NaziReich.net - Исторический интернет- проект о Третьем Рейхе и национал-социализме в Германии в 1933-1945 годах.
Главная Контакты Карта сайта
18.10.2017 г.
 

Побоище на Ливийском маршруте

Ничто не может более ясно продемонстрировать из­менение характера морской войны, чем ситуация, сло­жившаяся на Средиземном море после падения Крита в июне 1941 года. Средиземноморский флот понес серьез­ные потери и сократился до 2 линкоров, 2 крейсеров, 1 крейсера ПВО и 17 эсминцев. Однако корабли противни­ка все равно не рисковали появляться в Восточном Сре­диземноморье. Но эта половина моря была окружена це­пью вражеских аэродромов, расположенных за предела­ми действия истребителей с британских аэродромов, поэтому флот не мог показаться нигде, за исключением маленького района в юго-восточном углу Средиземного моря. Огромные 381-мм орудия линкоров «Куин Элиза­бет» и «Вэлиант» оказались бессильны изменить это по­ложение. Но в то же время итальянский флот, который имел 4 линкора и более дюжины крейсеров, точно так же не мог контролировать центральную часть моря, где сейчас не могли действовать британские корабли. Он никак не мог помочь своему торговому флоту, который нес ог­ромные потери от бомб и торпед британских самолетов и подводных лодок. Единственным способом решить свои проблемы для итальянцев было возобновление массиро­ванных бомбардировок Мальты и захват этого острова. Обе стороны столкнулись с проблемой проводки кон­воев. Хотя вражеские корабли им всерьез не угрожали, транспорты подвергались исключительной опасности атак самолетов и подводных лодок. И такое положение не могло измениться, даже если бы были уничтожены линейные флоты обоих противников, что, кстати, вскоре случи­лось с британским Средиземноморским флотом. Успех или неудача операции по проводке конвоя зависела в огром­ной степени от эффективности ПВО и ПЛО, а также от готовности атакующих летчиков и подводников понести серьезные потери, чтобы добиться своих целей. Мы уже видели, что происходило с итальянским кон­воями, следующими в Ливию. Хотя силы ПЛО были до­вольно значительными — часто количество кораблей эс­корта равнялось количеству транспортов, — а условия действий британских подводных лодок были далеки от идеальных, противник не сумел нанести англичанам ощутимых потерь. ПВО конвоев в основном составляли зенитные орудия транспортов и кораблей сопровожде­ния. Они действительно сумели нанести атакующим с малых высот британским бомбардировщикам заметные потери. Часто они достигали 10 %. Такой уровень потерь можно было терпеть, только если летчики проявляли исключительную отвагу и были проникнуты сознанием чрезвычайной важности своей задачи. Атаки с бреюще­го полета были почти верным самоубийством, и Коро­левские ВВС отказались от подобных атак, как только сумели заменить бомбардировщики «Бленхейм» торпе­доносцами. Теперь посмотрим, что в это время делал противник. Насколько важно было для Оси обеспечить припасами армию Роммеля, настолько же важно было для англи­чан наладить снабжение Мальты. С января 1941 года ан­гличане не пытались провести на остров конвои с запа­да. С февраля по май 13 транспортов сумели проскользнуть в Ла-Валетту из Александрии, обычно под прикры­тием выходившего в море флота. Они доставили около 100000 тонн грузов, которые позволили Мальте не уме­реть с голода, немногим оставшимся на острове самолетам совершать полеты и заправить топливом подводные лодки. Однако теперь ослабленный флот не мог позво­лить себе провести хотя бы один конвой через Бомбовую аллею между Критом и Киренаикой. Командование фло­та предприняло отчаянную попытку наладить снабжение острова с помощью базирующихся в Александрии под­водных лодок. С июня по декабрь 1941 года они соверши­ли 16 рейсов на Мальту. Обычно лодка брала на борт 24 человека, 147 мешков груза, 2 тонны медикаментов, 62 тонны авиабензина и 45 тонн керосина. Эти рейсы про­должались до ноября 1942 года. Без них Мальта окончательно потеряла бы способность сопротивляться и наносить врагу ответные удары. Тем не менее, эти грузы никак не могли удовлетворить все по­требности. Более того, подводные лодки не могли до­ставлять продовольствие. Поэтому в июне было решено провести с запада конвой из 6 быстроходных транспор­тов. В это время Соединение Н адмирала Сомервилла со­стояло из его флагмана линейного крейсера «Ринаун», авианосца «Арк Ройял», крейсера «Хермайона» и 6 эс­минцев. Поэтому оно было усилено линкором «Нельсон» и Соединением X контр-адмирала Сифрета, которое со­стояло из легких крейсеров «Эдинбург», «Манчестер», «Аретуза», быстроходного заградителя «Манксмэн» и 11 эсминцев. Эта эскадра должна была провести конвой че­рез Сицилийский пролив к Мальте. Крупные корабли Соединения Н должны были ожидать ее возвращения, оставаясь западнее Узостей. Хотя итальянский флот в это время имел 4 линкора и 3 дивизии крейсеров, он не двинулся с места. Задача ата­ки конвоя во время прохождения Сицилийского пролива была возложена на группу торпедных катеров. С Соеди­нением Н должны были разделаться ВВС. 23 июня одновременная атака горизонтальных бомбардировщиков и торпедоносцев принесла итальянцам определенный ус­пех. Бомбардировщики, как обычно, сбросили бомбы кое-как и ничего не добились. Однако они отвлекли на себя истребители «Фулмар» с «Арк Ройяла». Британские ис­требители сбили 2 итальянских бомбардировщика и по­вредили еще несколько. Однако при этом они поднялись и не смогли помешать 6 торпедоносцам, которые летели над самой водой. Торпедоносцы потопили эсминец «Фор­сайт» и повредили «Манчестер», который был вынужден вернуться в Гибралтар. Это была прекрасно проведенная атака. Она особенно наглядно подчеркнула неудачные дневные атаки британ­ских «Суордфишей». Тем не менее, итальянские самоле­ты получили довольно жесткий отпор и понесли тяже­лые потери. Несколько волн итальянских самолетов были разогнаны «Фулмарами», которые итальянцы ошибочно приняли за «Харрикейны». Более ни конвой, ни корабли сопровождения потерь не имели и вечером они вошли в узкий пролив Скерки. Ночью конвой был атакован 2 тор­педными катерами. Они сумели торпедировать транспорт «Брисбен Стар» и благополучно удрали. Однако транс­порт не затонул, хотя германские пикировщики и италь­янские «Савойи» приложили массу усилий, чтобы при­кончить его. Во второй половине дня 24 июля он добрал­ся до Мальты — немного позже, чем конвой. В очередной раз островная база получила передышку. Однако англичане вполне могли заплатить гораздо дороже, если бы итальянцы рискнули более агрессивно использовать свои корабли. Соединение X адмирала Сифрета заправилось топливом на Мальте. Теперь ему пред­стояло возвращаться назад через Сицилийский пролив. 23 июля с острова на запад были отправлены 6 пустых транспортов и ветеран мальтийских походов «Бреконшир». Эскадра итальянских крейсеров, развернутая в проливе, могла уничтожить все эти суда. Однако все итальянские корабли предпочли укрыться в своих портах. Утром 25 июля эскадра Сифрета встретилась с Соединением Н. Пострадал только 1 транспорт, поврежденный вражес­кой авиацией возле берега Туниса. Как сказал Джеймс Сомервилл: «Это было удивительное дело. Палермо и Мессина были забиты крейсерами и эсминцами, однако они не двинулись! И мы благополучно вернулись». Так совершенно неожиданно завершилась операция, которая вначале выглядела исключительно опасной. Ведь Сомервилл готовился к тяжелейшему бою и свой приказ на операцию завершил словами: «Конвой должен пройти любой ценой!» Без серьезной поддержки со стороны Люфтваффе ита­льянцы совсем не рвались идти на рискованные действия по блокаде Мальты. Разумеется, офицеры итальянского флота не потеряли отваги, что ясно показала героичес­кая попытка атаки Гранд Харбора и базы подводных ло­док, которую предприняли ночью 25 июля взрывающие­ся катера и человеко-торпеды. Позднее мы поговорим и об этой операции, и о других действиях 10-й флотилии MAC. Но адмиралам в Риме отваги явно не хватало, они не собирались рисковать, чтобы поставить Мальту на колени. В результате английские ударные силы, базирую­щиеся на острове, получили топливо и боеприпасы, и теперь могли с новыми силами обрушиться на линии снабжения, ведущие в Ливию. Роммель застрял на еги­петской границе. Его по-прежнему манил мираж пира­мид и Суэцкого канала, однако он не двигался с места. Уязвимость морских коммуникаций серьезно нерви­ровала Роммеля все лето и осень 1941 года, так как он испытывал хроническую нехватку топлива и припасов. Англичанам приходилось везти все это по длинному пути вокруг Африки, и все-таки силы британской армии по­стоянно росли. Самолеты перелетали через Африку из Такоради в Египет, что было быстрее, хотя Королевские ВВС все равно испытывали трудности в наращивании сил, гак как возможности обслуживания самолетов на Сред­нем Востоке оставались довольно скромными. Вдобавок не хватало квалифицированных экипажей, что снижало эффективность действий авиации. И армия, и флот жа­ловались на слабую поддержку с воздуха. Особенно сквер­ным было положение флота, что объяснялось довоен­ным увлечением КВВС доктриной стратегических бом­бардировок. Только в октябре 1941 года в Александрии была создана Группа Взаимодействия с ВМФ. Ее самоле­ты находились в распоряжении командующего флотом и не отвлекались для выполнения других задач без консуль­таций с ним. Тем не менее, за последние месяцы нехватку само­летов основных типов удалось в целом преодолеть. Теперь воздушные силы главного маршала авиации Лонгмора могли сражаться с противником на равных, по крайней мере, недалеко от собственных баз. Одновре­менно удалось усилить мальтийскую авиацию. Истреби­тели «Харрикейн» доставлялись на авианосцах поближе к острову и самостоятельно перелетали на Мальту. ВУ середине августа на Мальте насчитывалось 69 исправ­ных «Харрикейнов», 18 «Бленхеймов IV», 17 «Веллингтонов», 12 «Суордфишей» и 7 «Мэрилендов». В сентябре из Гибралтара прилетела вторая эскадрилья «Бленхей­мов», и еще одну группу «Харрикейнов» доставили «Арк Ройял» и «Фьюриес». В октябре прибыли новые «Харрикейны» и 828-я эскадрилья ВСФ, вооруженная торпе­доносцами «Альбакор». Ударные возможности мальтий­ской авиации возросли после прибытия оснащенных радаром «Веллингтонов». Они также имели систему ра­дионаведения, которая позволяла наводить «Суордфиши» на цель даже ночью. К сентябрю снова возникла необходимость доставить на Мальту новую партию топлива и боеприпасов. Был сформирован конвой из 9 судов, который прошел Гиб­ралтарский пролив ночью 24 сентября. Началась опера­ция «Халберд», которая в общих чертах повторяла опера­цию «Сабстенс». Соединение Н на сей раз состояло из линкоров «Нельсон» (флагман адмирала Сомервилла), «Принс оф Уэлс», «Родней» и авианосца «Арк Ройял». Мере 1 Сицилийский пролив к Мальте конвой должно было вести Соединение X контр-адмирала Гарольда Бар­роу в составе 5 крейсеров и 9 эсминцев. Были приняты меры, чтобы ввести в заблуждение итальянскую разведку, и англичанам удалось на некото­рое время сохранить в тайне присутствие конвоя. Однако выход Соединения Н из Гибралтара на восток прямо ука­зал итальянскому командованию, что начинается какая-то операция. Англичане сумели убедить противника, что Сомервилл имеет только 1 линкор. Поэтому итальянский флот, состоящий из линкоров «Литторио» и «Витторио Венето», 5 крейсеров и 14 эсминцев под командованием адмирала Иакино, двинулся на перехват. Во второй половине дня кораблям Сомервилла при­шлось отбивать сильные атаки вражеских торпедоносцев. «Нельсон» получил попадание торпедой в форштевень и был поврежден. Адмирал получил сообщение, что с се­вера к нему приближается итальянский флот. Так как скорость флагманского линкора снизилась до 18 узлов, Сомервилл приказал вице-адмиралу Куртейсу с осталь­ными кораблями выдвинуться вперед и дать бой. «Арк Ройял» должен был поднять свои торпедоносцы. Гене­ральное сражение начало казаться неизбежным. Но Иаки­но был связан приказом не вступать в бой, если только он не имеет явного превосходства в силах. Когда выясни­лось, что англичане имеют несколько линкоров и «Арк Ройял», итальянский адмирал повернул назад. Ненадеж­ная радиосвязь и плохая видимость помешали торпедо­носцам «Арк Ройяла» обнаружить противника. Итальянс­кий флот взял курс на свою базу в Неаполе. Один из транспортов — «Империал Стар» — был потоплен итальянским торпедоносцем, который атаковал конвой в Сицилийском проливе, используя лун­ный свет. Зато остальные транспорты благополучно прибыли на Мальту, что вызвало взрыв энтузиазма жителей Ла-Валетты, собравшихся в порту. Запасы снабжения на Мальте были пополнены, исключая уголь, фураж и бензин. В целом Мальта теперь могла продер­жаться до мая 1942 года. Что означало это достижение, можно легко увидеть, вспомнив о нескольких конвоях, которые итальянцы пытались провести в Ливию в том же сентябре. 1 сентяб­ря из Неаполя вышли 4 транспорта в сопровождении 5 эсминцев. Чтобы не оказаться в пределах досягаемости торпедоносцев ВСФ, против которых конвой был безза­щитен, он прошел через Мессинский пролив и напра­вился прямо на восток. Именно этим маршрутом следо­вали быстроходные океанские лайнеры с войсками. Однако некоторое время после выхода из пролива кон­вой еще оставался уязвим. Поэтому вскоре после полуно­чи 2 — 3 сентября при ярком лунном свете «Суордфиши» обнаружили его и ринулись в атаку. Транспорты и эсмин­цы попытались поставить дымовую завесу, и множество орудий открыли огонь вслепую сквозь пелену дыма. Но это не помешало торпедам поразить 2 транспорта — «Андреа Гритти» и «Барбаро». Первый из них быстро зато­нул, а «Барбаро» ушел назад в Мессину на буксире. Ему предстоял долгий ремонт, а грузы срочно требующиеся в Африке, пришлось перегрузить на другие транспорты. 10 сентября из Неаполя вышел другой конвой из 6 транспортов и 6 кораблей эскорта. Он решил попытать счастья на ином маршруте — западнее Мальты. Однако бдительные самолеты-разведчики сообщали на остров о каждом маневре итальянцев. Командование начало гото­вить мощный удар. Первыми должны были атаковать «Су­ордфиши» 830-й эскадрильи. Они появились над конвоем 12 сентября около 3.00, но противник был настороже. Итальянцы поставили дымовую завесу, и торговые суда, отчаянно маневрируя, уклонились от всех торпед. На рас­свете появились истребители прикрытия, и все транс­порты пока были целы. Первая половина дня прошла от­носительно спокойно. Конвой обогнул банку Керкенна, усеянную обгорелыми корпусами потопленных кораблей. Но в 14.00 прозвучала воздушная тревога, и с запада появились 8 «Бленхеймов», летящие низко над водой. Корабли сопровождения увеличили скорость, оставляя за собой хвосты кипящей белой пены. Они развернулись, чтобы использовать все орудия. Разноцветные струи трас­сирующих пуль потянулись к бомбардировщикам, в небе помнились черные клубки разрывов крупных снарядов. 3 «Бленхейма», объятые пламенем, рухнули в море, одна­ко остальные неотвратимо приближались. Они летели над самой водой, не обращая внимания на безуспешные ата­ки истребителей «Капрони». Атака дорого стоила англичанам, но жертвы оказа­лись не напрасны. Пароход «Кафаро» был поврежден и загорелся. Огонь угрожал добраться до хранящихся в трю­мах боеприпасов. Экипаж оставил судно, и оно вскоре изорвалось и разлетелось на куски. Остальные транспор­ты продолжали свой крестный путь, надеясь, что темно­та избавит их от новых атак и утром они прибудут в порт. Этим надеждам не суждено было исполниться. Пример­но в 1.00 итальянцы услышали шум моторов «Суордфишей». Слева от конвоя на воде вспыхнули осветительные патроны. Корабли попытались укрыться в дымовой заве­се. Затем орудия открыли беспорядочный огонь по неви­димому самолету, шум мотора которого был слышен справа. Транспорты еще раз повернули, чтобы встретить торпеды носом или кормой, а не бортом. Однако никто ничего не увидел, и вскоре шум стих. Ни один корабль не получил попаданий. Шкиперы облегченно перевели дух, и конвой попытался восстановить строй. Все реши­ли, что англичане промахнулись.... Но на самом деле испытания конвоя не завершились. Пилоты «Суордфишей» не сумели добиться внезапности, а дым был слишком густым и мешал целиться. Они Помнили о неудачной атаке прошлой ночью и воздержа­лись от сброса торпед. Летчики решили подождать и кру­жили поодаль, пока дым не рассеялся. В 3.45 они снова пошли в атаку. Головной самолет сбросил цепочку осветительных патронов. В их свете ясно обрисовались силуэ­ты кораблей конвоя. Прежде чем дымовая завеса стала достаточно плотной, англичане сбросили торпеды. Пен­ные дорожки устремились к цели. Снова строй конвоя рассыпался, и корабли повернули в разные стороны, чтобы уклониться от торпед. Но один из ветеранов ли­вийских конвоев сделал это недостаточно быстро. Транс­порт «Николо Одеро» вздрогнул от взрыва и остановил­ся, охваченный пламенем. Когда стих шум моторов, потрепанный конвой снова построился. Эсминец взял поврежденный транспорт на буксир, а отважная команда попыталась все-таки поту­шить пожар. Все оказалось напрасно. Огонь охватил носо­вую часть судна, где в трюме находились боеприпасы. Был отдан приказ оставить транспорт. Эсминец отдал буксир, и вскоре после этого «Николо Одеро» взорвался и зато­нул. Конвой кое-как добрался до гавани Триполи, поте­ряв треть состава. Но и в порту суда не чувствовали в безопасности, так как Триполи каждую ночь подвергал­ся атакам бомбардировщиков «Веллингтон». Грузы были переправлены на берег, и измученные команды начали готовиться к не менее опасному обратному переходу. Этим транспортам повезло, они не попали в капкан, расставленный мальтийскими подводными лодками. Но те сорвали гораздо более крупный куш. Воздушная раз­ведка сообщила, что в Таранто готовится к выходу войс­ковой конвой. В него входили океанские лайнеры «Океа­ния», «Нептуния» и «Вулкания», которые до сих пор ус­кользали от англичан. Лайнер «Конте Россо» был потоп­лен Ванклином. В августе погиб лайнер «Эсперия». Хотя итальянцы приняли все мыслимые меры предосторож­ности, подводная лодка «Юник» лейтенанта Э.Р. Хезлета провела блестящую атаку на протраленном фарватере, ведущем к порту Триполи. Англичане предположили, что конвой постарается обойти район действий торпедоносцев с Мальты и пой­дет обычным восточным маршрутом. В этом случае лайнеры выйдут к берегу Ливии в 100 милях восточнее Три­поли. Именно там расположилась засада из 4 подводных лодок. Там, где итальянцы, по предположениям, долж­ны были выйти к африканскому берегу, находилась лод­ка «Анбитен». Восточнее у берега ждали «Апхолдер» и «Апрайт». У входа в протраленный фарватер в 30 милях от Триполи находилась «Урсула». Вечером 16 сентября 3 огромных лайнера вышли в море в сопровождении 5 эсминцев и на большой скорости на­правились в Африку. Дважды в течение следующего дня объявлялась тревога. Лайнеры отворачивали прочь, а эс­минцы начинали сбрасывать глубинные бомбы. На са­мом деле подводных лодок в этих местах не было, но нервы людей на кораблях конвоя были напряжены до предела. Больше ложных тревог не было, и на следую­щий день в 3.30 командир лодки «Анбитен» Вудвард за­метил конвой на фоне восходящей луны. Однако лайне­ры оказались слишком далеко, и лодка не успела выйти в атаку. Зато итальянцы не подозревали, что они обнару­жены, и «Анбитен» отправила по радио донесение. Ванклин поднялся на поверхность и устремился в по­гоню. Через полчаса показались огромные силуэты лай­неров. «Апхолдер» остался на поверхности, и Ванклин начал маневрировать, чтобы выйти в точку пуска торпед. Он находился немного в стороне от курса итальянцев, что вынуждало стрелять торпедами с большой дистан­ции. Гирокомпас лодки выбрал, разумеется, самый под­ходящий момент, чтобы сломаться. Маленький магнит­ный компас, окруженный тоннами стали, показывал направление довольно приблизительно. Волнение было довольно сильным, и рулевой с трудом удерживал лодку на курсе, ее мотало из стороны в сторону. Лодка оказа­лась на расстоянии 5000 ярдов от неприятеля, и нужно было стрелять. В таких условиях требовалось нечто боль­шее, чем даже высочайшее умение Ванклина и его «морской глаз». Он заложил циркуляцию и в тот момент, ког­да нос лодки пересекал линию прицеливания, выпустил с небольшими интервалами 4 торпеды. Удовлетворенный Ванклин нырнул в рубочный люк, и лодка начала ава­рийное погружение. Наградой за проявленное умение стала удача. Когда торпеды пересекали линию курса конвоя, 2 лайнера ство­рились, превратившись в одну гигантскую цель. Одна тор­педа попала в корму «Океании», повредив винты и вы­нудив лайнер остановиться. Две другие попали в борт «Нептунии», нанеся лайнеру смертельные раны. «Вулкания» дала полный ход и в сопровождении 1 эсминца пом­чалась в Триполи. Лодка «Апрайт» тоже приняла радио­грамму «Анбитена» и спешно пошла на юг, чтобы пере­хватить конвой. Однако она зашла слишком далеко, и к, неудовольствию ее командира, «Вулкания» проскочила севернее на виду у расстроенных подводников. «Урсула» сумела выйти в атаку, но командир недооценил скорость лайнера, который был самым быстроходным из этой тро­ицы. Торпеды прошли за кормой «Вулкании». В это время итальянские эсминцы занимались спасе­нием людей с «Нептунии» и попытками взять на буксир «Океанию». Они были так заняты, что не заметили Ван-клина, подвсплывшего под перископ, чтобы оценить ситуацию. Он решил дождаться восхода, чтобы нанести роковой удар поврежденному судну. Поэтому он снова погрузился и начал маневрировать так, чтобы атаковать со стороны солнца. Ванклин не знал, что в эту же точку сейчас направляется «Анбитен». Эта лодка продолжала преследовать конвой, хотя он уже проскочил мимо нее. «Апхолдер» вышел в точку пуска торпед первым, и Ван­клин уже приготовился стрелять, как на него бросился эсминец, вынудив снова погрузиться. Ванклин прошел под килем своей цели, поднялся на перископную глуби­ну с другого борта и выпустил в «Океанию» 2 торпеды. Лайнер затонул через 8 минут. Звезда Ванклина засияла ярко, как никогда. К сожа­лению, она очень быстро погасла. Зато для Вудварда это был день разочарований. Прибыв к месту событий вскоре после восхода, он увидел, как «Нептуния» уходит под поду без его участия. Вудвард уже приготовился выпус­тить торпеды в «Океанию», но в перископ увидел 2 вы­соких столба воды, отметивших попадания торпед «Апхолдера». Во время этой катастрофы итальянцы потеряли 384 человека. Хотя потери в личном составе оказались отно­сительно невелики, гибель 2 ценных лайнеров совсем недалеко от Триполи стала знаком для командования Оси, что следует принимать решительные меры, иначе битва за Средиземное море будет проиграна. Тем более, что в этом же месяце и другие конвои потеряли достаточно много судов. Офицер связи германского флота в Риме адмирал Вейхольд отправил отчаянный призыв о помощи. После это­го в сентябре германский Морской Генеральный Штаб информировал Верховное Командование: «Далее терпеть такое положение невозможно. Италь­янские морские и воздушные силы неспособны обеспе­чить конвоям надежное прикрытие... Морской Генераль­ный Штаб считает, что следует принять немедленные и радикальные меры для облегчения ситуации, иначе не только сорвется наше наступление, но и вообще все итало-германские позиции в Северной Африке будут поте­ряны». «Немедленные меры» в основном означали усиле­ние частей Люфтваффе на Средиземном море. Если в Сицилии будут находиться крупные воздушные силы, они сумеют вытеснить британские корабли из централь­ного бассейна и нейтрализовать Мальту. Однако Гит­лер в этот момент был полностью поглощен важней­шей кампанией в России и отказался перебрасывать новые силы авиации на Средиземное море. Вместо это­го он приказал X авиакорпусу прекратить атаки британских кораблей и баз в Египте и переключиться на защиту конвоев, следующих в Северную Африку. Это могло оказать серьезное воздействие на воздушные опе­рации Мальты, если бы Геринг не видоизменил при­каз фюрера. Он ограничил действия авиакорпуса защи­той конвоев, следующих между Грецией и Бенгази, а также вдоль африканского берега между Бенгази и Дерной. Гитлер также приказал отправить на Средиземное море несколько подводных лодок, хотя командование флота возражало против этого. Неадекватность этих мер выяснилась очень быстро. По­высившаяся безопасность военно-морской базы на Маль­те и успешная проводка 2 конвоев в июле и сентябре под­сказали Адмиралтейству решение еще раз попытаться ис­пользовать Мальту как базу для ударных соединений над­водных кораблей. 21 октября 1941 года крейсера «Аурора» и «Пенелопа» из состава Флота Метрополии вместе с эс­минцами «Ланс» и «Лайвли» из состава Соединения Н прибыли на остров. Они образовали Соединение К капи­тана 1 ранга У.Г. Агню — командира «Ауроры». Об их прибытии сразу стало известно итальянскому Морскому Генеральному Штабу. В это время из-за тяже­лых потерь была приостановлена проводка конвоев в Ливию. Так как Роммель готовил свое наступление, эта пауза не могла тянуться долго. Но все-таки прошли 3 не­дели, прежде чем Соединение К получило достойную цель. Это был конвой из 7 грузовых судов, который ко­мандование итальянского флота согласилось отправить только под сильнейшим давлением армии. Конвой имел мощное прикрытие. Непосредственное сопровождение состояло из 6 эсминцев. Им командовал капитан 1 ранга Бискьяни на «Маэстрале». Прикрывали конвой тяжелые крейсера «Тренто» и «Триест» вместе с 4 эсминцами. Этой эскадрой командовал вице-адмирал Бруно Бривонези. Чтобы обнаружить выход в море Соединения К, италь­янцы развернули несколько подводных лодок на подхо­дах к Ла-Валетте. Конвой вышел из Мессинского пролива в полдень 8 ноября. До заката его сопровождали 8 итальянских и германских самолетов. Однако они не сумели помешать разведчику «Мэриленд», вылетевшему с Мальты, об­наружить конвой и сообщить об этом в 16.40. Через час Соединение К покинуло гавань. Вражеские самолеты не заметили его выход, так же, как и итальянские под­водные лодки. Британские корабли мчались на восток под чистым ночным небом. Море было почти гладким, лишь слабый северо-западный ветер гнал мелкие ба­рашки. К полуночи взошла луна. Она ярко сияла на востоке. Через 40 минут англичане на расстоянии 6 миль замети­ли ничего не подозревающий конвой. Английская эскад­ра шла кильватерной колонной, во главе с «Ауророй». Капитан 1 ранга Агню сигналом приказал снизить ско­рость до 20 узлов и начал постепенно поворачивать на северо-восток, чтобы итальянские корабли были видны на фоне луны. Наконец он повернул вправо и двинулся курсом на юг параллельно конвою. Предчувствие близкой опасности не появилось ни у экипажей транспортов, ни у моряков на кораблях эскор­та. Адмирал Бривонези не хотел связывать свою эскадру малой скоростью конвоя и подставлять тяжелые крейсе­ра под торпедный залп какой-нибудь приблудной под­водной лодки. Поэтому он ходил галсами с севера на юг, держась западнее конвоя. Он хотел прикрыть транспорты от возможной атаки со стороны Мальты. В отличие от англичан, крейсера Бривонези не имели радара. Кроме того, итальянские моряки были плохо подготовлены к ведению ночных боев. Хотя Агню и заметил какие-то смутные силуэты на северо-востоке, он не обратил на них внимания, сосредоточившись на атаке свой главной цели — конвоя. Бривонези вообще даже не подозревал о присутствии английских кораблей. Несколько минут спу­стя он повернул на север. Бривонези оказался примерно и 3 милях за кормой конвоя и уже готовился поворачивать на юг, когда горизонт впереди него осветили вспыш­ки орудийных залпов. Конной и его эскорт были захвачены врасплох. Замы­кавший строй эсминец «Грекале» немедленно получил несколько попаданий и потерял ход. В бою он не уча­ствовал. Эсминец «Фульмине», шедший на правой ра­ковине конвоя, не продержался и минуты под огнем 6" орудий «Ауроры», после чего затонул. Другой эсминец, охранявший правый фланг конвоя, «Эуро», повернул, чтобы атаковать противника, но, увидев во мраке чер­ные силуэты британских крейсеров, решил, что это ко­рабли Бривонези! По мнению его командира, произошла трагическая ошибка, и две итальянские эскадры сража­лись между собой. Он отменил приказ выпустить торпе­ды и повернул, чтобы найти командира эскорта на «Маэстрале». Капитан 1 ранга Бискьяни тоже ошибся — он решил, что конвой атакован самолетами. Поэтому он отдал приказ поставить дымовую завесу. Бискьяни осоз­нал свою ошибку, лишь когда мачта «Маэстрале» вмес­те с антенной была снесена английским снарядом. Пос­ле этого он потерял связь с конвоем. Эсминцы на левом фланге конвоя — «Либеччио» и «Ориани» — не могли разобраться в происходящем, так как все закрыла гус­тая пелена дыма. Поэтому они не могли сделать абсо­лютно ничего. Точно так же и итальянские крейсера оказались пол­ностью сбитыми с толку. Они открыли было огонь по какой-то цели, но на британских кораблях даже не виде­ли всплесков от падения снарядов. Бривонези повернул на север, чтобы перехватить британскую эскадру, когда она начнет отходить. Конечно, он уже не мог предотвра­тить разгром конвоя, но все-таки еще мог хотя бы умень­шить потери. Агню вел свои корабли по широкой дуге вокруг скучившихся итальянских судов, обстреливая бес­помощные цели одну за другой. Поворот Бривонези на север был, мягко говоря, неудачным маневром, так как Мальта находилась на юго-востоке, и вскоре после 2.00 Апно повернул именно в этом направлении. Все транс­порты до единого были уничтожены. Поэтому итальянским кораблям сопровождения не оставалось ничего иного, как заняться спасением моря­ков с потопленных транспортов. «Ориани» взял на бук­сир поврежденный «Грекале». Пока итальянцы занима­лись этим, их постигло еще одно несчастье — подводная лодка «Апхолдер» всадила торпеду в эсминец «Либеччио», который затонул. Вполне естественно, что в роли козлов отпущения оказались итальянские командиры. Адмирал Бривонези и капитан 1 ранга Бискьяни были отстранены от командования, хотя первый был позднее оправдан. Ответственность за катастрофу нельзя возложить на кого-то одного. Она явилась суммой стечения обстоятельств, отсутствия радара и общей неготовности итальянского флота к ночным боям. Смертоносный удар Соединения К был подобен мол­нии. Однако это был лишь один эпизод целой кампании по уничтожению судок снабжения Оси, которую вели Ори ганские самолеты, подводные лодки и корабли. В сен­тябре противник потерял 28% всех грузов, отправленных в Ливию. В октябре потери составили 21%. В ноябре они выросли до 63%. Такое положение нельзя было терпеть далее. Итальянский торговый флот таял, как снег на сол­нце. Роммель был вынужден перенести наступление с целью захвата Тобрука сначала с сентября на октябрь, а потом и на ноябрь. В результате британская 8-я армия опередила его и 18 ноября сама перешла в наступление. Африканский Корпус, ослабленный нехваткой многих видов снабжения, потерпел ощутимое поражение. Тем временем итальянский флот делал все возмож­ное, чтобы наладить снабжение оказавшихся в трудном положении войск Оси в Африке. Для доставки бензина использовались крейсера. Несколько торговых судов, сле­дуя поодиночке или парами, сумели пробраться в Бенга­зи. Сначала они шли на запад к берегам Греции и Криту и лишь потом пересекали море. Более важный конвой из 4 транспортов вышел из Неаполя 20 ноября. Его сопро­вождали 7 эсминцев, а прикрывала эскадра из 2 легких крейсеров и 7 эсминце». Но воздушное прикрытие не су­мело отогнать неуклюжую летающую лодку «Сандерленд», которая на следующий день обнаружила конной па вы­ходе из Мессинского пролива. Вечером бомбардировщи­ки КВВС «Веллингтон» вместе с торпедоносцами «Суордфиш» и «Альбакор» 830-й и 828-й эскадрилий ВСФ ата­ковали его. Крейсер «Дука дельи Абруцци» был торпеди­рован и повернул назад. Ночью подводная лодка «Атмоуст» атаковала конвой и торпедировала крейсер «Триес­те», который тоже был вынужден возвращаться. После этого конвой был отозван назад, хотя его грузы были крайне нужны в Африке. Также была отменена проводка мелких конвоев, ко­торые должны были следовать в Бенгази восточным мар­шрутом, пока внимание англичан отвлечено более круп­ной операцией. Однако один из таких конвоев не полу­чил приказ. Он состоял из германских судов «Прочида» и «Марица» в сопровождении итальянских эсминцев «Лупо» и «Кассиопея». Во второй половине дня 24 ноября его перехватило Соединение К. Оба транспорта, несущие снаряды, бомбы и бензин для Африканского Корпуса, были потоплены. Из множества судов, отправленных в Африку со снаб­жением для ведущих тяжелые бои войск Оси, к цели пробились только 2. Одно пришло в Бенгази, второе — в Триполи. 29 ноября итальянцы предприняли новую по­пытку. Они снова отправили несколько мелких конвоев различными маршрутами. Соединение прикрытия на сей раз состояло из 1 линкора, 4 крейсеров и 9 эсминцев. Но и это не принесло им успеха. «Бленхеймы» с Мальты потопили итальянское торговое судно «Капо Фаро» и повредили еще 2. 1 декабря Соединение К перехватило и потопило вспомогательный крейсер «Адриатике», гру­женный боеприпасами и орудиями. Потом оно потопи­ло танкер «Иридио Мантовани», поврежденный «Бленхеймами», и отправило на дно сопровождавший танкер эсминец «Да Мосто». Роммель мог рассчитывать лишь на груз 1 транспорта, который сумел 2 декабря прибыть в Бенгази. Для Оси положение стало почти катастрофическим. В Северной Африке после начала британского наступ­ления ситуация качалась, как на весах. Британские вой­ска достигли тактической внезапности. XIII армейский корпус сдерживал противника на границе Египта и Киренаики, а в это же время XXX армейский корпус со­вершил глубокий обходной маневр к Сиди Резегу, ко­торый находится в 20 милях южнее Тобрука. Последова­ла серия довольно беспорядочных стычек, в которой обе стороны понесли тяжелые потери, особенно в танках. 27 ноября гарнизон Тобрука и деблокирующая группа соединились в Сиди Резеге. Теперь в окружении оказал­ся уже Африканский Корпус. Роммель начал наступле­ние на восток, бросив в бой все оставшиеся танки, и 25 ноября глубоко прорвался на территорию Египта. По­том он повернул на юг, чтобы спасти свои окруженные на границе войска. Этот смелый маневр поставил под угрозу британские коммуникации. Роммель надеялся, что англичане испугаются и очистят район юго-восточнее Тобрука. Своей цели он не добился, так как столкнулся с упорной обороной частей XIII корпуса. Его танки по­пали под удар бомбардировщиков КВВС. Растущие по­тери и нехватка снабжения вынудили Роммеля прекра­тить наступление. Известие о соединении гарнизона Тоб­рука с новозеландской дивизией генерала Фрейберга, которая вместе с 1-й танковой бригадой захватила Сиди Резег, вынудило Роммеля отойти на запад. В конце но­ября вокруг Сиди Резега завязались тяжелые бои, и 2 декабря город снова перешел в руки немцев. Тобрук еще раз попал в осаду. Но теперь Африканский Корпус и его итальянские союзники исчерпали весь свой наступательный потенци­ал. Нехватка снабжения приняла угрожающий характер, у Роммеля не осталось никаких резервов. Он был вынуж­ден перейти к обороне. Зато англичане, которые сумели подвезти свежие войска и технику, начали готовиться к возобновлению наступления. Именно в этот момент Роммель получил известие, которое покончило с его надеж­дами остановить противника. Некоторое время назад он и его формальный итальянский командир генерал Бастико потребовали доставить в Африку подкрепления и большое количество снабжения. Вместо этого 4 декабря в Африку прибыл полковник Монтецемоло, начальник оперативного отдела итальянского Commando Supremo. Он привез мрачное известие, что не следует ждать ничего, кроме небольшого количества горючего, продовольствия и медикаментов. Британские корабли и авиация полнос­тью остановили перевозки. Слабым утешением для Роммеля стало то, что Гит­лер, наконец, осознал серьезность ситуации и значение Средиземноморского театра для ведения войны в целом. Ом снопа прикачал X авиакорпусу перебазироваться в Сицилию. Но это не могло улучшить положение со снаб­жением ранее конца декабря. Роммель заявил, что боль­ше не может удерживать Киренаику. Через 2 дня он снял осаду с Тобрука и больше не пытался удержаться на еги­петской границе. Африканский Корпус начал с боями отступать на позицию возле Эль Газалы к западу от Тоб­рука. 17 декабря он оставил и эту позицию. 12 января Роммель отошел к границе Триполитании. Киренаика снова оказалась в руках англичан. Поражение армий Оси и долгая безуспешная осада Тобрука показали ошибочность сугубо сухопутной стра­тегии немцев. Но главный фактор, обусловивший эти успехи англичан, больше не существовал. Лишь ослабле­ние германской авиации на театре, а особенно — в цен­тральном бассейне — позволило увеличить ударный по­тенциал Мальты и почти перерезать ливийский маршрут. Англичане после ухода X авиакорпуса захватили господ­ство на море. Они могли использовать море для своих собственных целей и помешать противнику сделать то же самое, что и является ключом к пониманию столь рази­тельных перемен в ходе боев в Северной Африке. Хотя англичане в пустынях Ливии и сумели собрать богатый урожай из семян, посеянных на море, плодо­носящее дерево быстро засохло. Через 2 недели после решения Роммеля отойти к Эль Агейле на границе Триполитании он уже смог подготовить новое успешное на­ступление. Отчасти это стало результатом успешных не­мецких контратак, пока Роммель еще удерживал Газалу. В ходе этих боев британские бронетанковые войска по­несли чудовищные потери. Однако Роммель не смог бы начать наступление, если бы ситуация на море не изме­нилась самым радикальным образом.