NaziReich.net - Исторический интернет- проект о Третьем Рейхе и национал-социализме в Германии в 1933-1945 годах.
Главная Контакты Карта сайта
23.08.2017 г.
 

Молодежное воспитание в Третьем рейхе: школа и Гитлерюгенд - сотрудничество или соперничество?

А.В. Васильченко Школьная система в кайзеровской Германии была неповоротливой, а воспитание молодежи являлось продуктом авторитарного чиновнического государства. Учителя, как правило, не проявляли никакой инициативы, четко придерживаясь строго сформулированных планов, которые были составлены еще в доиндустиальный период. В школах господствовала казарменная дисциплина, и ученики воспринимались исключительно как объекты для передачи сухих знаний[1]. Лишь под влиянием движения “Перелетные птицы” (Wandervogel), а так же после 1918 года под влиянием членов “Союзной молодежи”, которые активно выступали за проведение школьной реформы , положение вещей в школе начало меняться[2]. Во многом революционная теория Густава Вынекена о “подлинном школьном сообществе”, оказала влияние не только на преподавание в школе, но и нас сам стиль молодежного движения в Германии[3]. Вместе с тем, стоит заметить, что ключевой момент данной теории - “педагогический эрос” во много не был воспринят молодежным движением и еще менее поддержан немецким обществом в целом[4]. Молодежное движение Веймарской республики помогало гуманизировать отношения в школьных классах, поддерживало неуклонно возрастающее участие родителей в деятельности, культивировало культурные и художественные направления работы школы, содействуя возникновению музыкальных и театральных групп, выступало за увеличение роли спорта и физкультуры в школе[5]. Молодежное движение боролось за то, что молодежь должна обладать в школе большими индивидуальными возможностями, продвигая вперед внешкольную активность, которая должна была стать существенным компонентом воспитательного процесса Поэтому молодежное движение развивало представления о том, что учитель должен быть не только посредником в передаче знаний, а предводителем молодежи - “первым среди равных”. На основании этого молодежное движение начало сформировывать группы из юношей и девушек, выступавших за совместное обучение. Важнейшим компонентом педагогических воззрений молодых активистов был тезис о самовоспитании молодежи, что было сформулировано в 1913 году на знаменитом слете Мейснера. Эта идея была весьма революционной для школьной системы кайзеровской Германии, так как предполагала право молодежи на формирование собственных убеждений, независимо от влияния взрослых[6]. Уже после ноябрьской революции внутри молодежного движения культивируется представление о “новом человеке”, которое опирается на веру большинства участников молодежных групп в их духовную особенность. Поэтому своих членов они готовили для жизни в обществе на основании новых политических и социальных условий. Прогрессивные педагоги - Людвиг Гурметт, выступавший за обновление школьного воспитания, черпали свои идеи именно в потенциале “Союзнической молодежи”. Создатели ряда экспериментальных школ кайзеровского периода заимствовали свои идеи у движения “Перелетных птиц”: Немецкий сельский воспитательный приют Гремана Лютца, Вынекенская свободная школьная община Викенсдорфа и т.д. Наибольшего расцвета экспериментальное направление нашло в период Веймарской республики, когда были созданы общественные школы и высшие народные школы, в которых в качестве учителей работали выходцы из молодежного движения. Многие высшие народные школы были созданы непосредственно членами ”союзнической молодежи”. Стоит заметить, что влияние членов молодежного движения Веймарской республики в сфере образования взрослых было очень значительно, особенно в возглавляемом Вильгельмом Флитнером м Ойгеном Розенштоком”Хохротербунде”. В целом число членов молодежного движения в различных ветвях образования и воспитания было достаточно велико. К таковым можно отнести Германа Ноля, Пауля Наторпа, Фридриха Вильгельма Фёрстера, ТеодораЛитта, Мартина Лаузерке, которые были очень близки к молодежному ”союзническому движению” и его идеям. Все прогрессивные реформы обра0зования и воспитания Веймарской республики были проникнуты молодежными движениями[7]. Другим аспектом взаимодействия воспитания и молодежных организаций стало переселенчество. Переселенческое движение вышло в 1918 году из молодежного движенния. Например, руководитель известного поселения Бланкенбург - Ганс Кох в своей деятельности руководствовался идеями Вынекена, так же как и поселение Габертхоф близ Шлюхтена в Гессене[8]. Приход национал-социалистов к власти обозначил наступление особой эры в новейшей истории, периода, в котором радикальные концепции об отношении вопроса о взаимодействии государства и общества заняли место традиционных представлений. Несмотря на длящиеся до сих пор дебаты о степени преемственности между Веймарской республикой и Третьим рейхом, вряд ли может возникнуть сомнение в том, что политическая ситуация 1933 года была предопределена теми тотальными претензиями национал-социалистов к немецкому обществу и его институтам[9]. Каждая сфера жизни должна была находиться под контролем государства, чьими основополагающими направлениями были идеи и приказы А. Гитлера. Естественно, успешная программа унификации общества не обошла стороной такую важную область, как сфера воспитания, охватывающая пространство от народных школ до университетов. Национал-социалисты не делали секрета из того, что они рассматривают воспитание как одну из наиболее важнейших областей, гарантирующих усиление и дальнейшее существование режима. Так на встрече с имперскими наместниками 6 июля 1933 года А.Гитлер заявил, что “воспитание немецких людей к нацитонал- социалистическому государственному восприятию приравнивается к важнейшим задачам современности”[10]. С самого момента своего возникновения НСДАП активно пропагандировала “политически организованное презрение” в отношении рациональных, гуманистических духовных традиций западной цивилизации[11]. Особенно решительно национал-социалисты были настроены против либеральной и гуманистической системы воспитания Веймарской республики. Они пытались искоренить характерные для нее индивидуализм, заменив его развитием коллективной личности, внутренне определенной расистскими и строго идеологическими критериями[12]. Имперский министр внутренних дел Вильгельм Фрик на конференции земельных министров в Берлине 9 мая1933 года сделал акцент на этот пункт, подчеркивая, что “время, в котором важнейшей задачей является воспитание самодостаточной, законченной личности настало. Новая школа исходит из общинного мышления и служит всему народу”[13]. Гитлеровский “приговор” “преступному безумию” воспитательной системы Веймарской республики усиливается решительными мерами, благодаря которым было произведено полное преобразование системы воспитания. В течении всей своей карьеры Гитлер демонстрировал не только свое недоверие к академическому обучению, но и открыто проявлял презрение к учебе и всему интеллектуальному. Личные неудачи в школе, усугубленные военными переживаниями предопределили гитлеровскую установку в отношения образования (она во многом была созвучна с теми мыслями, которые высказывались в праворадикальном лагере после 1918 года). В “Моей борьбе”, в своих речах и статьях он неоднократно подчеркивал, что необходимо содействовать новой ориентации воспитания, отвергающий академизм. Акцент был сделан на политическом обучении молодежи, которое культивировало не только ее преданность государству, но также неизбежно задействовало, так и факторы как расовое мышление, воспитание характера, физические (позже военные) тренировки. Важность последних была неоднократно подчеркнута Гитлером[14]. В эпоху ”времени борьбы” НСДАП в своих пропагандистских материалах уделяло особое место существующему конфликту поколений между молодыми и стариками, и Грегор Штрассер выразил суть этого конфликта в своем известном призыве - “Старики, уступите место!”[15]. НСДАП сама охотно изображала себя проводником идей молодого поколения, борцом против “закостеневшей и упаднической системы республики”. Именно из молодых активистов возникает национал-социализм как идеология и как движение, что приводит к его поразительной популярности в среде молодежи, поддерживавшей его как члены и как избиратели. Поэтому, многими приход Гитлера к власти воспринимался, как победа молодежи, что приводило к надеждам и ожиданиям, что молодежь приобретет в Третьем рейхе не только новый статус, но и новое значение, как социальная группа в целом. На съезда НСДАП в 1933 году Гитлер выступил со словами, подтверждающими эти надежды: “Немецкая молодежь, как вся наша надежда, как все наше народное доверие и наша вера... Молодежь, которая есть жизненные гарантии Германии, которая жизнь Германии в настоящем и дальнейшая жизнь нашего народа в будущем”. Именно с 1993 года Гитлерюгенд становится ответственным за реализацию этих надежд и ожиданий[16]. Проблема Гитлеюгенда состояла в том, что до 1932года Гитлер рассматривал его лишь как приложение к НСДАП, не связывая с ним никаких планов. Выполняя исключительно задачи партии Гитлерюгенд так же выпадал из общего молодежного движения Германии. С самого своего возникновения в 1926 году Гитлерюгенда развивался как динамичная и крайне экстремистская группировка. До 1933года его численность была незначительной, структура размытой, а цели ограничивались помощью штурмовым отрядам и проведением пропаганды[17]. Воспитательная ответственность, которая была поручена в 1933 году Гитлернюгнду, можно рассматривать в определенной степени как кульминационный момент развития молодежного движения. Именно Гитлеюгенд как государственная молодежная организация взял на вооружение большинство конструктивных идей, предложенных молодежным движением Веймарской республики. Гитлеюгенд смог воспользоваться идеями модернизации и совершенствования воспитательной системы наполнив предложенные формы собственным содержанием. Следующие слова Шираха однозначно поставили все акценты в вопросе преемственности форм, предложенных молодежным движением Веймарской республики: “Мы понимаем национал- социалистическую революцию как восстание немецкого духа против господства холодного интеллекта. Ее победа означает триумф духа над всем механическим... Для нас чувства значат больше, чем разум. Рабочая молодежь, чье сердце бьется для нашего фюрера, для Германии гораздо важнее, чем высокообразованный эстет, каждый порыв своих слабых эмоций которого борется с рассудительными соображениями[18]”. Общие воспитательные задачи Гитлерюгенда лежали как внутри, так и снаружи учреждений системы образования ( за это данная установка получила название “двойной стратегии”). В данной сфере направление деятельности и цели определялись исключительно гитлеровской концепцией воспитания. Усилия Гитлеюгенда должны были быть направлены на создание и развитие системы воспитания, которая сделала бы молодежь убежденными национал-социалистами и направляла бы ее физические и духовные усилия на выполнение задач Третьего рейха. В одной из директив , выпущенной в 1935 году поэтому поводу говорилось : “...немецкие юноши и девушки должны следовать жизненному пониманию национал-социализма и быть подготовленными как носители рейха как в физическом, так и в духовном смысле”. Внешкольная роль Гитлеюгенда по мере необходимости увеличивалась, и первым шагом в этом направлении стала унификация большинства молодежных объединений и организаций в рядах Гитлерюгенда и подчиненных ей организаций - юнгфольк, юнгмедель, Союз немецких девушек. Вручение Шираху в июне 1933 года поста имперского руководителя молодежи значительно расширило не только ее полномочия, но и средства в проведении кампании унификации и ликвидации остальных молодежных объединений. К концу 1933 года фактически все независимые и политические молодежные организации прекратили свое существование. В тоже время крупные протестантские молодежные объединения по заключенному соглашению в 1934 году так же влились в состав Гитлеюгенда. Молодежные структуры “Немецкого трудового фронта”, возглавляемого Леем, так же перешли к Гитлерюгенду, а к 1936 году за ними последовали сельские и спортивные молодежные организации[19]. Только католические молодежные группы , которые находились под защитой 31 пункта конкордата между Гитлером и Ватиканом, еврейские объединения и так же малозначимые молодежные группы смогли продолжить свое существование вне Гитлерюгенда. В то время как Гитлер пришел к власти Гитлерюгенд уже сформировал свои далеко идущие тотальные притязания и цели , что сделало его эффективнейшей организацией для немецкой молодежи. Кроме известности Гитлерюгенд приобрел статус государственной молодежной организации. Принятие Закона о Гитлерюгенда в декабре 1936 года, закрепило эту тенденцию, сделав обязательным членство в Гитлеюгенде для молодежи в возрасте с 10 до 18 лет. Несмотря на то, что Закон о молодежной повинности был принят всего лишь в марте 1939 года, Закон о Гитлеюгенде в течении трех лет (1936-1939 ) был мощным инструментом для психологического и силового нажима для установления окончательного господства над немецкой молодежью. К началу Второй мировой войны Гитлерюгенд насчитывал в себе более 8 миллионов членов (включая юнгфольк и "Союз немецких девушек"). Гитлерюгенде имел так же важное значение для сферы воспитания, так как он был поставлен в положение органа, который наряду со школой и семьей был ответственен за ” физическое, духовное и умственное воспитание молодежи в духе национал-социализма и готовности служению народу и народному сообществу”[20]. Иными словами, Гитлергенд был единственным инструментом парии и государства, получившим тотальные права на выполнение внешкольного воспитания молодежи. Стоит заметить, что каждый из аспектов молодежной работы Гитлерюгенда служил конечной цели - расовому сознанию, повиновению, преданности фюреру и Родине, вере в необходимость неограниченного самопожертвования ( “Знамя больше, чем смерть" - гласила одна из молодежных песен). То есть Гитлеюгенд был нацелен на формирование не столько способа мышления, сколько ”политических солдат”, для этого руководители Гитлеюгенда постоянно напоминали немецкой молодежи о ее идентичности с национал-социалистическим режимом. Мероприятия, проводимые Гитлерюгендом на неделе, были поводом для ежедневного внушения идеологии и мировоззрения национал-социализма посредством молодежных газет, радио и других пропагандистских средств. Управление мировоззренческого обучения молодежи Гитлерюгенда четко контролировало содержание и объемы программы занятий. Германиюохватила целая сеть учебных заведений Гитлерюгенда, которые должны были обеспечить непрерывный поток новых руководителей и функционеров для организации. Основанная в 1939 году в Брауншвейге Имперская академия молодежного руководства являлась по сути сердцем этой системы[21]. К середине 30-х годов стихийность и спорадичность действий членов Гитлерюгенда была значительно снижена. Это было связано во многом с ростом значения милитаристского воспитания, предполагавшего наличие жесткой дисциплины. Вытекающая отсюда проблема взаимоотношений Гитлерюгенда и школьной системы носят комплексный характер. Воспитательные претензии Гитлерюгенда, проявленные им после 1933 года, несмотря на постулат, что национал-социализм установил господство не только в воспитательной сфере, но и в во всей общественной жизни Германии, привели к возникновению продолжительного конфликта между школьными учреждениями Третьего рейха и руководством Гитлерюгенда. Борьба между функционерами НСДАП и различными структурами Третьего рейха привела к тому, что в начале 30-х годов претензии на особое влияние в школьной системе предъявляли не только Имперское министерство по делам науки, воспитания и народного образования и Гитлерюгенд, но и Имперское министерство пропаганды и народного просвещения, .Альфред Розенберг, Филлп Боулер, СА, Немецкий трудовой фронт и даже Вермахт и т.д.[22] Еще в 1929 году Адриан фон Ретельн основал и возглавил Национал- социалистический школьный союз , который состоял из рекрутируемых им школьников гимназий, детей из семей среднего достатка. Созданный союз во многом противопоставлял себя “пролетарскому” Гитлерюгенду. Этот факт вряд ли можно было брать в расчет, поскольку методу действий Союза И Гитлерюгенда фактически не различались. Политика запугивания преподавателей, проводимая членами Союза, была позже взята на вооружение Гитлерюгндом ( в марте 1933 года Союз был влит в состав Гитлерюгенда) и во многом предопределила его деятельность, направленную против школьных заведений. В организационной сфере конфликт был предопределен убеждением Шираха ,что “молодежь должна вести молодежь” в деле воспитания и обучения. Это не могло не вызвать протеста у сторонников интеллектуальной подготовки. Попытки найти компромиссное решение между школой и Гитлерюгендом, как это было при принятии Закона о школе в декабре 1933 года, оказались неудачн6ыми. Радикальные настроения 1933 года так же не способствовали выработке подобного компромисса. Гитлерюгенд пытался провести в жизнь особый вид равенства в рамках школьной системы. Прежде всего были организованы нападки на гимназии ,обладавшие особым академическим статусом и издавна бывшие бастионом консервативных буржуазных традиций, в которых были устранены школьные фуражки, являвшиеся символом социального происхождения гимназистов. Подобная инициатива демонстрировала не только показную социальность Гитлерюгенда, но и общую антиинтеллектуальную направленность режима. После того, как Ширах был назначен Имперским руководителем молодежи, он укрепился в мысли, что Гитлерюгенд должен занимать не только равные со школой позиции , но и контролировать ее, что еще более углубило конфликт. Первой реакцией на проявление данных идей стала попытка учителей защитить свои академические ценности. В ответ на это Ширах сделал свою книгу ”Гитлерюгенд- идеи и образ” сборником всего того, что могло дискредитировать школьную систему[23]. Особо циничным шагом в этом конфликте была попытка Шираха представить свои притязания на контроль за школьным образованием “конфликтом поколений”. Кроме этого, в условиях укрепления национал- социалистического режима он использовал популярную идею единства партии, проецируя ее на отношения ученика и учителя. В данной ситуации ученик должен был ассоциироваться с Гитлерюгендом и молодым национал-социалистическим режимом, в то время как учитель -с “буржуазным прошлым”. То есть, именно ученикам в данной интерпретации идеи единства отдавалось предпочтение, а учителя должны были идти на уступки. В добавок к этому традиционные методики обучения и даже школьное расписание рассматривались как “буржуазные пережитки”, не имеющие значения для нового государства. Кроме этого в каждой своей акции, в каждом мероприятии руководство Гитлеюгенда пыталось подчеркнуть его ”сугубо пролетарский” характер, в результате чего провоцировались антигимназические настроения[24]. Сами учителя , которые по мере возможности пытались бороться или сопротивляться сложившимся условиям (речь идет о сопротивлении новым формам воспитания, а не режимы в целом), обвинялись руководством Гитлеюгенда ,в том, что ”они слишком стары, чтобы понимать, что Германия идет вперед”. На основании этого Гитлерюгенд в 1933-1935 годах инициировал кампанию замены “старых” учителей молодыми национал-социалистами. Ширах преднамеренно обострил ситуацию, настаивая на удалении учителей с ведущих воспитательных позиций. По его мнению академически квалифицированный персонал был непригоден для задач, “призванных мобилизовать в школе энергию молодежи на службу национал-социализму”. Используя популярную в 20-е годы, но так и не реализованную молодежным движением Веймарской республики идею об учителе-предводителе, он выдвинул требование создания нового типа учителя, учителя, подготовленного, контролируемого и направляемого Гитлергендом. Учителя ”старого поколения” Ширах цинично советовал “потрудиться сжиться с духом Гитлерюгенда, чтобы они могли достигнуть больших результатов”[25]. Естественно подобная практика давления дала достаточно быстрые результаты - ученики нередко стали применять силовые меры против неугодных им учителей, школьная дисциплина перестала существовать как таковая, школьная успеваемость резко упала. Подобная деятельность Гитлерюгенда привела к эффекту прямо противоположному, нежели предполагал Ширах - руководство партии оказалось не только озабоченным подобным положением вещей, но и возложило всю ответственность за развал школьной системы на Шираха и руководство Гитлерюгенда. Кроме этого Имперское министерство по делам науки, воспитания и народного образования в самой категорической форме выступило на стороне учителей. В результате этого в ноябре 1933 года Гитлерюгенд прекратил проведение политики давления т авторитет школы в структуре Третьего рейха стал медленно расти. Но тем не менее большинство учеников даже на школьных занятиях оставались прежде всего членами Гитлерюгенда. Сложившийся компромисс был неприемлем обеими сторонами и был во много противоестественен , что и смогло выдвинуть в высший эшелон государственной власти человек, удовлетворявшего обе стороны - Бернхарда Руста. Стоит заметить, что он был одним из самых малозначительных и не обладавших реальных влиянием государственных деятелей Третьего рейха. Ярый нацист и учитель по профессии в годы Веймарской республики , он смог стать директором школы, а в 1934 году становиться Имперским министром по делам науки, воспитания и народного образования. В своих усилиях справиться с Гитлерюгендом Руст не нашел поддержки Гитлера, который воспринимал его как “всеми презираемого педанта”. Говоря о компромиссе 1933-1934 годов нельзя обойти стороной такое его порождение как, соглашение относительно Дня молодежи, принятое в июле 1934 года. В результате этого соглашения Суббота, до этого предоставлявшаяся членам Гитлерюгенда для проведения мероприятий, вновь становилась учебным днем. Вдобавок к этому было решено, что ученики, не являющиеся членами Гителрюгенда, должны были пройти добавочный учебный национально-политический курс( позже эти курсы станут обязательными для всех учеников ). Сам Руст считал, что сотрудничество Гитлерюгенда и школы в сложившихся условиях несомненно является достижением[26]. В сложившихся условиях Гитлеюгенд продолжает настаивать на соблюдении его интересов в рамках школьного образования, уже пытаясь влиться во взаимоотношения школы и родителей (Ширах придавал большое значение влиянию родителей и поэтому решил заручиться их поддержкой). Данная практика привела к тому, что в 1935 году руководство Гитлерюгенда выступает вновь с инициативой введения в школе учителей нового типа. Они получили название Учителей доверия, в чьи задачи входило посредничество между членами Гитлерюгенда и преподавательским персоналом школ. Как показала более поздняя практика (данный институт все-таки был введен в 1938году) Учителя доверия занимали в конфликтных ситуациях сторону учеников, и по сути дела служили не решению конфликтов , а увеличению влияния Гитлерюгенда в школе. Далеко не случайно, Курт Петтерс. ответственный в Гитлерюгенде за школьную деятельность, видел в этих учителях ”средство дающее Гитлеюгенду голос при решении академических задач в школе”. Закон о Гитлеюгенде, принятый в 1936 году , положил конец вынужденному компромиссу ,ясно показав, что Гитлерюгенд в государственной системе Третьего рейха является приоритетной структурой, отвечающей за воспитание молодежи. Кроме этого Закон существенно снизил влияние Имперского министерства по делам науки, воспитания и народного образования ,так и авторитет школы , что достаточно четко отразилось в сотрудничестве Шираха и Лея в процессе создания в 1937 году Школ Адольфа Гитлера. Вопреки сопротивлению Руста , в чьем подчинении находились Национально- политические воспитательные учреждение (Напола),Школы Адольфа Гитлера были созданы и начали свою деятельность как структуры, подчиненные не государству ,а исключительно партии и Гитлеюгенду. Хотя данные учебные заведения на протяжении всего своего существования так и не получили никакого академического статуса, как этого хотело руководство Гитлерюгенда, Руст должен был смириться с подрывом школьной системы и собственного авторитета. В 1937-1939 годах Гитлеюгенд все более и более настойчиво навязывал свои требования школам , которые выразились в уменьшении домашних заданий, увеличении свободного времени для учащихся, и преобладании в процессе обучения политических и спортивных занятий. Во многом реализация подобных требований оказалась удачной. Степень контроля за учебным процессом со стороны Гитлеюгенда неуклонно увеличивалась, распоряжения соответствующих руководителей Гилерюгенда в школе начали приобретать обязательный характер, вся система экзаменовки и проверки школьников была фактически ликвидирована. Так , например, слабые школьниками, являвшиеся членами Гитлерюгенда ,переводились в следующий класс, хотя в нормальных условиях они должны были остаться на второй год , либо перейти в другую, более слабую школу. Те учителя, которые пытались оспорить данную практику, либо получали строгий выговор ,либо вовсе увольнялись[27]. Первой жертвой натиска Гитлеюгенда на школу стали учителя. В условиях неуклонно падающего интеллектуального уровня роль учителей сводилась исключительно к их местоположению в системе национал-социалистической диктатуры. Собственная учительская организация- Национал- социалистический союз учителей не могла оказать ни малейшего влияния на Гитлеюгенд и последствия его деятельности. Собственно говоря руководство Союза и не задавалось такой целью. Итогом его деятельности должно было быть политически лояльное и легко управляемое учительство. Падение авторитета школы и учителя приводило к тому, что наиболее одаренные студенты после окончания университета предпочитали карьеру в политических структурах НСДАП. Имперское министерство науки, воспитания и народного образования пыталось подвергнуть за это Гитлерюгенд критике, но Ширха в характерной для него манере сделал ответственными за это самих учителей. “Выведенные” им “учителя-руководители” должны были быть “Физическими и духовными товарищами”, “которые являются не школьными учителями, а учителями жизни”. Для подготовки этих учителей Ширах использовал учебные заведения Гитлерюгенда ,но их академическая несостоятельность ,преобладание спортивных и военных занятий, только еще глубже подчеркивали упадок школьной системы. Сам Ширах на этом не остановился. Он развил идею о полном контроле над школой и обладании полнотой власти в сфере воспитания. Этому помешала только начавшаяся Вторая мировая война. В 1940 году Ширах сам становится жертвой интриг партийных функционеров. Новый Имперский руководитель молодежи Артур Аксман не смог удержать завоеванных Ширахом позиций и по сути проблема воспитания переходит в руки военизированных структур, ведущую роль среди которых начинает играть СС. Именно по личной инициативе Гиммлера ряд государственных учебных заведений, например Напола, приобретают новое предназначение в планируемой руководством СС “новой” Пан-Европы[28]. Подводя итоги взаимоотношений школы и Гитлерюгенда в Третьем рейхе, можно сказать, что декларируемая Ширахом “революция воспитания” означала идеологическую обработку молодежи на фоне развала школьной системы, вытеснения академических стандартов , снижения авторитета школы, в целом, и учителя, в частности. -------------------------------------------------------------------------------- [1] 1. S. Rosenbuch. Die Duetsche Jugendbewegung in ihren pädagogischen Formen und Wirkungen . Frankfurt am Mein. 1972. .s 19 3.W. Kindt (Hrsg.). Grundschriften der Jugendbewegung. Düsseldorf. 1983. s.25 4.R.W. Dougherty. Eros, Youth Culture and Geist: The Idologz of Gustav Wyneken and its Influence upon the German Movement. Univ. of Wiskontin. 1977. .s 266 5.W. Rössler. Jugend und Eriehungsfeld. D+sseldorf. 1957. s.195 6.K.O. Paetel. Das Bild von Menschen in der Jugendführung. Bad Goidesberg. 1954.s. 19 7.W. Kindt (Hrsg.) . Deutsche Jugendbewegung . 1920 bis 1933. Bündische Zeit. D+sseldorf. 1074.s 1411 8.E. Blüm. Die NeuwerkßBewegung 1922-1933. Kirche zwichen Planen und Hoffen. Kassel. 1973. s. 29 9.M.H. Katlers. Bürgerliche Jugendbewegung und Hitlerjugend in Deutschland von 1926 bis 1939 // Archiv für Sozialgeschichte, Bd. 17. 1977. s.125 10.R. Benze. Nationalpolitische Erziehung im Dritten Reich. Berlin. 1936. s.12 11.J.C. Fest. Das Gesicht des Drittes Reiches. Mühchen. 1964. s. 339 12.K.I. Flessau. Schule der Diktatur- München. 1977. s. 13 13. H.j. Gamm. Führung und Verführung. München. 1964. s. 75 14. J. Caruso. Adolf Hitler Concept of Edukation aund its Impelation in the Third Reich. Univ. of Connekticut. 1974. s. 73 15. G. Strasser. Kampf un Deutschland. München. 1932. s. 171 16. B.v. Schirach. Die HitlerßJugend. Berlin. 1934. s. 188 17. P. D. Stachura. The Ideology of the Hitler Youth in the Kampfzeit // Journal of Contemporary, 1973, s. 73 18. B. v. Schirach. S. 130. 19. H.-Chr. Brandenburg. Die Geschichte der HJ. Wege und Irrwegew einer Generation. Köln. 1968. s. 165 20. G. Kaufmann. Das Kommemde Deutschland. Die Erziehung der Jugend in Reich A. Hitlers. Berlin. 1940. s. 39. 21. A. Klönne. Hitlerjugend. Die Jugend und ihre Oragainsation im Dritten Reich. Hannovwe. 1956. .s 24. 22. R. Eilers. Die Nationalsozialistische Schulpilitik. Köln. 1963. s. 108 23. P. Stachura. Das Dritte Reich und Jugenderziehung : Die Rollen der Hitlerjugend 1933-1939// National-sozailistische Diktatur 1933-1945. Bonn. 1983. s. 236 24. P. Stachura. Das Dritte Reich und Jugenderziehung : Die Rollen der Hitlerjugend 1933-1939- s. 239 25. B.v.Schirach. s. 169 26. P. Stachura. Das Dritte Reich und Jugenderziehung : Die Rollen der Hitlerjugend 1933-1939. s. 241. 27. P. Stachura. Das Dritte Reich und Jugenderziehung : Die Rollen der Hitlerjugend 1933-1939 s. 241. 28. P. Stachura. Das Dritte Reich und Jugenderziehung : Die Rollen der Hitlerjugend 1933-1939. s. 243