NaziReich.net - Исторический интернет- проект о Третьем Рейхе и национал-социализме в Германии в 1933-1945 годах.
Главная Контакты Карта сайта
23.08.2017 г.
 

Рудольф Гесс: Неонацистский миф

Каждый год в августе сцена неонацистов не только из Германии, но и из многих европейских стран, мобилизуется на ставший уже знаменитым "марш памяти Рудольфа Гесса". Марши планируется проводить в маленьком городке Вунзидель недалеко от баварского города Байрейта, где и похоронен этот окружённый мифами бывший заместитель и правая рука Адольфа Гитлера. Эта мифическая фигура замечательно подходит для настойчивого ревизионизма и создания сказок о "Германии-жертве", которыми на протяжение лет активно занимается германская неонацистская сцена. Гессу и его мифу посвящают песни многие неонаци-банды, не только немецкие, но и британские, например, Skrewdriver в "Prisoner of Peace" и "Fourty-Six Years", или чешские, французские, американские и пр. Как было верно подмечено С.Г. Кара-Мурзой, на правом спектре тоже очень внимательно читают Антонио Грамши и успешно пытаются применить его учение о "культурной гегемонии" на практике. Марши в память о Рудольфе Гессе являются лишь одним из ходов неонацистов и сил, стоящих за ними, по "сдвигу" общественного сознания вправо. Целью этой статьи является развенчание мифа, созданного вокруг Гесса после его смерти, но сначала несколько слов о ситуации вокруг самих маршей и об их истории. Вунзидель: "Мы тебя никогда не забудем!" Антифашистское сопротивление маршам памяти сегодня довольно слабо организованно. Но активисты из всех частей страны, да и население самого Вунзиделя, которое не желает иметь что-либо общее с почитателями национал-социализма и постоянно с ними ассоциироваться, не сдаются. Марши никогда не проходили гладко. К тому же, в этом году бургомистр снова запретил марш в городе. Антифашисты знают - это не повод расслабляться в августе. Можно спорить о том, чем вызвана устойчивая отрицательная реакция бюргеров на бритоголовых воинственных парней с битами и белыми шнурками, клянущимися в верности "делу своих дедов". Возможно, бюргеры просто перестали стесняться любви ко всему национальному после избрания немецкого кардинала в Папы Римские и более-менее успешного чемпионата по футболу, и НС-фетишисты, вопреки ожиданиям, оказываются выдавленными на самый край национального фронта. Так случалось уже не раз, когда буржуазные партии начинали сами пользоваться риторикой правых экстремистов. Кроме того, запрет маршей в Вунзиделе означает только, что теперь начнётся игра в кошки-мышки по всей Германии. Нацисты будут искать города, где власти окажутся более благосклонны к их демонстрациям, антифа будут пытаться вовремя рассекретить их планы и выйти на след, а за ними, потирая руки перед хорошим уловом "врагов демократии всех цветов", но в первую очередь левых, будет ездить целая армия робокопов. В первый раз марш был организован 17 августа 1988 года в Вунзиделе, в первую годовщину смерти Гесса. Марш был запрещён, но адвокаты, связанные с местной неонаци-сценой, всё же продавили разрешение, и марш состоялся. Это был своего рода тест, проверка, об этом свидетельствует подключение адвокатов из Гамбурга, лежащего довольно далеко от севера Баварии. В тот раз собралась только местная тусовка, около 120 человек. В последующие годы количество участников и представляемых организаций постепенно росло. Подключались тусовки из других регионов. Уже в конце восьмидесятых можно было заметить европейские связи между организациями неонацистов, а постоянно враждующие немецкие группировки на время прекращали свои разборки. Настоящий прорыв удался в 1990 г. На волне эйфории после падения берлинской стены, к маршам удалось подключить нацистов из бывшего ГДР, многих ветеранов войны и собрать в общей сложности более 1000 человек. На правом фланге царило победное настроение, считалось, что анти-демонстрации в последующем не состоятся и оказать почести Гессу смогут многие "бюргеры в пиджаках с галстуками и более старые люди, остающиеся дома из-за страха перед камнями антифа", а не только готовые к обороне бонхэды. В 1991 г. Происходит более активное объединение между неонацистской сценой и консервативно-реваншистским лагерем. Демонстрация в Вунзиделе запрещена и проходит в близлежащем Байрейте. В 1992 г. Общественности, очевидно, начало это надоедать, после более 20 неудачных попыток получить разрешение на демонстрацию в нескольких немецких землях, около 2000 неонацистов конспиративно прибыли в тюрингскую провинцию, где смогли провести неразрешённую демонстрацию. Государственные репрессии против неонаци-сцены усилились, как обычно при "госантифашизме", ради поддержания интернационального имиджа, и совместно с датскими "товарищами" был организован марш памяти в Роскильде, Дания. Марш закончился для наци плачевно, их не спасли даже щиты со свастиками. Скромные марши на территории Германии окончились примерно так же. В последующие годы марш теряет значение, на что неонаци пытаются ответить неудачной организацией "месяца памяти" в августе, происходят марши в Швеции и Дании. Сцена сосредотачивается на мелких региональных акциях, включая акции в Швейцарии. 2000 год выдался тихим, активно распространялись пропагандистские материалы, марши проводились в Нидерландах, в Дании, в Швеции. В 2001-м баварские суды разрешили проводить марш в Вунзиделе. Хорошая организация, участие около 1000 неонацистов свидетельствуют о тщательной подготовке и межрегиональной координации. Воспрянув духом, сцена мобилизовала около 2500 человек на следующий год, "гостей" было много: боны из Австрии, Италии, Испании, Швейцарии, Дании и других стран. Марш приобрёл оттенок праздника, выступали барды, продавалась еда и выпивка. Было снова много "старых господ" и женщин. В последующие годы конституционный суд Баварии снова разрешал нацистам праздновать и расхваливать национал-социализм. Число участников повышалось и далее, а итальянские Viento Fronte Skinheads, например, смогли как-то раз приехать полным автобусом. Рудольф Гесс: "убитый лётчик мира", который "ни о чём не жалеет" Как в правоконсервативных кругах, так и у неонацистов Рудольф Гесс считается исторической фигурой достойной подражания, мучеником, погибшим за верность национал-социалистским идеалам, и примером несправедливой юстиции союзников. Стоит приглядеться к его жизни и смерти более внимательно. Начало его жизни можно вполне считать экзотичным: Гесс родился в 1894 году в Александрии, Египет, в семье торговца. Воспитание в семье, в школе и в кругу друзей семьи, разумеется, типично для того времени - патриотическое, консервативное, в верности немецкому кайзеру. В 1914 г. он отправляется добровольцем на войну и заполучает по одному ранению на западном и на восточном фронтах. Затем он переводится в авиацию, где получает навыки, которые ему очень пригодятся в последующем. На фронте, не смотря на разочарование поражения, он становится настоящим немецким ура-патриотом. Гесс участвует в составе праворадикального ополчения "Эпп" в разгроме Мюнхенской советской республики, сражается как лётчик на стороне реакции против "красного восстания" в рурской области. Он ищет контактов на правом спектре и находит их в частности в "Обществе Туле". Попутно он изучает экономику и знакомится с консервативным геополитиком Карлом Хаусхофером. Когда Гесс познакомился с Гитлером, точно не известно, известно лишь, что он был глубоко впечатлён гением начинающего фюрера и вступил в NSDAP ещё в 1920 г. Он сближается с Гитлером, а поскольку он не выказывает претензий на власть и даже преподаёт плебею Гитлеру хорошие манеры, фюрер очень его ценит. Таким образом, парочка с переменным успехом пытается проникнуть в более высокие круги и найти там меценатов. На начальной стадии NSDAP Гесс становится одним из первых шефов SA и бодро берётся за дело во время "пивного путча" 1923 года. Его задачей было арестовать "неугодных" политиков, по рассказам, этим он занимается весьма жестоко. После провала путча он бежит в Австрию, но возвращается, сообразив, что Баварии праворадикалов практически не наказывают, и сдаётся властям. Его отправляют в крепость Ландсберг, где фюрер уже обживает камеру. Там они, можно сказать, вместе пишут "Майн Кампф", т.к. без помощи Гесса труд был бы ещё более нечитабельным. Нельзя установить точно установить, какие идеи принадлежали действительно Гессу, но геополитические представления о "жизненном пространстве на Востоке" привнесены явно учеником Хаусхофера Гессом. После отсидки Гитлер делает Гесса своим секретарём, и эта скорее внутрипартийная деятельность тому виной, что имя Гесс не столь известно по сравнению с именами Рема, Геринга или "якобы социалистов среди националистов", братьев Штрассеров. С 1933 г. из Гитлера постепенно получается "фюрер всех немцев", который занимается внешней политикой. Некоторые наивные последователи возмущены приостановлением национальной революции, более ушлые - неудавшимися карьерами. Требуется особый аппарат для контроля партии, шефом в аппарате становится, разумеется, Гесс. Он становится заместителем Гитлера и министром, к слову, без особого министерства, как и Борман, т.е. третьим человеком в империи после Гитлера и Геббельса. Как шеф особого аппарата Гесс командует уничтожением тех самых недовольных партийцев. Он считается приличным и скромным партийным бонзой, разумеется, в сравнении с Геббельсом и Герингом, которых в народе прозвали за их коррумпированность "золотыми фазанами". До начала второй мировой он ответственен за развитие НС-организаций среди немцев живущих за границей. После начала войны показательна его политика относительно оккупированной Польши, он становится отчаянным противником законопроекта, по которому жителям Польши предоставлялась бы хоть какая-нибудь защита жизни. Это только некоторые примеры из его политической карьеры. Принципально он ничем не отличался от прочих нацистских бонз. Однако, в 1941 г. карьера кончается скорее по недоразумению и начинается то ли фарс, то ли миф по имени Гесс. 10-ого мая Гесс, не сказавшись любимому фюреру, летит в позаимствованном у Люфтваффе "мессершмидте" в Британию, чтобы встретиться со знакомым лордом Гамильтоном. Он был, очевидно, уверен, что британские джентльмены мечтают заключить союз с Германией. Над Шотландией его сбивают и арестовывают. На допросах Гесс выкладывает свой ультиматум: за заключение мира с Германией, он разрешает британцам сохранить их колонии, им только нужно признать европейскую гегемонию Германии и отдать ей колонии, отнятые после первой мировой. В противном случае, немецкие ВВС (потерпевшие поражение над Британией ещё в 1940-м) и подводные лодки (представлявшие тогда реальную угрозу) уничтожат миллионы британцев. К тому же британское правительство должно было подать в отставку. Такой вот простенький план. Черчилль не уделил заместителю Гитлера ни минуты. Что двигало Гессом не ясно до сих пор, попытка предотвратить многофронтовую войну или нежные чувства к Англии. В любом случае в плен он угодил. Там его психическое состояние заметно ухудшается, он несколько раз пытается покончить с собой, несёт чушь и выявляет симптомы паранойи. На родине - шоке и скандал, пропаганда объявляет Гесса сумасшедшим и пытается стереть его из прошлого партии. Режим оказывается в неудобном положении, в народе ходят анекдоты вроде: "Доставляют Гесса к Чечиллю, и тот его спрашивает: так вы и есть тот сумасшедший? На что Рудольф скромно отвечает: нет, я только заместитель!" Но плохие вести с восточного фронта скоро отвлекают общественность и о Гессе постепенно забывают. Гесса судят на Нюрнбергских процессах. Там он в очередной раз позорится: симулирует полнейшую амнезию. Он психически болен, но на его амнезию не покупается ни одни психолог. Во время разговора с Герингом он делает вид, что видит его в первый раз в своей жизни. Позднее он признаётся в том, что симулировал и страдал только расстройством концентрации. В заключительной речи он подчёркивает, что гордится работой с Адольфом Гитлером, и утверждает, что "ни о чём не сожалеет". Его приговаривают к пожизненному заключению, которое он отбывает в Германии, в тюрьме Шпандау (вспомним песню Angelic Upsairs, The Lonely Man of Spandau!). После того, как был выпущен бывший соратник Альберт Шпер, Гесс был единственным заключённым в тюрьме, которую охраняли войска союзников попеременно. В течение десятилетий было много попыток добиться освобождения Гесса, некоторые были вполне гуманны - в конце концов, Гесс состарился и был болен, другие, в частности организованные его же родственниками и "обществом Рудольфа Гесса", просто использовали его для пропаганды ревизионизма и НС. К знаменитым попыткам относится так же и ходатайство М. Горбачёва об освобождении заместителя Гитлера. В 1987 г. в возрасте 92 лет Гесс совершает самоубийство, вешается. Спекуляции о его смерти пользуются до сих пор огромной популярностью среди праворадикалов, в их среде курсирует много теорий заговора и убийства "лётчика мира", обслуживающих заодно и ревизионистские и реваншистские идеологии. Например, Черчилль, тем, что отказался от "переговоров" с Гессом оказывается виновен в бойне второй мировой войны, а у Гесса, оказывается, был и план по спасению европейских евреев под крылом Германской империи. Так что Черчилль виновен ещё и в холокосте, на самом-то деле. А планы Гесса хранятся в архивах британских спецслужб, и оные, чтобы скрыть свою вину во всём этом, заслали в Шпандау убийц, одетых в американскую форму (sic!) и избавили мир от правды о начале войны, которая могла выйти на свет, если бы Горбачёву удалось убедить союзников выпустить Гесса. Такова одна из версий. Столь активное мифотворчество объясняется удобством фигуры Гесса, в Германии в момент создания лагерей уничтожения не было, поймали его злобствующие союзники во время его "миссии мира", даже на Нюрнбергских процессах его не смогли осудить за геноцид. Прямо святомученик национал-социализма, оставвашийся до последнего верным. Можно спорить о том, было ли гуманным так долго содержать его в тюрьме, но он оставался до последнего дня национал-социалистом и активно участвовал в прошлом в преступлениях режима. В конце концов, справедливости ради стоит сказать, что Гесс являлся одним из немногих национал-социалистов, которые действительно по-настоящему заплатили за свои преступления. Однако, сочувствовать ему тоже не стоит, достаточно взглянуть на его типичную карьеру НС-бонзы, начинающуюся ещё в праворадикальных ополчениях.