NaziReich.net - Исторический интернет- проект о Третьем Рейхе и национал-социализме в Германии в 1933-1945 годах.
Главная Контакты Карта сайта
18.08.2017 г.
 

Выполнение приказа - юридический аспект

Почти все действия, за которые немецкие солдаты после второй мировой войны предстали перед трибуналами стран-победительниц, совершались на основании приказов немецкого верховного командования и руководителей германского государства. Это придает приказам и действиям, связанным с их выполнением, особое значение. Все солдаты и офицеры вплоть до командующих крупными войсковыми объединениями находятся в положении подчиненного. С одной стороны, они обязаны выполнять приказы своих начальников. Если они не сделают этого, то на основании законов военно-уголовного права они будут наказаны самым строгим образом. Без этого принципа не могут существовать никакие вооруженные силы. С другой стороны, солдат, как и его начальник, обязан подчиняться общим законам, которые запрещают ему совершать преступления. Конфликт, в который попадает солдат, когда ему дается противоречащий законам приказ, может быть разрешен по-разному: либо безоговорочным подчинением воинскому приказу, либо осознанием того, что и солдат должен выполнять лишь те приказы, которые не противоречат общим законам. Между этими двумя крайностями на практике могут быть и любые средние решения. Так, например, приказ может представляться внешне вполне законным; далее, он может настолько явно превышать власть и компетенции отдающего приказ, что оценить его законность не представляется возможным; иногда подобный приказ может вызвать открытое сомнение у выполняющего его. Характерным для этой проблемы является то, что законы, действующие внутри данного государства, рассматривают уголовную ответственность подчиненного, выполняющего [564] приказ, несколько иначе, чем это делает международное право. Государственные законы многих стран в основном сходятся на признании того, что солдат, который подчиняется явно преступному приказу, несет уголовную ответственность. Параграф 47 германского военно-уголовного кодекса говорит о том, что подчиненный, выполнивший какой-либо приказ начальника, несет уголовную ответственность только в том случае, если ему было известно о преступном характере действия, вызванного этим приказом. По этому параграфу подсудность подчиненного предполагает знание им незаконности приказа и того, что его начальник имеет намерение совершить уголовное преступление. В связи с такой формулировкой параграф 47 мог быть истолкован по-разному. Например, после окончания первой мировой войны германский верховный суд во время процесса над офицерами-подводниками Дитмаром и Больдтом признавал уголовную ответственность подчиненных только тогда, когда приказ для всех и каждого был несомненно преступным. На основании статей 114 и 190 уголовного кодекса Франции подчиненный в некоторых случаях не несет уголовной ответственности, даже если он и выполняет противозаконный приказ. Однако количество подобных случаев весьма невелико. Для случаев, не отраженных в законе, действует принцип, по которому подчиненный несет уголовную ответственность в том случае, если он выполнял приказ, незаконность которого очевидна для каждого. Положения английского и американского общего права акцентируют необходимость подчиняться только законному приказу гораздо сильнее, чем кодексы континентальных стран. Однако в отношении уголовной ответственности в Англии существует такой принцип, по которому солдат. думающий, что, действуя по приказу, он выполняет свой долг, не может быть наказан, если к тому же приказ командира не имеет открыто преступного характера и подчиненный не может сразу обнаружить его противозаконность. Современное американское право также исходит из того, насколько очевидным и явно преступным является тот или иной приказ, чтобы человек, находящийся в положении солдата, выполняющего приказ, понял бы его несоответствие с нормами права. Отрицательное мнение о принципе, [565] лишавшем подчиненного защиты в том случае, если приказ после его выполнения оказывался преступным, сложилось и в Соединенных Штатах. Американские военные круги утверждали, что подобный принцип не только суров и несправедлив по отношению к подчиненному, но представляет также большую опасность для дисциплины. Все решения по аналогичным делам, и в особенности по делу Джонса, ставшему еще во времена наполеоновских войн судебным прецедентом для всех последующих дел. не оправдывали преступных действий солдата, если он знал или по крайней мере должен был знать о том, что отдаваемый ему приказ противоречит законам. В отношении военных преступлений английский военно-юридический справочник (до 1944 года) в параграфе 4~43 “Законов и обычаев войны” после перечисления важнейших нарушений военного права, относящихся к военным преступлениям, предусматривал, что военнослужащие, совершающие по приказу своего правительства или своих военачальников действия, которые противоречат общепризнанным правилам ведения войны, военными преступниками не являются и потому не могут быть наказаны судебными органами противника. Подобное положение существовало (до 1944 года) и в параграфе 347 американских “Правил ведения сухопутной войны”. После того как в 1942 году восемь эмигрантских правительств и международный комитет “Свободная Франция” в принятом в Лондоне решении обязались позаботиться о наказании после войны так называемых военных преступников, а в московском заявлении от 30 октября 1943 года Соединенные Штаты, Англия и Советский Союз также объявили о своем решении преследовать военных преступников, английские и американские власти были вынуждены внести изменения в свои военные кодексы. В 1944 году параграф 443 английского и параграф 347 американского военных кодексов получили новую формулировку. В новом варианте эти параграфы уже не оправдывали незаконных действий, совершенных по приказу командира или правительства, и не снимали ответственности с выполнявшего этот приказ, однако они все же имели еще оговорку, что долгом солдата является выполнять любой приказ, преступность которого не очевидна, [566] и что в таких случаях выполнявшие приказ могут быть оправданы. В английских послевоенных процессах подобных явлений не наблюдалось. Причиной изменения английского и американского военных кодексов явилось намерение лишить обвиняемого в предстоящих процессах над подданными побежденных государств возможности использовать для своей защиты старый принцип международного права. Кроме того, это обусловлено мотивами, которые были высказаны профессорами Лаутерпахтом и Глюком. Изменения в военных кодексах теоретически были подготовлены ими еще раньше в различных опубликованных ими работах. Статья 8 Лондонского статута и статья 2 (пункт 4 “б”) постановления Союзного контрольного совета за № 10 вообще исключают оправдание подчиненного, который выполнял преступный приказ своего правительства или своего командира, независимо от того. понимал ли он его преступный характер или нет. Ссылка на приказ свыше может служить поводом только к смягчению наказания. Оба эти положения противоречат тем принципам, которые признаются правом любого государства в качестве аргумента для защиты подчиненного, выполнявшего приказ.