NaziReich.net - Исторический интернет- проект о Третьем Рейхе и национал-социализме в Германии в 1933-1945 годах.
Главная Контакты Карта сайта
17.11.2017 г.
 

Национально-политические воспитательные заведения (Наполас) в национал-социалистической Германии

А.Васильченко

Гитлер, для которого Веймарская республика была только “полем развалин”, не мог по достоинству оценить ее образовательно-политических достижений. Но именно в 20-е годы в Германии начинается и проходит радикальная реформа системы образования и воспитания. Воспитание молодежи было возведено в ранг государственной политики. Почти во всех интеллектуальных областях господствовало экспериментальное направление. С деятельности таких педагогов и общественных деятелей, как Кершенштайнера и Гаудинг, начинается школьная реформа. При Прусском министре по делам образования и религии Бекере для обучения и повышения квалификации учителей народных школ создается педагогическая академия. Выпускаются новые директивы , которые делят старшую школу на четыре типа: гимназию с изучением древних языков, реальную гимназию ( где изучались современные языки), естественнонаучную гимназию и немецкую обер-школу с германоведческими предметами в центре обучения. Выдающиеся педагоги, такие как Шпрангер, находят  новые подходы  и новые пути воспитания. Немецкая педагогика получает международное признание, приобретая всемирное значение. Можно говорить о периоде Веймарской республики, как о периоде повышения образованности нации, вследствие того, что имелась возможность свободных интеллектуальных поисков.

    Устранение демократической формы правления  с самого начала было целью деятельностью Гитлера и НСДАП. После прихода к власти 30 января 1933 года он начинает проводить в жизнь идею уничтожения демократии, причем используя легальные способы ее устранения. За один год Гитлеру удалось, формально соблюдая конституцию, превратить демократическую республику в вождистское нацонал-социалистическое государство. Это процесс носил тотальный характер, а потому , естественно, затронул и школьную политику. В самой сущности тоталитарного государства лежит стремление полностью контролировать человека, направляя его на выполнение государственных и партийных задач. По большому счету воспитание в тоталитарном государстве сводится к формированию у человека унифицированного мнения и к индоктринации его господствующей идеологией. Поэтому основой для всех мероприятий школьной политики стало национал- социалистическое мировоззрение. К 1937 году выработка новых директив была прекращена и получила практику приспособления школ к национал- социалистическому государству , что проводилось в жизнь отдельными распоряжениями. Особое значение при этом приобретали германоведческие предметы. При чем эти предметы должны были базироваться на расовой теории. История должна была подтверждать, что выживают только сильные и чистые расы. В центре исторического  должна была стоять “национальная революция”, а Адольф Гитлер рассматривался как “спаситель” немецкой  нации. При преподавании немецкого языка упор делался на народную поэзию. Из процесса изучения практически выпадала вся мировая литература. Новые произведения выходили в свет, если только они соответствовали национал- социалистическому мировоззрению или подводили читателя к нему. [1]

    Тем не менее необходимо подчеркнуть, что не смотря на приказы и директивы, подчинявших образование культурно-политическим целям национал- социализма. у преподавателей старшей школы  оставалось достаточно большое поле для самостоятельной деятельности , особенно в сфере отбора учащихся и предъявления им строгих требований.  Но эти рамки отбора и требования приобретали в большинстве случаев  смысл только тогда, когда важнейшей педагогической задачей ставилось воспитание и обучение самостоятельной умственной деятельности . Именно поэтому , опасаясь за интеллектуальный багаж немецкой молодежи имперский министр воспитания , Руст, возражал против нивелирования , провидимого “Гитлерюгендом”.  Он смог даже добиться отмены “дня молодежи”, приходившегося на каждую субботу и освобождавшего от школьных занятий. С другой стороны Руст был вынужден под давлением партии и вермахта сократить обучение в старшей школе на год.  Кроме этого односторонняя унификация школьной жизни привела в итоге к полному неприятию христианства. В области школьной политики это проявилось в мероприятиях, которые сводились к полному устранению занятий по религии и закрытию частных школ. Создание унифицированного образца школы становится социальной, педагогической и государственно-политической задачей.

   Одним из первых мероприятий в области новой школьной политики становится создание Национал-социалитического союза учителей , который должен был способствовать созданию нового типа учителя.  Следующим шагом стала организация проверок, которые должны были обеспечить преданность национал-cоциалистическому режиму, как со стороны учителей, так и со стороны учеников. проверка 1935 года показала, что руководства НСДАП и государства проявляло самое большую заинтересованность в проведении школьной политики на базе идеологически унифицированного учительского корпуса и полном учете и контроле сил активно проявлявших себя в области образования.   По итогам  проверки и после того как преподаватели представляли доказательства преданности национал-социализму они получали свидетельство, позволявшее им продолжать обучение в школе.

  Следующая возможность мировоззренческой унификации была создана при проведении в жизнь национал-социалистической программы , получившей название “Сельский год”.  Дети, участвующие в этой программе, на 9 месяцев размещались в лагерях, где они пол дня работали в крестьянских  хозяйствах, а так же принимали участие в обучении, организованном руководством лагеря, которое состояло из числа функционеров “Гитлерюгенда”. Эта система получила еще большее распространение в годы войны, когда “Гитлерюгенд” получил фактически неограниченные возможности по контролю над немецкой молодежью.

   Одновременно с мировоззренческим обучением издавались указы имперского министра воспитания, направленные на централизацию школьной системы и унифицирование школьной программы. Если в Веймарской республике неоднократные пожелания и высказывания о централизации и унификации школьных предметов,  то новые  реформы школы в “Третьем Рейхе” сводилась к упрощению их управлением.  За ними стояло тоталитарное государство, которое исключало любые формы коллегиального управления ,в том числе школьные собрания и родительские комитеты. Так же существенно ограничивались права учительских коллегий и ,согласно национал- социалистическому “фюрер принципу” , вся ответственность ложилась непосредственно на руководителя школы. Назначение школьных служащих в более высокие инстанции производилось имперским министерством воспитания, народного образования и науки.  К 1939 году все преподаватели были переведены в категорию имперских служащих.

   По принятому в 1933 году Закону “О восстановлении профессионального чиновничества” из школ могли увольняться политически неблагонадежные учителя, а так же те, кто “ не давал гарантий того, что он будет безоговорочно служить национал-социалистическому государству” . Закон предполагал так же  возможность временной отставки или перевода в другую сферу деятельности. Устранялись так же все профсоюзные организации, а учительские объединения входили в состав Национал-социалистического союза учителей. Партийная пропаганда развернула этот процесс по лозунгами национального единства и обновления. [2]

   Особенно жесткое давление оказывалось национал-социалистическим законами на евреев. Уже к 1935 году из немецких школ были исключены все еврейские преподаватели. Вскоре из школ были “изгнаны” и полуевреи. 2 июля 1937 имперский министр воспитания Руст высказывает мысль, что “ евреи не могут преподавателями или воспитателями немецкой молодежи”. Кроме этого еврейские дети должны были покинуть немецкие школы и учиться в особых учебных заведениях. Но с 1938 года обучения для них становится затруднительным даже в этих школах, а в 1942 году они и вовсе ликвидируются.

   Гораздо большее значение в рамках национал-социалистической политики придается элитным школам. Важнейших принципом этих заведений было создание нового слоя функционеров   и проведение  замен в руководстве партии, государстве , армии и других областях жизни. Пути создания их были различными, с одной стороны партия и вермахт могли оказывать на них влияние после некоторых  преобразований (Национально-политические воспитательные учреждения), с другой стороны они могли создаваться совместно НСДАП и “Гитлерюгендром” (Школы Адольфа Гитлера). При этом каждый из типов рассматривался курирующим учреждением как собственная “кузница кадров”. И з этого можно сделать вывод, что  не смотря на мировоззренческо-унифицированные рамки, в школьной политике интересы различных общественных и политических сил Третьего Рейха не совпадали.

    Национально-политические воспитательные учреждения были элитарными школами “Третьего Рейха”.  Ученики - юнгманны воспитывались в них исключительно в национал-социалистическом духе. Их воспитание считалось солдатским не только в силу своей строгости и муштры, но и сами юнгманы считались политическими солдатами” “Третьего Рейха”.   Национально-политическую воспитательные учреждение не редко путают со Школами Адольфа Гитлера, которые отличались как по учебной программе, так и по целевым установкам самого процесса обучения.

   Первые Национально-политические воспитательные заведения были созданы сразу же после прихода национал-социалистов к власти, 20 апреля 1933 года.  Они создавались на базе государственных учебных заведений и интернатов , которые со времени Веймарской республики давали образование с военным уклоном.  По учебной программе они походили на немецкую обер-школу  и были подчинены непосредственно имперскому министеру науки, воспитания и народного образования Русту. ИзначальноНационально-политические воспитательные заведения планировались как военные учебные заведения Третьего Рейха. И Руст даже юнгманнам Наполас не раз подчеркивал ,что многие великие люди в том числе фельдмаршал Гинденбург были кадетами. [3]В противоположность им Школы Адольфа Гитлера создавались национал-социлистическим руководством как чисто партийное учебное заведение.  При этом основание Школ Адольфа Гитлера происходило в противовес Национально-политическим воспитательным заведениям - конкуренция была характерным явлениям для национал-социалистической школьной политики.  в данной ситуации подчинение Школ Адольфа Гитлера имперскому министру Русту было не выгодным , и они находилсь в подчинении имперского организационного руководителя НСДАП - Лея. По мнению же Руста именно в Национально-политических воспитательных заведениях должно было происходить  формирование будущих “политических лидеров”. Конкуренция так же проходила в отношении дальнейшей судьбы выпускников этих учебных заведений. Руст настаивал , чтобы в “Национал- социалистические Орденсбурги” попадали именно выпуски ни Национально-политических воспитательных заведений, а Лей- что бы выпускники Школ Адольфа Гитлера.  Но планам Руста не было суждено сбыться.  9 марта 1936 года он был назначен всего лишь инспектором Орденбсургов , а 15 января по инициативе Лея и по согласованию с Гитлером и Ширахом, они перешли в подчинение группенфюрера СС  Хайсмайера.   Отныне “Национал- социалистические орденсбурги” являлись учебными заведениями исключительно для будущих функционеров партии , а стало быть выпускники Школ Адольфа Гитлера здесь получали существенное преимущество.

   Различались так же и способы обучения.  Если в Национально- политические воспитательные учебные заведения юнгманы поступали после недельных экзаменов и проверок с возможность последующего отчисления за неуспеваемость, то в Школах Адольфа Гитлера не существовало никаких экзаменов , а условием поступления было ходатайство местного руководства партии и “Гитлерюгенда”.  При этом сам ребенок должен был происходить из политически благонадежной и расово полноценной семьи. После 6 лет обучения ученики Школ Адольфа Гитлера получали диплом, который соответствовал аттестату зрелости Национально-политических воспитательных заведений и немецких обер-школ.

   В зависимости от того как обе системы учреждений заботились об отборе и успеваемости своих учеников достаточно четко видно разница в целевых установках обучения: юнгманны Нациоанльно-политических воспитательных заведений могли выбирать для себя в дальнейшем любую профессия, например , изучаемую ими юриспруденцию, медицину или филологию, в то время как ученики Школ Адольфа Гитлера готовились исключительно к партийной работе.

   В узком смысле партия не могла повлиять на Нацинально-политические  воспитательные заведения. Ни гауляйтер, ни другие партийные инстанции не могли оказать непосредственное влияние на Национально-политические воспитательные заведения. Они даже не значились в организационной книге НСДАП. Массовый прием юнгманов в “Гитлерюгенд” и “Юнгфольк” начал происходить только на основании закона “О молодежи” от 1936 года , и происходил в большей степени формально, так эти учебные заведения не подчинялись ни какой инстанции или структуре “Гитлерюгенда”. В плане воспитания и обучения юнгманн был ответственен лишь перед руководством конкретного Национально-политического воспитательного заведения. Поэтому вполне логично, что целью воспитания в Школах Адольфа Гитлера было становление убежденных национал-социалистов, укрепляющих властью государства и работающих в инстанциях НСДАП, а в Национально-политических воспитательных учреждениях, на первом месте стояло формирование гражданского и общественного профессионализма.

    По предложению Руста, который в феврале 1933 года, становится прусским министром по делам образования и религии, идет открытие первых трех Национально-политических воспитательных заведений. Предложение о превращении некоторых учебных заведений  в Пруссии исходит Иоахима Хаупта, поддержанного широкими кругами преподавателей. Национально-политическое воспитательное заведение планировалось как школа нового типа, в центре которой лежало бы  воспитание в национал-социалистическом духе. Большая часть преподавателей из государственно-учебных заведений готова была сотрудничать с НСДАП в этом новом проекте. Хаупт соединил с Нацилнально-политичесом воспитательном заведении типично немецкие военные интернаты и английскую  публичную школу, поставив во главу угла не воспитание личности, а веру и преданность вождю.

 В отношении английских публичных школ теоретиками национал- социалистической педагогики отмечалась определенная схожесть образовательных элитарных заведений для молодежи в Германии и Англии. “Английская публичная школа занимается планомерным возведением общественных форм, - Отмечается в одной статье, -  Мальчик забирается из семьи. Только в отрыве от родителей он может самостоятельно формировать в среде сверстников свои принципы и позиции. Только в авторитарной сердце он может обучиться приказывать и подчиняться. В своих действиях он начинает опираться и руководствоваться традициями, неписаными законами жизни, осознанием собственной ответственности за честь, боль и благо подчиненных”. Этим привлекают национал-социалистов английские публичные школы. [4]

Ведение занятий, естественно, передавались в руки профессиональных педагогов. Таким образом ,те люди, которые становились  руководителями этих учреждений и те преподаватели, которые вели занятие, определили стиль Национально-политических воспитательных заведений. Вначале не имелось ни учебных программ, ни служебных инструкций, что давало руководителям первых Наполас чрезвычайное право самим набирать преподавательский корпус и обучаемую молодежь, что давало неплохой шанс для некоторых педагогических экспериментов. Вначале в первых Наполас проходили даже педагогические дискуссии в отношении проводимой унификации образования.

В чем же состояла особенность новой идеи воспитания? В Национально-политических воспитательных заведениях по замыслу учредителей ( Руст, Хаупт) должны были слиться во едино традиции прусских кадетских училищ с воспитательными предметами английской публичной школы. Они естественно должны были ощутить на себе национал-социалистическую интерпретацию, так как ни прусский консерватизм, ни английский либерализм не могли устроить создателей Наполас. Их конечной целью являлось создание мировоззренчески выверенного нацинал-социалистического руководства во все сферы жизни.  Это получило название “национал-социлистический вид”.  Теоретики национал-социлистической педагогии подчеркивали , что именно в Наполас наиболее полно воплощаются принципы национал- социалистической педагогики, где во главу ставится не обучение а формированием характера.  “Национал-социалистический вид определяется не знаниями или навыками, а способностью применить эти навыки и знания для службы на пользу государства и борьбы за национал-социализм”.[5]Таким образом планировалось оживление  солдатского духа кадетских учреждений и воспитание юнгманнов “к мужеству, сознанию долга и простоте” и верностью девизу Мольтке:” Много исполняют, мало выступают, являются большим чем кажутся”. Английская публичная школа привлекала нацистов тем спортивным воспитанием, которое там провдилось. Одновременно учредители ссылались на ”Мою борьбу” Адольфа Гитлера, где давалась установка  на развитие характера , содействие воле и решительности. Несколько позже Гитлер убеждается в том, что воспитательные максимы Наполас и Школ Адольфа Гитлера (физическая жесткость, твердый склад характера, умственная эластичность)можно переносить на всю немецкую молодежь. Развитие Национально-политических воспитательных учреждений приводило к тому, что их консервативные и либеральные черты отступали перед идеей воспитания политического солдата.

  Основным вопросом общего воспитания в Наполас  должны были стать учебные задания.  На ряду с повышенными требованиями в области физического совершенствования планировалась одновременно гарантия воспитания характера . Руст закладывал новые принципы воспитания - формирование характера, тела и всей жизни. Этой воспитательной форме придавали большое значение, так как  она объединяла воедино семью, школу и “Гитлерюгенд”. Общее воспитание должно было предполагать так же и научное образование , которое должно было формировать богатые знания, так посещение и выполнение служебных поручений и спортивные занятия. Программа обучение предусматривала поездки по всей стране и выезды за границу, обмен с зарубежными учениками, промышленной практикой и посещением различных служб. Восьмилетнее образование должно было заканчиваться экзаменами на получение аттестат зрелости. От юнгманов ожидалось, что они передадут национал-социалистическое мировоззрение на все области жизни и всегда будут готовы “к службе в государстве и к борьбе за национал-социализм” Снова и снова в документах Наполас указывается на то , что  созданные тип политических солдат должен был определить новую традицию руководства. Вместе с этим отчетливо прослеживается господство политики над педагогикой.

    Как отмечалось выше в 1933  году   происходит преобразование трех государственных учебных заведений (Плен, Кеслин, Потсдам) в Национально-политические воспитательные заведения; в 1934 году происходит создание следующих Наполас , работавших как школы-интернаты. Говоря о первом в Германии Наполас -заведении в Плене, то восточно-гольдштинская ежедневная газета опубликовала 21 апреля 1933 год обращение имперского комиссара Руста, посвященное тому, что в связи с национальной революцией три кадетских корпуса в плене , Кослине и Потсдаме преобразуются в Национально-пролитические воспитательные заведения. При этом в них должен был обновиться учительский корпус. “При отборе преподавателей, - писал Руст, - необходимо применять соответствующие меры. обновляется так же план занятий. Школьной униформой является форма гитлеровского образца (штурмовики? от А.В)

  Уже из скупых сообщений в обращении Руста вряд ли можно увидеть четкий  предлагаемый план реорганизации в   Национально-политические воспитательные заведения. Этот период существование Наполас характеризует следующий факт. В течение некоторого времени для руководство Наполас в Плене не могли подобрать руководителя. Исполняющий обязанности директора только что созданного заведения  Генрих Рипер получал самые противоречивые указания в отношении своей деятельности. (Кстати во время одного из докладов в Берлине он настаивал на том, что ввести для всех школьников единую униформы, которой могла бы стать униформа “Гитлерюгенда” , а так же включить в школьное обучение национально-политические предметы - это было сделано несколько позже).  Время как министерский совет ищет кандидатуры директора для Наполас в Плене , Рипер встречает своего старого знакомого , бывшего майора полиции, а в 1933 году штандартенфюрера СА - Германа Брунка. Его кандидатура получает одобрение в Берлине. А с 27 мая 1933 года он начинает руководить заведением в Плене.  Его деятельность приобретает весьма активный характер. сразу же упраздняются цветные фуражки кадетов, подчеркивающие их социальное происхождение. “Классовое мышление подлежало изжитию” и единая форма должна была подчеркнуть стремление к “народному сообществу”.

   С августа 1933 года юнгманны Наполас  начинают носить форму “Гитлерюгенда” без знаков различия. А с 1934 года униформу оливкого цыета. Но в 1936 году, в связи с принятием закона “О молодежи”, снова возвращается униформа “Гитлерюгенда”.

    В отборе преподавателей руководство Наполас ориентировалось прежде всего на политический и расовый аспекты.  Но даже многие юнгманны попав Наполас , нередко покидали ее стены.Так только в течение 1933 года заведение в Плене оставило около 50 обучавшихся.  Меняется у преподавательский сосав с том же заведении из 25 учителей ведших предметы в 1932-1933 годах, к 1934 году остается всего лишь 7 человек.

     Появляется и еще один специфический аспект деятельности Наполас на их первом периоде - рост напряженности между юнгманнами и учениками, продолжавшими обучаться в том же заведении. Посещая ряд одних и тех же предметов , обыкновенные школьники чувствовали себя людьми второго сорта, так как не носили никакой формы. Руководство Наполас пыталось снять эту проблему сокращая число учеников и увеличивая количество юнгманнов. Но окончательно эта проблема была решена лишь в 1935 году ,когда в Наполас остались лишь юнгманны, а школьник были вынуждены посещать другую школу.  Но увеличивая число юнгманнов , руководство Наполас столкнулось с новой проблемой - у большинства юнгманнов родительские дома лежали не редко в 10-20 километрах от заведения, а значит Наполас не обходимо создавать как заведения -интернаты. Наполас изначально создавались как мужские заведения, поэтому к весне 1934 года все женщины- учителя и школьницы были удалены. 

  Далее создание новых заведений происходит по образцу Национально-политических воспитательных заведений в Ораништайне и Штуме. Поскольку заведение в Ориништайне было первым из Наполас, которому прусский министр образования предоставил значительные средства, оно имело большое значение для организации следующих Наполас , в частности вопросе соблюдения чистоты и норм гигиены в помещениях и спальнях. Рабочие помещения, актовый зал, концертный зал и общие помещения должны были  , по мысли создателей этого заведения, способствовать повышению успеваемости у юнгманов. “Вид прусского кадетского учреждения был основательно изменен: жилые помещения были перестроены с стиле близком к готике и романтизму... Более свежий жизненный дух, усиленное воспитание отодвинули тени прошлого. Здесь все по-национал-социалистически просто. Здесь идет опора не на старые формы. Мы берем только здоровые традиции, чтобы с гордостью и восхищением смотреть вперед” - так писалось в специализированном издании Наполас о только что отремонтированном здании в  Ораништайне[6]. Со временем программа обучения юнгманов значительно расширяется и обновляется , где придается особое значение естественнонаучным дисциплинам. Так на уроках биологии в распоряжению юнгманнов были пироскопы, они могли даже ставить собственные научные опыты. Одновременно с этим увеличивается и физическая нагрузка на обучавшихся в Наполас. Так в Ораништайне в распоряжении юнгманов был не только спортзал и бассейн, но и игровые поля, гаражи, конюшни, лодочная станция. С расширением роли спорта у юнгманов приобретает особое значение верховая езда . Был переделан так же лазарет, в который было поставлено новое оборудование и он соответствовал последнему слову техники и науки того времени.  Была также произведена реконструкция предфассадной плошали замка и внутреннего двора, были расширены парковая зона и сад вокруг заведения. Была завершена уже в  1934 году перестройка самого здания Наполас.  В том же году в нем уже обучалось 100 юнгманнов всех возрастов. В 1936 году было произведено увеличение количества обучавшихся, которое достигло 250 человек.

   Как следует из документов юнгманны сохраняя кадетские традиции прошлого хотели наполнить их новыми идеями и выступать как “независимые культурные носители национал-социалистического духа”.

   В Штуме в Наполас были переделаны пустующие казармы, которые по мнению руководства, должны были соответствовать воспитательным представлениям национал-социализма.

       “Все воспитание в Наполас имеет своей задачей придание политической формы людям... и помочь им так же принимать в трудных ситуация правильное политическое решение”. Эта фраза взята из юбилейного сборника, 18 ноября 1938 года, к пятилетию Наполас в Штуме. В нем содержится вполне правомочная мысль, что занятия и служба в Наполас определяется прежде всего “политическим обучением”.

    По учебной и научной программе Национально-политические воспитательные заведения являлись элитарными обер-школами, естественно при этом , стоит так же учитывать те специфические предметы политического характера, и то что все предметы имели политическую ориентация , предопределенную характером национал-социализма. Программа для юнгманнов старшего  возраста выглядела приблизительно следующим образом:

предмет                 часов в неделю

немецкий                 4

история                    3

география                2

латинский                4

английский              5

математика              3

физика                       2

химия                        5

биология                   2

исскуство                  2

музыка                       1

спорт                          5

Итого как мы видим в неделю юнгмманы  Наполас имели около 40 часов занятий, что значительно превышает уровень занятий обыкновенной немецкой обер-школы, приближаясь к высшим учебным заведениям.

     Чтобы увидеть отличия в программах посмотрим на учебный план Потсдамского Наполас, делавшего большую ставку на воспитание , а не на формирование знаний.

Предмет

О 1

U 1

O2

U2

O3

U3

IV

V

VI

Немецкий

4

4

4

4

4

4

5

6

6

История

4

4

4

3

3

3

3

1

-

Английский

2

2

2

3

3

3

4

4

4

Латинский

2

2

3

4

4

4

-

-

-

География

2

2

2

2

2

2

2

2

2

Биология

2

2

2

2

2

2

2

2

2

Физика и химия

2

2

2

2

2

2

2

-

-

Математика

-

-

-

-

3

3

4

4

4

Религия

1

1

1

1

-

-

1

2

2

Физкультура

1

1

1

1

1

1

2

2

2

Черчение

-

-

-

-

1

1

2

2

2

Национальная политика

2

2

2

2

-

-

-

-

-

Спецзанятия

10

10

8

7

-

-

-

-

-

Музыка

-

-

-

-

1

1

2

2

2

Итого

32

32

31

31

27

27

27

27

26

 

     В отношении составления учебных планов необходимо подчеркнуть, что руководство Наполас требовало проявлять “ особую тщательность при обустройстве внутренней обстановки (заведений) и отборе преподавателей”. В первую очередь преподаватель должен был быть “преисполнен мыслями о новом  государстве, и быть не только талантливым воспитателем, но я являться воплощением национал-сциалистической идеи”. Особенность Национально-политических воспитательных заведений осознавалась руководством партии, и поэтому “школа для будущих руководителей не должна являться казармой , где юнгманы с утра до вечера работаю как автоматы”. Кроме наличия свободного времени у юнгманнов, положительным  моментом может являться так же осуществление специализации, которая должна была начинаться у обучавшихся старшего возраста. Предполагалось четыре общих направления учебной специализации:

1) гуманитарная специализация с изучением древних языков (греческий, латынь);

2) математическая и естественно научная специализация;

3) лингвистическая специализация с изучением иностранных языков (французский, испанский, русский);

4) искусствоведческо-эстетическое направление специализации.[7]

     Стоит отметить, что в отдельных Национально-политических воспитательных заведениях, которым была дана   большая свобода для проведения эксперимента роль спорта и эстетического воспитания могла быть различной. Весьма существенно отличались от старых немецких гимназий и сама система уроков и расписания . В первой половине дня в Наполас шли занятия по предметам с интеллектуальной нагрузкой ,затем шли занятия по эстетическому воспитания, и затем спортивные занятия. Таким образом юнгманны не находились в одной аудитории продолжительного времени, постоянно перемещаясь по зданию. Неплохой идеей так же были ремесленные занятия , так юнгманны подробно рассматривали все то что было связано со строительством, начиная с характеристик материалов, их применения, заканчивая культурно-историческим рассмотрением отдельных памятников архитектуры.  

      К эстетическим средствам воспитания относилось не только изучение шедевров искусства и ремесленные занятия , а так же игра на музыкальных инструментах, “парады знамен”, “радостные маршевые песни”, участие и оформление праздников НСДАП. Как видно высшим принципом здесь служило не художественное качество занятия, а его общественно-политическое содержание.

    Примером этого может стать торжественное собрание, посвященное закладке первого камня и началу постройки здания Национально- политического воспитательного заведения в Балленштедте 4 сентября 1936 года. Данное мероприятие открывалось трехкратными фанфарами, затем все присутствующие исполняли песню “Юный народ встает”, затем шел стихотворный монтаж:

Первый: Снова встают замки,

                Как всегда, когда Германия просыпается,

                Молодежь устанавливает знамя,

                Подобное башне в грозовой ночи.

Второй: Снова возводятся стены,

               Построенные нами.

Третий: Может статься

Четвертый: Нам, молодым, предстоит

                      Вместе построить новый мир!

Первый: Мы являемся рыцарским орденом

                Бытия немецкой молодости.

Второй: Восток,

Третий: Юг,

Четвертый: Запад,

Первый: и Север

Все вместе: Слиты в нас воедино.

Как видно из приведенного выше отрывка в торжественных мероприятиях Наполас , так же как и во всех Третьем Рейхе использовались патетические  приемы, ориентировавшие молодежь на выполнение ею особой миссии , не только в Германии, но и во всем мире( данное мероприятие заканчивалось призывом отринуть усталость и построить новую империю).

    Большое значение придавалось биологии, как говорилось выше Наполас были оснащены по последнему слову техники. Юнгманы имели в своем распоряжении современные инструменты и приборы, растения и даже подопытных животных, что позволяло проводить собственные эксперименты и исследования.

     История же в Наполас подавалась, с той точки зрения, чтобы выработать у обучавшихся расовый фанатизм, базируясь на таких понятиях как “кровь и почва”.  Эти занятия не стремились способствовать научному объяснению жизненных явлений, опираясь на мировоззренческие образы национал-социализма.  При этом мировоззренческое обучение не ограничивалось занятиями по немецкому языку, истории, географии, биологии и искусству. Юнгманны , которые должны были стать “политическими солдатами”, активистами внедрения национал-социалистического мировоззрения в жизнь, должны были пройти  последующее концентрированное теоретическое и практическое обучение . Практическая часть обучение проходила во структурах ”Гитлерюгенда”, “Юнгфолька”, на селе и предприятиях страны.  Для теоретической же подготовки еженедельно выделялось 2 часа.  Для юнгманнов более старшего возраста читались лекции руководителями структур СС,СА, “Немецкого трудового фронта”, имперской рабочей службы. Так зимой 1933 года в плене прошла первая конференция в которой приняли участие представители со всей Германии , которые выступали перед юнгманнами со следующими темами:

- профессор Штеммлер “Раса, народ и государство”;

- доктор Кремер “Борьба немецкого народа на Востоке”.

А так же  “Химические средства как оружие” ,“Шлезвиг и Версальское предательство”, “Шлезвиг -Гольдштейн в “период борьбы”. Кроме этого именно здесь , в Плене,  было положено начало мероприятию , получившего название “черное окно”, и приуроченное к , “траурной дате”, заключения Версальского мирного договора. Фойе одного из этаже Наполас в Плене завешивалось черным барахтом, на котором в траурной рамке вывешивался текст Версальского договора. Директор этого заведения назвал это мероприятие “живой связью в 2 миллионами павшими на фронтах войны”.

      Основные понятия  для политически -мировоззренческой веры , которая все сильнее и сильнее укреплялась в сознании юнгманнов,  вырабатывались на основе “Моей борьбы” Гитлера, ”Мифа 20 века” Розенберга, и пионеров “новых фелькише ценностей” - Ницше, Лагарда, Чемберлена.

     В предпоследний год обучения, когда юнгманны считались  уже достаточно воспитанными в духе национал-социализма,  они могли получить на руки произведения политических противников национал-социализма. Это могли быть сионисты, большевики, либералы, католические авторы либо “монархисты-реакционеры”.  При их прочтении юнгманны должны были выискивать  пути и средства  опровержения прочитанного. Естественно , это являлось еще один пропагандистским трюком, так как речь шла не о глубоком или вдумчивом изучении и оппонировании , но о поиске наиболее удобных путей для компроментирования и очернения автора. Наряду с занятиями и особенностью мировоззренческого обучения, остается открытым вопрос о значении служебной формы. В различных заведениях она была различной из-за чего велись острые дискуссии. Показательно , что в одних Наполас юнгманны обращались друг к другу на “ты”, а в некоторых исключительно на ”Вы”. В различных заведениях был так же различный внутренний распорядок, который колебался от совсем слабых форм контроля до муштры.

    Позже руководители и воспитатели юнгманнов высказывались весьма живую заинтересованность в координации и унификации внутреннего распорядка в различных Наполас.

       В сообщениях о деятельности Национально-политическго воспитательного заведения в Ораништайне присутствуют в среднем 3-6 важнейших событий месяца, которые обычно выделялись из обыкновенного служебного распорядка. Если посмотреть каковы эти события , то сразу видно, что в большинстве своем  это спортивные и военно-спортивные мероприятия: соревнования между отдельными Наполас и другими молодежными группами, учениками английских публичных школ. Нельзя избавиться от ощущения, что руководство Национально-политических воспитательных заведений было весьма озабочено признанием своих учреждений этими школами.

   Наряду со спортивными  мероприятиями в глаза бросается большое количество празднеств. Немного меньше идет количество производственно-торжественных собраний. Имеются так же сведения об участии юнгманнов в сельских праздниках. Нередким случаем были приезды приемных родителей на шахты, где проходили практику юнгманны ( на время обучения в Наполас, юнгманны получали приемных родителей , что должно было усилить чувство связи с различными социальными слоями).

      В своей речи перед жителями Берлина 10 декабря 1940 года Гитлер впервые подчеркнул значение Национально-политических воспитательных заведений для национал-социалистического государства. Он видел в решительных переменах в внутри Наполас формирование воспитательного идеала элитарного национал-социалистического учебного заведения. Теперь воспитание в английской публичной школе оценивалось односторонне негативно. Ничто не характеризует более отчетливо произошедших изменений , нежели отказ от учредительной идеи Нацинально-политических воспитательных заведений - заимствования опыта и практики английской публичной школы. Свой острый отказ Гитлер мотивировал тем, что это воспитание для “денежной аристократии”.

     Речь Гитлера стала сигналом к расширению сети Национально-политических воспитательных заведений. Одновременно с этим расширялось элитарное образование как в самой Германии, так и на оккупированных территориях.

     Интенсивное расширение системы Национально-политических воспитательных заведений, происходит с началом Второй мировой войны.  Для государства это становится весьма крупной статьей финансовых затрат. Так, в 1941 году группенфюрер СС Хайсмайер просит у шефа имперской канцелярии доктора Ламмерса на финансирование Национально-политических воспитательных учреждений 14 миллионов рейхсмарок. Поскольку эти средства были ему безотлагательно предоставлены, на празднествах в Бакнанге в апреле 1941 года он смог заявить об основании 10 новых Национально-политических воспитательных заведений, находящихся во вне Пруссии.

   Все дальнейшие основания Наполас происходили лишь после консультаций Хайсмайера лично с рейхсфюрером СС, Гиммлером. Освещение же процесса развития Национально-политических воспитательных заведений происходило через постоянные “ежемесячные сообщения Хайсмайера”. Эти сообщения самым тщательным образом выверялись в штабе рейхсфюрера СС. Особый интерес Гиммлер проявил к созданию Национально-политических воспитательных заведений в протекторате на территории Чехословакии и в Нидерландах. В своем письме Гейдриху он обращается его внимание не только на три “новых объекта в протекторате Моравия и Богемия”, но и на проведении отбора в них чешских юношей. Для Гейдриха эти мысли не являлись новинкой, поскольку еще 24 октября  1940 года в одном из управлений СС была разработана “секретная” анкета для чешских школьных врачей , которая должная была способствовать позднее отбору “расово полноценных” чешских юношей.  Но тем не менее реальная разработка  механизма отбора  началась лишь с сентября 1944 года Планировалось закончить этот отбор через год, к сентябрю 1945 года. Чешские юноши, которые получили воспитание в Национально-политических воспитательных заведениях , должны были позднее получить “то же преуспевание и возможности продвижения... как и немецкие юноши” .

   Наряду с этим СС занималось созданием в Богемии и немецких Наполас. Выбор Хайсмайера пал на Куттенбург при Колине, старое немецкое поселение .

    в своей речи 16 сентября1942 года Рейхсфюрер СС Гиммлер подчеркнул, что Наполас является важнейшим инструментом отбора “расово полноценных” элементов представителей народов оккупированных территорий, в то время как все остальные в плане образования могли ограничиться “общими знаниями, таблицей умножения и грамотностью, позволяющей написать свое имя и фамилия”.[8]

   В месте с тем Наполас получало новую задачу- они должны были способствовать укреплению Великогогерманского Рейха. 22 апреля 1941 года все воспитательные заведения были объединены в имперское управление. Именно тогда же начинается возведение новых Национально-политических воспитательных заведений на присоединенных к Рейху территориях в пограничных районах.  Руст, которого как министра воспитания Гитлер характеризовал как “самого великого преподавателя и воспитателя”, объявил “имперскую идею” главнейшим заданием не только Наполас, но и всей системы воспитания и образования. Теперь вся общая воспитательная работа находилась под повелительными требованиями “фюрера”, который создал “ не только империю, но и все ее образы и законы”.

    С военными успехами у руководства Рейха укрепляется сознание превосходства  по отношению к другим народам, вплоть до презрения. Руст все чаще начинает высказываться о немцах как о “расе господ”.  Одновременно с этим Гитлер и Гиммлер начинают проводить в жизнь идею немецкой гегемонии в Европе. Имперские представления, до этого базировавшиеся на сохранении и умножении немецкого народа, все больше и больше переходят к представлениям о “немецкой расе”  и созданной ею Великоевропейской империи. Национально-политическим воспитательным заведениям в этом процессе отводилась, по воле Гимлера,  едва ли не доминирующая роль. Он планировал в недрах Наполас воспитать “расово полноценные” руководящие кадры  для всех европейских стран от Норвегии и Франции до протекторатов и Украины. Чешские, французские, скандинавские юноши должны были после воспитания в Наполас стать немецкими гражданами. По мнению Гиммлера этот шаг должен был с одной стороны укрепить имперскую идею, с другой стороны “привязать” “расово  полноценный” элемент других народов к Германии и “расе господ”. Именно Гиммлер как имперский комиссар по вопросам укрепления немецкого народа добился открытия в 1941/1942 годах открытия Национально-политических воспитательных заведений в Эльзасе, Южноми Тироле, Бесарабии, Буковине.  Планам Гиммлера не было суждено сбыться.  В конце 1944-начале 1945 годов юнгманнов Наполас ждала различная судьба. Одни составили костяк отрядов “Вервольф” , погибнув в стычках с союзническими войсками. Другие как югманны из заведений в Плене, и эвакуированных туда же заведений Восточной Пруссии, Козлинка были спасены директором этого заведения от уличных боев, когда он отвозит их в сельскую местность, отказываясь бросить их на защиту города.

      Итак если говорить о характеристике Национально-политических воспитательных заведений, то можно увидать яркий пример амбивалентного явления в культурной жизни Германии. С одной стороны в  Наполас упразднялись все демократические элементы , характерные для государственных школ  - родительские комитеты, советы учителей.  С другой стороны в рамках Наполас идет развитие школьного самоуправления, где в периоде национал-социалистической диктатуры по сравнению с периодом Веймарской республики видет явный прогресс. Юнгманны участвовали не только в раздаче учебных пособий, но и могли при всем прочем сами выполнять различные организационные задачи и поручения внутри воспитательного заведения ( при этом не стоит забывать, что сами эти задачи ставились исключительно национал-социалистическим руководством). Принцип определенной самостоятельности у юнгманнов , вполне вписывается в рамки воспитания у будущей элиты способности принимать решения, что соответствовало национал-социалистическому "фюрер-принципу". Кроме этого несомненно негативным моментом в деятельности Наполас являлись слишком ранний отрыв детей от семьи и односторонняя политическая и культурная индоктринация. Но с другой стороны стоит отметить, то что в Наполас принимались наиболее незаурядные юноши, где им предоставлялась более интересная и содержательная учебная программа. В процессе обучения юнгманны получали разносторонние глубокие знания.  Юнгманны смогли пройти практическую подготовку на селе и на различных предприятиях Германии, что позже получило широчайшее распространение в ГДР.

  Говоря о фазах становления и развития Наполас, то из выше изложенного материала можно выделить три стадии:

-1933-1935 годы, когда происходит становление Наполас, выработка ведущих идей , положенных в основание заведений;

- 1936-1940 годы, характеризуются прекращением строительства новых Наполас и подготовкой новых поколений руководителей для всех сфер жизни;

-1940-1945 годы, характеризуются отказом со стороны Наполас от идей английских публичных школ,  переходом фактически под контроль рейхсфюрера СС,  а так же возникновением новых заведений, как на территории Германии , так и на оккупированных территориях.

Это деление подтверждает приведенной ниже таблице  отражающей динамику возникновения Национально-политических воспитательных заведений.

 

Год возникновения

Место возникновения

1933

Плен,Постлам, Кеслин

1934

Берлин-Шпандау, Наумбург /Заале, Ильфельд/Харц, Штум /восточная Пруссия, Ораништайн

1935

Бенсберг/Кельн, Балленштедти Кетен ( позже объединенные в Наполас “Анхальт”),Бакнанг/Вюртенберг, Роттвайл/Вюртенберг, Клотцше/Саксония, Нойцелле-Губен на Одере, Шульпфорт

1941

Путбус на Рюгене,  Любен/Обершлезин, Зекац-Стейермарк, Ворау-Стейермарк, Шпанхейм, Санкт-Вендель/Вестмарк, Хенге на Бодензее, Руфах/Эльзас, Ачернс,Баден ( а так же хайм школы для южнотирольских детей)

1942-1944

Марнхейм на Доннерсберге при Кайзерлаутерне, Хазелюнне /Эмеланд, Рейзен и Волльштейн/ Вартегау,Аннаберг/Обершлезин, Мокритц/ Южный Штеейрмарк, Санкт Вейт /Южный Кернтен, Геттвейг/Нижный Дунай,Хубертендорф и Тюрнитц /Нижный Дунай, Цолмар-Берг/Люксембург, Рауднитц, Плошковитц/Судеты, Куттенберг/Богемия, Вена-Брейнтзее, Вена-Ферезианим,Бург-Штехау.Австрия, Ламбах/Австрия, Санкт Паул/Австрия.

Имперские школы

 Валькенберг при Маастрихте /Нидерланды, Хайдциен/Нидерланды,Квартрехт приГенте/ Фландрия.

 



[1] Erziehung und Unterricht in der hoheren Schulen, Berlin, 1938 ,S. 35

[2] Rechsgesetzblatt,Gesetz vom 7.4,1933,S.175.

[3] Bernhard Rust?Die Die Grundlagen der nationalsozialistischen Erziehung ||Hochschle und Ausland,H.1,Jg13, 1935

[4] Hermann Heuer, Engliche und deutsche Jugenderziehung || Zeichrift fur neusprachlichen Unterricht,Berlin, Bd. 36, Jg,1937,S.213.

[5] Weltanschauung und Schule. Berlin , Dez. 1936, Nr.2, S.106

[6] Der Jungmann, Nationalpoltische Erziehunganstalten Oranienstein. Heft 2, April 1936, S.10

[7] Fritz Kloppe, Nationalpolitische Erziehungsanstalten, Berlin, 1936, S.6

[8] Hans-Jochen Gamm, Fuhrung  und Verfurung. Padagogik des National-sozialismus. Munchen, 1964, S.399