NaziReich.net - Исторический интернет- проект о Третьем Рейхе и национал-социализме в Германии в 1933-1945 годах.
Главная Контакты Карта сайта
18.12.2017 г.
 

Защита морских коммуникаций Роммеля

Драматические события на Крите и в омывающих его водах привлекали всеобщее внимание, пока 1 июня 1941 года не завершились бои на этом острове. Теперь необхо­димо рассмотреть ситуацию на Средиземноморском те­атре в целом, после чего мы сосредоточим свое внима­ние на событиях в центральном бассейне и той решаю­щей роли, которую сыграла Мальта. Пока шла битва за Крит, британское командование столкнулось с новой проблемой, которую следовало как-то решить, хотя ресурсы англичан были крайне ограни­ченными. В апреле прогерманское правительство Ирака предприняло некоторые меры, чтобы вытеснить англи­чан из этой страны. Британские войска находились там на основе долговременного соглашения, чтобы охранять имеющие важнейшее значение нефтяные месторождения и нефтепровод из Киркука в Сирию и Хайфу. Англича­нам пришлось направить в Ирак дополнительные войска и авиацию, и к концу мая опасность была устранена. Все это время вишистская администрация Сирии ока­зывала самую активную помощь иракским мятежникам, снабжая их оружием. Французы также разрешили герман­ским самолетам использовать сирийские аэродромы для промежуточных посадок на пути в Ирак. Стало ясно, что в самом ближайшем времени немцы оккупируют Алеппо и северную часть Сирии. Угроза немецкого вторжения в Египет через Палестину не оставила англичанам ника­кого выбора. Они были вынуждены двинуть свои войска в Сирию. Операция началась 8 июня и продолжалась до 12 июля, когда командующий войсками Виши в Сирии генерал Денц подписал капитуляцию. Мало того, что бывшие союзники понесли потери в боях друг с другом, а фран­цузам пришлось сражаться с французами, так еще и без того потрепанные легкие силы Средиземноморского фло­та потеряли еще 3 эсминца поврежденными. После захвата немцами Крита британский флот по­терял контроль и над Восточным Средиземноморьем, если не считать юго-восточного угла вокруг Александ­рии. Были перерезаны пути следования конвоев из Алек­сандрии на Мальту, резко возросла угроза Египту и Суэцкому каналу со стороны вражеской авиации. Воз­никла реальная угроза новой катастрофы для англичан. Однако в игру вмешались другие факторы, и общий ба­ланс немного выровнялся. Даже исполинская военная машина Германии имела все-таки ограниченные воз­можности. Если бы Гитлер бросил все силы своей авиа­ции на Средиземное море, это имело бы роковые по­следствия для англичан на Среднем Востоке. Однако он в это время уже готовился к выполнению плана «Барба­росса» — вторжению в Россию. Все усилия Германии были подчинены этой задаче. В результате силы Люфтваффе на Средиземноморском театре резко сократились. На русский фронт были отправ­лены VIII авиакорпус и даже часть сил X авиакорпуса. На Средиземном море остались 5 бомбардировочных эс­кадр, 3 эскадры пикировщиков, 2 эскадры истребите­лей, 1 эскадра тяжелых истребителей, 2 эскадрильи даль­них разведчиков и 3 эскадрильи ближних разведчиков — всего 315 самолетов. Эти силы были распылены по множеству аэродромов в Греции, на Крите, Додеканезских островах, в Ливии. Германской авиации приходилось дей­ствовать с предельным напряжением сил, что вело к из­носу машин, и в распоряжении командования осталось не более 200 исправных самолетов. По соглашению между германскими и итальянскими ВВС немцы должны были бомбить Александрию, Каир и Суэцкий канал. Если бы они имели возможность сосредо­точить для этого все силы, у англичан возникли бы серьезные проблемы с доставкой снабжения для Армии Нила через Суэцкий канал. Это могло полностью изменить результат боев на суше. Однако из штаба Африканского Кор­пуса приходили настоятельные требования от генерала Роммеля, который стремился начать вторжение в Египет как можно раньше. Поэтому он требовал помешать доставке снабжения в осажденный Тобрук, а также уничто­жить укрепления этой крепости. Роммель намеревался взять эту крепость к началу осени. От X авиакорпуса потребова­ли слишком много. Он был вынужден раздробить свои силы и в результате не решил полностью ни одной задачи. Постоянные воздушные налеты на Александрию, Порт-Саид и Суэц вместе с крупными минными постановками в Суэцком канале вызвали серьезные задержки при разгрузке судов в Суэце. Однако перевозка снабже­ния и подкреплений для Армии Нила не прерывалась ни па один день. Функционирование военно-морской базы и Александрии осложнилось, но тоже не прекратилось. Хотя при доставке снабжения в Тобрук англичане поте­ряли 25 кораблей и транспортов — в том числе 1 быстро­ходный минный заградитель, 2 эсминца и 3 шлюпа, — а еще 9 кораблей были серьезно повреждены, движение на этом маршруте не остановилось. Немцы также не су­мели серьезно ослабить оборону Тобрука. Более важным следствием перенапряжения сил X авиа­корпуса было прекращение бомбардировок Мальты. Пока на остров сыпался град бомб, уничтожающий аэродромные сооружения, взлетные полосы, мастерские, самолеты, стоящие на земле, — ударная мощь Мальты как воздушной базы была сведена практически к нулю. Единственным серьезным успехом мальтийской ударной авиации в начале 1941 года стало потопление торпедо­носцами «Суордфиш» 3 транспортов водоизмещением 15796 тонн. «Веллингтоны» 148-й эскадрильи совершали беспокоящие ночные налеты на порты Италии и Север­ной Африки, затрудняя погрузку и разгрузку транспор­тов, даже повредили несколько судов, но не сумели потопить ни одного. В тяжелейших условиях той поры, даже если бы на острове имелись дополнительные бомбарди­ровочные эскадрильи, обслуживать их было невозможно. В начале марта эскадрилья «Веллингтонов» была отправ­лена в Египет, так как аэродром Хал Фар подвергался сильным бомбардировкам. В апреле она вернулась, чтобы провести несколько ночных налетов на Триполи. Одна­ко, когда в конце апреля прилетели 6 «Бленхеймов», которые планировалось использовать для дневных торпедных атак против итальянских конвоев, «Веллингто­ны» пришлось отправить обратно в Египет. Недолгая, но потрясающая деятельность флотилии эсминцев капитана 1 ранга Мака была упомянута ранее. Ее преемниками стали крейсер «Глостер» и 5-я флоти­лия эсминцев лорда Маунтбеттена. Однако они не успе­ли ничего сделать, так как началась битва за Крит, и эти корабли были отозваны с Мальты. Таким образом, Мальта сыграла не слишком большую роль в нарушении вражес­ких коммуникаций. Все ограничивалось действиями под­водных лодок, базирующихся на острове или заходящих на Мальту для пополнения припасов. Это были старые лодки типов «Р» и «R», слишком большие и неуклюжие для действий в мелководных районах возле побережья Туниса. Они охотились у берегов Италии. Начали действо­вать на итальянских коммуникациях и новые лодки типа «Т». Все они базировались на Александрию. Сначала мальтийская флотилия подводных лодок со­стояла из 3 маленьких лодок типа «U», которые прибыли в декабре 1940 года. Вскоре к ним присоединились еще 3 такие же лодки. Небольшие размеры и высокая манев­ренность лодок типа «U» делали их особенно подходя­щими для операций на прибрежных маршрутах от мыса Бон до Триполи. Прежде всего требовалось обнаружить уязвимые точки на маршрутах следования конвоев. Походы лодок «Апрайт» и «Юник» в декабре и январе к банке Керкенна, которая лежит мористее порта Сфакс и помечена множеством на­вигационных буев, показали, что через этот район прохо­дят все конвои, следующие в Триполи. Именно здесь маль­тийские лодки добились первого серьезного успеха при помощи самолетов, базирующихся на острове. Конвой в Триполи вышел из Неаполя 25 января в 21.00. Он состоял из германского транспорта «Дуйсбург» и ита­льянского судна «Инго». Их сопровождало вспомогатель­ное судно «Каралис». Конвой обогнул Сицилию с запада и пошел привычным маршрутом, направляясь к мысу Бон. Там он должен был повернуть на восток и проследовать вдоль берега в Триполи. До сих пор это был совер­шенно безопасный маршрут, и конвои следовали по нему туда и обратно без потерь. Но сейчас у мыса Бон против­ника караулила подводная лодка «Апхолдер». Она и ее юный командир капитан-лейтенант М.Д. Ванклин вско­ре станут настоящим проклятьем для врага, уничтожив множество кораблей Оси. Это был первый боевой поход Ванклина, однако он сразу показал себя. Незадолго до полуночи 26 января он дал торпедный залп по конвою. Но противник заметил следы торпед и уклонился. Как только враг удалился на безопасное расстояние, лодка немедленно всплыла и бросилась в погоню. Висеть на хвосте у противника — занятие долгое и нудное, особенно если учесть, что в дневное время лодка должна находиться в подводном по­ложении. Но в это время конвой попал под новый удар. Примерно в полдень летающая лодка «Сандерленд» об­наружила его возле банки Керкенна. С аэродрома Хал Фар на Мальте немедленно взлетели 7 «Суордфишей» 830-й эскадрильи, 6 из которых были вооружены торпедами. Их сопровождали 2 «Фулмара» из состава авиагруппы поврежденного «Илластриеса». В 15.50 они заметили кон­вой и развернулись для атаки. «Дуйсбург» сумел увернуться от нацеленных в него торпед. «Инго» повезло меньше. Он получил попадание и через несколько минут затонул. Слабо вооруженное эскортное судно «Каралис» ничем не смогло помочь транспортам. Ему осталось лишь выло­вить из воды остатки экипажа «Инго». Ближе к рассвету вражеские суда подошли к Триполи. Но в 5.58 под покро­вом темноты «Апхолдер» атаковала их. 2 торпеды попали в «Дуйсбург». Транспорт потерял ход и загорелся, сильно сел носом, но все-таки остался на плаву. Это окончатель­но вывело из равновесия командира эскортного .судна, которое было переполнено спасенными моряками. Он, не раздумывая, полным ходом бросился наутек в Триполи, вызывая по радио военные корабли на помощь «Дуйсбур­гу». Вскоре прибыл итальянский миноносец «Орионе», который подобрал экипаж и пассажиров «Дуйсбурга», спасающихся на шлюпках. Затем появился буксир, кото­рый потащил транспорт в порт кормой вперед. Это было довольно скромное начало, однако подвод­ники наносили удары по коммуникациям Роммеля, про­являя редкие упорство, терпение и настойчивость. Их ата­ки были менее зрелищны, чем воздушные. Но в то же время базы подводных лодок меньше страдали от дей­ствий вражеской авиации, и они вскоре добились более заметных успехов. Например, в конце февраля британс­кая подводная лодка потопила итальянский легкий крей­сер. Дело в том, что итальянское верховное командова­ние для обеспечения перевозок войск Африканского Корпуса привлекло крейсера, но обеспечение сопровож­дения конвоев было организовано из рук вон плохо, что и привело к плачевному результату. Начиная с 23 февраля, в Ливию один за другим от­правлялись конвои с германскими и итальянским войсками. За их безопасность отвечал итальянский флот. Вечером 23 февраля из Неаполя в Триполи вышли 5 германских быстроходных транспортов в сопровождении 4 и итальянских эсминцев. 24 февраля в море вышли 5 италь­янских лайнеров, переполненных немецкими солдатами. На следующий день в путь отправился конвой из 5 италь­янских и 5 германских транспортов. Так как в январе на Средиземноморском театре появилась германская авиа­ция, англичане не могли держать на Мальте свои над­водные корабли. Поэтому выглядит довольно странной отправка крейсеров «Банде Нере» и «Армандо Диац» в сопровождении 2 эсминцев для прикрытия первого из этих конвоев. Вице-адмирал Мориондо, командовавший дивизией крейсеров, не принял никаких мер для защиты от единственной реальной угрозы — подводных лодок. Крейсера находились впереди конвоя и следовали в кильватерной колонне. Сначала они шли противолодоч­ным зигзагом, но 25 февраля в 2.00 при подходе к банке Керкенна прекратили зигзаг. Ночь была очень темной, безлунной и тихой. При подходе к берегам Триполита-нии видимость сократилась еще больше. Чтобы не ото­рваться от конвоя, итальянские крейсера следовали со скоростью 13,5 узла. Поэтому перед лейтенантом Э.Д. Нор­маном, стоявшим на мостике подводной лодки «Апрайт», предстала цель, о которой подводник может лишь меч­тать. В 3.45 в «Армандо Диац» попали 2 торпеды, которые вызвали детонацию носовых погребов. Уже через 4 мину­ты крейсер пошел на дно с большей частью команды. Спаслись только 147 человек. Попытка эсминцев атаковать «Апрайт» глубинными бомбами успеха не принесла. В марте успеха добились «Атмоуст», «Юник» и «Ап­райт». Когда 8 марта на Мальте получили сообщение о большом количестве транспортов, следующих в Триполи, все имеющиеся лодки тут же были отправлены в море. «Атмоуст» капитан-лейтенанта Р.Д. Кейли недавно вер­нулась с патрулирования и снова вышла в море, проведя в гавани лишь 24 часа. 9 марта она торпедировала и потопила итальянский транспорт «Капо Вита». На следующий день «Юник» лейтенанта Э.Ф. Коллетта, которой было приказано задержаться в море, потопила транспорт «Феничиа». «Атмоуст» 19 марта уже снова находилась у побе­режья Туниса. Лодка перехватила конвой из 5 германских транспортов со снабжением для Африканского Корпуса и торпедировала «Гераклею» и «Рур». Первый транспорт сразу затонул, но «Рур» противнику удалось отвести в порт. Когда этот конвой двинулся из Триполи в обрат­ный путь, он натолкнулся на «Апрайт». Лодка торпеди­ровала и тяжело повредила транспорт «Галилея». В этот же период определенных успехов добились и лодки александрийской флотилии. Их главной целью ока­зались итальянские танкеры. Подводный заградитель «Ро-куэл» прибыл на Мальту, чтобы принять на борт мины. 25 и 26 марта он поставил заграждения возле Палермо. Это минное поле итальянцы обнаружили довольно быс­тро, так как на нем подорвался и затонул маленький танкер «Верде». А командир «Рокуэла» капитан 2 ранга Р. Г. Дьюхерст, израсходовав мины, отправился на поис­ки целей для своих торпед. Сначала он потопил танкер «Тичино». 30 марта был торпедирован танкер «Лаура Кор-радо». Так как танкер не затонул, Дьюхерст отважно под­нялся на поверхность и добил его артиллерией. На следу­ющий день «Рокуэл» израсходовал последние торпеды на потопление итальянской подводной лодки «Каппони». Она имела глупость следовать в надводном положении среди бела дня. После этого совершенно довольный экипаж повел «Рокуэл» на Мальту за новыми торпедами. Уничтожение танкеров стало основным занятием алек­сандрийской флотилии. В следующем месяце лодка «Тет­рарх» потопила возле Триполи танкер «Персиано» с гру­зом драгоценного топлива для армии Роммеля. Однако, если говорить о количестве потопленных судов и их тон­наже, то пальма первенства принадлежит, разумеется, маленьким лодкам типа «U» с Мальты. Наибольших ус­пехов добилась лодка «Апхолдер», которой командовал чернобородый долговязый шотландец Малькольм Дэвид Ванклин. 21 марта он вышел с Мальты, чтобы патрули­ровать в проливе Лампедуза. За свое терпение через 4 дня он был вознагражден, встретив во время шторма транспорт «Антониэтта Лаура». Чтобы наверняка добиться успеха, Ванклин стрелял с такого малого расстояния, что первая торпеда попала в цель еще до того, как тре­тья покинула торпедный аппарат. Помня о малом запасе торпед (эти лодки имели 4 торпеды в аппаратах и 4 запасные), Ванклин успел отменить третий и четвертый выстрелы. После этого он получил приказ уничтожить герман­ский транспорт «Арта», который был поврежден эсмин­цами Мака 10 дней назад и сейчас сидел на мели на банке Керкенна. «Апхолдер» подошел к борту транспор­та, и подводники подожгли «Арту». Ценный груз автомо­билей для Африканского Корпуса был уничтожен. Ванк­лин остался ждать, и через 5 дней на него налетел кон­вой из 4 германских и 1 итальянского транспортов, воз­вращающийся из Триполи домой под прикрытием 4 эс­минцев. Плохая погода не помешала Ванклину атаковать. Лодка проскользнула сквозь завесу эсминцев и торпе­дировала 2 германских транспорта — «Арктурус» и «Леверкузен». Эсминцы начали сбрасывать глубинные бом­бы, но лодка ускользнула. Когда все стихло, Ванклин подвсплыл на перископную глубину, чтобы проверить результаты своей атаки. «Арктурус» затонул, а второй транспорт на буксире у эсминца медленно направлялся обратно в Триполи. Ванклин устремился в погоню и в новой атаке 2 торпедами потопил «Леверкузен». Именно Ванклин во время своего следующего похода показал врагу, что у Мальты еще остались довольно ост­рые зубки, хотя Люфтваффе и Реджиа Аэронаутика сде­лали все возможное, чтобы их выбить. На сей раз он охо­тился у юго-восточного побережья Сицилии в районе Мессинского пролива, где сходились коммуникации врага. 20 мая он дал торпедный залп с большой дистанции по неволимому конвою, но попаданий не добился. Зато глу­бинные бомбы кораблей эскорта вывели из строя «уши» «Анкиллера» — асдик и гидрофоны. Несмотря на эти повреждения, Ванклин продолжал патрулирование. Через 3 дня он торпедировал вишистский танкер «К. Дамиани», который работал на против­ника. Последовала контратака, и глубинные бомбы рва­лись вокруг лодки целые сутки. Это сильно потрепало нервы подводникам, так как они не могли следить за перемещениями вражеских кораблей. Без гидрофонов шум пиитов становился слышен, лишь когда противник оказывался прямо над головой. «Апхолдер» избежал серьез­ных повреждений. На лодке остались только 2 торпеды, а до намеченного завершения похода оставались 2 дня. Ванклин направился к выходу из Мессинского пролива. Это его решение обошлось итальянцам очень дорого. На рассвете 24 мая в море вышли 4 больших океанских лайнера — «Конте Россо», «Марко Поло», «Виктория» и «Эсперия», набитые солдатами, отправленными в Ливию. Во второй половине дня они вышли из Мессинского про­лива в сопровождении 4 эсминцев. Прикрывала конвой эскадра из 2 крейсеров и 3 эсминцев. Вся эта армада на большой скорости направилась прямо в Триполи. Солнце уже садилось. Ванклин с нетерпением ждал темноты, когда он сможет подняться на поверхность, а пока что осматривал горизонт в перископ. В последних лучах заката он сумел заметить патрулирующий на севе­ро-западе самолет. Это очень походило на сопровожде­ние конвоя. Ванклин остался под перископом, напряжен­но вглядываясь в сгущающиеся сумерки. Вскоре он был но и огражден — на фоне заката появился силуэт боль­шого двухтрубного лайнера. Началась отработанная до мелочей рутинная процеду­ра торпедной атаки. Видимость стремительно ухудшалась, единственным средством наблюдения остался перископ, и лодка имела всего 2 торпеды... Поэтому атаковать следовало с минимальной дистанции. Когда цель и ее эскорт приблизились, стало ясно, что придется иметь дело с большой группой эсминцев. К счастью, наступила тем­нота. Это сделало задачу Ванклина более сложной, но одновременно скрыло перископ «Апхолдера» от италь­янских наблюдателей. В 20.40 подводная лодка вышла в точку пуска торпед. Впервые противник узнал о грозящей ему опасности, когда командир эскорта на эсминце «Фреччиа» заметил следы 2 торпед. Он выпустил сигнальную ракету, объя­вив тревогу, и резко повернул корабль. Эсминец еле увер­нулся от торпед. Зато они нашли более крупную цель — лайнер «Конте Росо» водоизмещением 17879 тонн, на котором находились 2729 солдат. На этом же корабле был поднят флаг комодора конвоя контр-адмирала Франческо Канцонери. Огромный корабль получил смертельный удар и быстро затонул. При этом погибли 1300 человек. Следующие 2 часа корпус «Апхолдера» содрогался и трещал от взрывов глубинных бомб. Экипаж насчитал их более 40. Но лодка вытерпела и это испытание. В полночь Ванклин поднялся на поверхность и пошел на Мальту. За этот поход Ванклин был награжден Крестом Виктории. Хотя эта потеря была очень болезненной для итальян­цев, до конца мая 1941 года итальянцы доставляли в Ливию подкрепления и припасы почти беспрепятствен­но. На морских коммуникациях действовали только анг­лийские подводные лодки, которые в одиночку сорвать эти перевозки не могли. Но в июне после ухода X авиа­корпуса аэродромы на Мальте больше не подвергались опустошительным налетам. Поэтому они были отремон­тированы и расширены. Бомбардировщики «Бленхейм», до тех пор стоявшие на земле, начали наносить удары по итальянским конвоям как в море, так и в портах. Торпе­доносцы ВСФ после первых успехов были вынуждены отказаться от дневных атак. Теперь конвои сопровождали истребители Ju-88, против которых у тихоходных и слабо вооруженных «Суордфишей» не было никаких шансов. До июля 1941 года, когда начали поступать авиационные радары, ночные операции «Суордфишей» были ограни­чены постановкой мин на подходах к портам. Когда в августе на Мальту вернулись бомбардировщики «Веллингтон», итальянские конвои уже не могли чувствовать себя и безопасности ни днем, ни ночью, ни в море, ни в порту. Эти самолеты могли проводить любые типы атак в любое время суток. Кроме того, начала действовать 8-я флотилия подводных лодок, базирующаяся в Гибралтаре. Она состояла из британских и голландских лодок, полем действия которых стали Тирренское море и Генуэзский залив. 1-я флотилия в Александрии получила подкрепле­ния. Теперь она атаковала не только конвои, идущие в Бенгази. Ее лодки начали охоту в Эгейском море и на подходах к Дарданеллам. Поэтому итальянцы были вы­нуждены разбросать свои противолодочные силы по очень большой территории. Моральный дух экипажей эскорт­ных кораблей и транспортов, работающих буквально на износ, начал падать, так как им в любую минуту прихо­дилось ожидать удара с воздуха или из-под воды. С начала июня 1941 года почти ни один конвой не мог прибыть в Ливию, не подвергнувшись атаке. Многие ата­ки были отражены, от других итальянцы уклонялись. Эс­кортные корабли демонстрировали выдающиеся образ­цы отваги и умения, особенно если учесть, что далеко не все итальянские эсминцы и миноносцы имели радар и асдик. Итальянские моряки дорого платили за техни­ческую отсталость своего флота. И все-таки на каждый погибший транспорт приходилось большое число успешно дошедших до цели. В подробных описаниях этой кампа­нии, которую итальянцы называют «Битвой конвоев», названия некоторых кораблей встречаются много раз. Они совершали походы в Африку и обратно, умело уходя от опасности. Им удавалось пережить атаки, от которых те­перь конвои не могли укрыться даже в порту. Отвагу самого высшего порядка демонстрировали обе стороны. Британские подводные лодки действовали в прозрачных водах центрального бассейна, который преимущественно имеет малые глубины. Этот район был буквально засеян минами и находился под постоянным присмотром сил ПЛО. Каждая торпедная атака сильно защищенного конвоя означала смертельный риск для лодки. С апреля по август погибли 5 мальтийских лодок — «Эск», «Андаунтед», «Унисон», Р-32 и Р-33. Каждый поход означал серьезнейшее напряжение всех сил экипажа. Помогали добиться успеха непревзойден­ные качества таких капитанов как Ванклин, их способ­ность сохранять ледяное хладнокровие во время изматы­вающих нервы контратак, когда подводникам приходи­лось терпеливо ждать взрыва очередной глубинной бом­бы, ударяющей по корпусу лодки, словно исполинский молот. Но далеко не все могли выдержать подобное напря­жение. Во время атаки «Конте Россо» сигнальщик «Апхолдера» едва не сошел с ума и попытался открыть люк в рубке, когда лодка находилась на глубине 150 футов. Ко­мандир подводной лодки «Эрдж» лейтенант Э.П. Томпкинсон во время атаки глубинными бомбами приказал механику обойти лодку, громко читая молитвы. Британская авиация на Мальте тоже понесла большие потери, выполняя полученный приказ «топить транспорты Оси, следующие из Европы в Африку». Так как англича­не не имели на острове ни пикировщиков, ни торпедо­носцев, эта задача была возложена на «Бленхеймы» 105-й и 107-й эскадрилий. Неэффективность бомбометания по кораблям с горизонтального полета вынудила летчиков изобрести новый метод атаки, хотя он приводил к чудо­вищно большим потерям. На это пришлось пойти лишь потому, что цель того стоила. Самолет шел на цель пря­мым курсом на высоте мачт и сбрасывал бомбы практи­чески в упор, так, чтобы они попали в борт судна и сде­лали пробоину в борту, а не в палубе. Так как самолеты встречал плотный огонь множества зенитных автоматов с транспортов и кораблей эскорта, шансы выйти целым из такой атаки были призрачными. Однако день за днем экипажи «Бленхеймов» играли со смертью, в награду получим бутылку джина, которую командующий авиаци­ей Мальты вице-маршал авиации Ллойд обещал за каж­дое потопленное судно. Эффективность и опасность такого метода показала и гака 27 мая. Конвой противника в составе 6 транспортов и 8 кораблей сопровождения был перехвачен в Сици­лийском проливе. 6 «Бленхеймов» бросились в атаку. Шквальным огнем противника 2 самолета были сбиты, по пароход «Фоскарини» получил попадания нескольких бомб и загорелся. В тот день удача сопутствовала итальян­цам. Повреждения оказались не смертельными, и «Фос­карини» был приведен на буксире в Триполи. Бомба, попавшая в транспорт «Венеция», не взорвалась. Так началась длинная серия дневных атак против кон­воев Оси, которые вместе с атаками подводных лодок и торпедоносцев заставили позднее итальянских истори­ков признать, что это был «один из самых худших пе­риодов на коммуникациях между Италией и колониями. В конце лета и особенно осенью итальянский торговый флот понес самые тяжелые потери за всю войну». Сле­дует дать несколько примеров. Но читатель должен по­мнить, что на каждый описанный бой приходится мно­жество других. Вернемся к событиям июня. Первый конвой из 6 транс­портов в сопровождении 5 эсминцев и под прикрытием 2 крейсеров вышел из Неаполя в Триполи 1 июня. Он дол­жен был пройти Сицилийский пролив и спуститься к побережью Триполитании. С воздуха его прикрывали 2 истребителя CR-42 и гидросамолет Кант Z.501. Именно он поднял тревогу 2 июня, сообщив, что впереди по курсу конвоя видит подводную лодку. Конвой повернул прочь от опасности. Примерно в это же время конвой заметила летающая лодка «Сандерленд». Английский разведчик передал на Мальту его координаты. Вскоре после этого в воздух под­нялись 5 «Бленхеймов» и полетели на запад, чтобы перехватить конвой. Примерно в 14.00 итальянцы были замечены. Обнаружив 2 итальянских истребителя, командир ударной группы решил немного выждать. Он задержал атаку до тех пор, пока CR-42, израсходовав топливо, не будут вынуждены улететь на свой аэродром. Вскоре на кораблях конвоя тоже заметили «Бленхеймы». Однако в то время дневные атаки почти не практиковались, и ита­льянцы решили, что видят транспортные самолеты Ju-52, летящие в Ливию. Ждать долго не пришлось, итальян­ские истребители улетели в 14.30. Внезапность была дос­тигнута полная. В 14.45 «Бленхеймы» атаковали конвой со стороны солнца, летя над самой водой. Итальянские зе­нитки все-таки открыли огонь, и 1 самолет получил по­падание. Он загорелся, потерял высоту и врезался в воду. Но остальные 4 «Бленхейма» легли на боевой курс. От­крылись створки бомболюков, и бомбы по изящной кри­вой полетели в цель. Пароход «Монтелло», груженный боеприпасами, взорвался с ужасным грохотом, словно небольшой вулкан, и затонул в считанные секунды. Лишь плавающие обломки напоминали о нем. Одновременно транспорт «Беатриче Коста» с грузом бензина получил бомбу в среднюю часть корпуса. Судно моментально было охвачено пламенем, и экипаж оставил его. Позднее эс­минец сопровождения потопил описывающий беспоря­дочные круги транспорт. Сократившийся до 4 судов конвой прибыл в Триполи 4 июня, не понеся новых потерь. Следующую неделю ита­льянцы пытались разгрузить транспорты, используя скуд­ные возможности порта, сильно пострадавшего от по­стоянных воздушных налетов. За это время англичане провели 4 ночных налета на порт. 11 июня, когда в трю­мах еще оставалось довольно много грузов, транспорты получили приказ выйти в море, чтобы освободить порт для нового конвоя, который должен был прибыть на сле­дующий день. Этот конвой состоял из 6 транспортов и 3 кораблей эскорта. Он тоже подвергся воздушной атаке 2 «Бленхеймов» южнее Пантеллерии. Целью был выбран теплоход «Тембиен», ветеран ливийских конвоев, ощетинившийся зенитными пулеметами. Головной «Бленхейм» разлетелся на куски, но не отвернул и врезался в мачту «Тембиена». Пылающие обломки самолета рухнули в море. Его бомбы пролетели мимо. Не добился попаданий и второй «Блен­хейм», за которым погналось воздушное сопровождение конвоя — бомбардировщик Sm-79 и 2 истребителя CR-42. Но «Тембиен» не ушел от возмездия. Разгрузившись в Триполи, он пошел в Италию вместе с другими судами. 22 июня 6 «Бленхеймов» атаковали конвой. 2 бомбарди­ровщика были сбиты, но «Тембиен» и германский транс­порт «Вахтфельс» были тяжело повреждены и потеряли ход, хотя буксиры сумели дотащить их до порта. Пока корабли эскорта возились с поврежденными судами, было объявлено о появлении подводной лодки. Началась охота за призраком. Итальянцы даже видели на поверхности моря большие воздушные пузыри и пятна нефти. Эти сви­детельства победы экипажи эсминцев встретили громки­ми криками «Вива Италия!» На самом деле ни одна бри­танская подводная лодка в тот день не была потоплена. Примерно так выглядели и остальные походы торго­вых судов на ливийских маршрутах. Эти тихоходные кон­вои следовали к западу от Мальты и днем, как правило, имели истребительное прикрытие. Но имелась еще одна группа судов, которая постоянно моталась между Итали­ей и Ливией и была лакомым кусочком для британских самолетов и подводных лодок. Мы говорим о больших оке­анских лайнерах, которые использовались в качестве вой­сковых транспортов. Так как они имели высокую скорость, им требовалось больше места для маневров в случае атаки. Пытаясь оказаться за пределами досягаемости торпедонос­цев, они огибали Мальту, держась далеко к востоку от острова. Потопление «Конте Россо» мы уже описали. Ос­тальными транспортами были «Океания», «Нептуния», «Эсперия», «Марко Поло», «Вулкания», «Виктория». Ударная авиация Мальты прилагала постоянные уси­лия, чтобы потопить эти ценные корабли. В то время летчики не преуспели, зато 3 лайнера стали жертвами подводных лодок. Хотя «крупная рыба» ускользала от летчиков, не менее ценные суда снабжения шли на дно. После того, как на «Суордфишах» появился радар, им больше не требовался лунный свет во время ночных атак. Они могли на­носить удары по конвоям в любое время суток. Часто тор­педоносцы прилетали после наступления темноты, чтобы добить транспорты, поврежденные бомбардировщи­ками. Или на следующее утро «Бленхеймы» добивали суд­но, поврежденное «Суордфишами». 22 июня конвой из 3 итальянских и 1 германского транспортов, за которыми следовал танкер «Брарена», в сумерках был перехвачен «Бленхеймами». В ходе атаки германское судно «Пройссен» загорелось и взорвалось. Одновременно танкер получил попадания зажигатель­ными бомбами и тоже загорелся. Экипаж попрыгал за борт. Когда позднее огонь погас сам по себе, моряки вернулись на борт «Брарены». Эсминец взял танкер на буксир. Но в этот момент итальянцы увидели мерцаю­щие осветительные ракеты и услышали шум моторов, объявившие о прибытии торпедоносцев. Буксирный ко­нец был немедленно отдан. Торпеда попала в беспомощ­ный танкер, который снова ярко вспыхнул. Брошенный экипажем танкер сдрейфовал к банке Керкенна, где и разбился. Аналогичный случай произошел в августе. Пароход «Маддалена Одеро» был торпедирован «Суордфишем», но не затонул. Его отбуксировали к острову Лампедуза. 11о на следующий день он был атакован и потоплен «Блен­хеймами». Почти каждый день на ливийском маршруте хотя бы одно торговое судно или шло на дно, или полу­чало такие повреждения, что ему предстоял долгий ре­монт. Африканскому Корпусу требовались 50000 тонн снабжения в месяц, но в июле было доставлено только 12 000 тонн, а в августе вообще 28 400 тонн. Хотя в сере­дине июня Роммель и сумел отбить плохо подготовленное английское наступление, которое Уэйвелл начал под давлением Лондона, германский генерал не смог начать свое собственное наступление. Противник даже не смог захватить осажденный Тобрук, оказавшийся далеко за линией фронта. Свой вклад в борьбу на морских коммуникациях вне­сли и подводные лодки из Александрии, которые патру­лировали возле Бенгази и наносили удары по вражеским судам, следующим вдоль берега к линии фронта. Почти каждую ночь бомбардировщики из Египта бомбили пор­ты противника, в основном Бенгази. Однако именно удар­ная мощь Мальты стала решающим фактором всей кам­пании на Средиземном море. Чтобы самолеты и подвод­ные лодки могли действовать, им требовались топливо и боеприпасы, запасные части. На остров нужно было за­возить продовольствие для гарнизона и гражданского населения. Поэтому сейчас мы перейдем от борьбы на ливийских коммуникациях к проблеме доставки снабже­ния на Мальту.