. Весть о том, что немецкие войска достигли центра города, была встречена в ставке Гитлера с огромной радостью. В этот же день было принято решение перебросить в город 13-ю стрелковую дивизию. 14 сентября штаб Чуйкова перебрался в бункер у реки Царица. Его войска в течение дня контратаковали, но их атаки захлебнулись из-за действий Люфтваффе. Ночью удары нанесла советская авиация. Хорошей новостью было прибытие 13-й стрелковой дивизии. 71-я немецкая пехотная дивизия продвинулась к переправе так близко, что и прибытие стрелков ставилось под вопрос.

295-я немецкая пехотная дивизии подобралась к Мамаеву кургану, но большую опаску вызывало продвижение 71-й и 76-й пехотных дивизий к вокзалу, а в три часа по полудню немецкие пехотинцы захватили городской водоканал. Завязались бои за вокзал, который был отбит стрелковым батальоном НКВД. Советские войска на юге и в центре города медленно отступали к Волге. В это время Чуйков бросил против немцев последний резерв - 19 танков, все, что осталось от танковой бригады. По ранней договоренности дивизия Родимцева оставила всю тяжелую технику, а переправа началась немедленно. Прикрытие переправы стрелков возлагалась на 10-ю стрелковую дивизию НКВД и милицейские батальоны. Стрелковый батальон НКВД был послан на Мамаев курган, милицейский батальон занял ключевые здания в районе высадки, а два стрелковых полка НКВД заняли обороны параллельно реки, чтобы блокировать передвижение немецких войск. Все эти мероприятия проводились для прикрытия дивизии Родимцева. Авиация 8-й воздушной армии получила приказ любой ценой обеспечить безопасной переправы. Немецкие дивизии рвались к реке, поэтому Чуйков решил, что первая партия стрелков должна переправиться сразу только с личным оружием и большим количеством гранат. Пехотинцы погрузились на катера и лодки. Тут же заработала немецкая артиллерия. Снаряды ложились рядом с катерами, некоторые снаряды подбивали катера, на которых находились пехотинцы. У самого берега солдаты спрыгивали с лодок и тут же контратаковали. Немцы были совсем близко у берега, но они были не готовы к атаке. В первой же атаке в рукопашной схватке была отбита большая мельница. По прибытии второй партии гвардейцев 39-й гвардейский полк, усиленный подкреплением, атаковал железнодорожную ветку, проходившую мимо Мамаева кургана. Бои гвардейцев и немецких пехотинцев развернулись по всему западному берегу в центре города. За первые сутки дивизия Родимцева потеряла около 30 процентов личного состава, но немецкие пехотные подразделения не смогли пробиться к Волге.

В южной части города немецкие подразделения смогли прорваться к устью реки Царица, так что штаб 62-й армии попал под обстрел - бои шли у самого входа в штаб. Штаб был вынужден переместиться севернее. Упорные бои шли в районе Мамаева кургана. Немцы стремились любой ценой пробиться на эту высоту, тогда их артиллерия и пулеметные подразделения смогли бы обстреливать переправу прямой наводкой. Высоту, которую обороняли 112-я стрелковая дивизия, 13-я гвардейская стрелковая дивизии, части дивизии НКВД и другие подразделения, атаковала 295-я немецкая пехотная дивизия. После очередного натиска участились случаи дезертирство. Несмотря на то, что 295-я немецкая пехотная дивизия продолжала натиск, ее продвижение было остановлено.

12, 13, 14 и 15 сентября стали самыми тяжелыми для Сталинграда. Многие зарубежные политики считали, что город не сможет больше обороняться. 16 сентября Поскребышев вошел в кабинет Сталина и положил еще радиоперехват из Берлина. "Несокрушимые германские войска захватили Сталинград". На самом деле реальная угроза захвата города прошла. 13 гвардейская дивизия подоспела как раз тогда, когда нужна была помощь. На подходе стояла 95-я стрелковая дивизия Горишного и бригада морской пехоты. Эти части должны были усилить оборону в районе реки Царицы и поддержать 35-ю стрелковую дивизию.

Главной поддерживающей силой для немецких пехотинцев были самолеты Люфтваффе, поэтому Чуйков приказал любыми средствами усилить средства ПВО. Это заметили и немецкие летчики. Кроме того, постоянную поддержку требовали наземные войска. Один немецкий летчик подсчитал, что за последние три месяца он совершил 228 вылетов, почти столько же, сколько за предыдущие три года. Наступающие войска просили бомбить то тот, то другой район. Но немецкие летчики не могли понять, зачем бомбить руины, если это только помогает русским создать множество баррикад и укрепленных районов. Во второй половине сентября ударили морозы. Ночью в небе вольно себя чувствовала советская авиация.

Ожесточенные бои развернулись за зернохранилище, которое обороняли солдаты 35-й дивизии. Ночью 17 сентября к ним пробился взвод морской пехоты под командование лейтенанта Хазанова. Немецкая артиллерия сокрушала здание, готовя плацдарм для 94-й пехотной дивизии. 18 сентября отряд отбил десять атак. К вечеру 20 сентября немцы получили танковое подкрепление и атаковали. Русские, у которых уже почти не было боеприпасов, оказали ожесточенное сопротивление. Ночью русские были выбиты, а изображение зернохранилища командование выбрало как эмблему для нарукавной нашивки участника Сталинградской битвы.

Самым серьезным достижением немцев стал прорыв к центральному причалу. Немецкие батальоны несколько раз брали вокзал и пробились к Красной площади. Затем они смогли захватить универмаг и начали расширять коридор на север и на юг. С юга к ним рвались части Гота. Теперь немецкая артиллерия могла напрямую обстреливать переправу через Волгу. Чуйков приказал отодвинуть линию фронта - теперь она проходила в нескольких десятках метров от немецких позиций. Это стало серьезной проблемой для германских войск. Во время налетов Люфтваффе немцы зарывались в землю точно так же, как и русские, потому сто не всегда были уверены, что пилот разглядел свастику на флаге. Немцы стали запускать в воздух ракеты. Зная, что немцы продолжат наступление, Чуйков приказал переправить через Волгу 284-ю дивизию полковника Батюка, состоящую в основном из сибиряков. 23 сентября через несколько часов, после того как солдаты этой дивизии ступили на западный берег реки, их бросили в бой. Дивизия получила приказ прорваться к группировке советских войск, которые оборонялись южнее Царицы. К этому дню немецкие войска сумели расширить коридор к Волге и окончательно изолировать советские дивизии. После окружения немцы преступили к зачистке южных районов и центра города. Зачистка привела к панике в 92-й особой и 2-й милицейской бригадах. Но в этих сложных условиях майор Яковлев смог собрать остатки 92-й бригады и организовал сильную оборону, которая выдержала множество атак.

Провал первого сентябрьского штурма стал очевиден 24 сентября, когда Гитлер сместил Гальдера, а Паулюс не получил нового назначения и остался на своем посту. Советские части сильно укрепились в южной и центральной части города. Именно в сентябре начались бои на уничтожение, которые превзошли мясорубку в Вердене. Теперь немецкое командование решило нанести удар в другом, северном, районе города...