NaziReich.net - Исторический интернет- проект о Третьем Рейхе и национал-социализме в Германии в 1933-1945 годах.
Главная Контакты Карта сайта
18.08.2017 г.
 

Идея резерваций. Ниско и Люблин

Выше Вы познакомились со статьей, опубликованной в эсэсовской газете в ноябре 1938 года, где была выдвинута идея концентрации еврейского населения на определенных территориях. Вскоре после этого Альфред Розенберг предложил создать "еврейскую резервацию". В силу ограниченных возможностей дальнейшей эмиграции после начала войны эта идея возникает снова. В письме от 2 августа 1940 года Гейдрих подвел итог проблеме следующим образом: "Больше не существует возможности решить общую проблему примерно 4,25 миллионов евреев, находящихся под властью Германии, путем их эмиграции. Необходимо территориальное решение". Уже через несколько недель после вторжения в Польшу в сентябре 1939 года впервые возникла мысль о перемещении евреев и их концентрации на определенной территории. Этот проект был даже опубликован в некоторых газетах под названием "Еврейское государство". Местом для него были выбраны окрестности Люблина. Во второй половине октября Эйхман, приближенный Гейдриха и одна из центральных фигур в эмиграционной службе Рейха по делам эмиграции евреев, приступил к эвакуации евреев из Вены в Польшу, в село Ниско и его окрестности на реке Сан, около Люблина. Один из документов об операции по "выдворению евреев Остмарка" (Австрии), датированный 18 октября 1939 года, описывает его план следующим образом: "Операция по эвакуации евреев в Польшу начнется 20 октября в 22.00 с отъезда 1000 трудоспособных мужчин с вокзала Аушпанг в Вене. Евреям будет выделен общиной рабочий инструмент для основания барачного поселения в Ниско, куда в последнее время уже были отправлены трудоспособные евреи из Моравской Австрии. Им будут отправлены и продукты на четыре недели. Последующие этапы, численностью 1000 человек каждый, будут отправляться каждый вторник и пятницу. Для второго и третьего этапов будут отобраны евреи и еврейки, арестованные в Вене, дата выдворения которых до сих пор еще не установлена в гестапо. Начиная с 4-го этапа будут депортироваться целые семьи. По окончании постройки бараков в Ниско евреи, прибывшие с первым этапом, будут переводиться внутрь страны, в бывшие еврейские села этого района. Состав этапов будет комплектоваться (если это окажется возможным) общиной в Вене, ответственность лежит на руководителях эмиграционных служб. Кроме того, каждый этап будет сопровождаться 25 полицейскими (Schupo) под руководством офицера полиции, задача которых - с помощью оружия предотвратить опасность побегов..." Зимой 1939-40 годов туда же были высланы евреи из протектората Богемия и Моравия (Чехия), из западных областей Польши, из собственно Германии и других мест. Число высланных достигало 20.000, хотя точные данные неизвестны. Согласно замыслу, предполагалось разместить там 80.000 евреев, а потом, возможно, больше. Однако этот план, возникший скорее как результат личной инициативы Эйхмана, натолкнулся на множество административных препятствий. Главным стал запрет руководства по безопасности Рейха, принятый под влиянием Геринга. Мотивами запрета были, видимо, как международные сложности, так и потребности армии во время войны, которая должна была перекинуться на север и запад Европы, а более всего - внутренние неурядицы администрирования. Окончательная отмена плана в начале 1940 года связана с общим изменением точки зрения нацистов на "очищение национальных территорий". Какова же оказалась судьба евреев, изгнанных в район Ниско и его окрестностей? О ней написал Зэев Гушен: "Первый этап из Моравской Остравы прибыл 18 октября к вечеру на вокзал. Оттуда люди вышли, пересекли Сан и через несколько часов прибыли на пустырь около деревни Жаркетша. Там перед ними выступил офицер СС, большинству незнакомый, по фамилии Эйхман, и эта речь была для них ушатом холодной воды. Под руководством специалистов тут же началось строительство первого барака. Стройматериалы и инструменты привезли вместе с этапом поездом. Уже на следующий день у изгнанников была крыша над головой, защищающая их от дождя. Но они провели в этом лагере, точнее, на территории будущего лагеря, лишь одну ночь. Под утро, после короткой линейки, 400-500 человек были изгнаны: солдаты СС сопровождали их, подбирая по дороге чемоданы, которые они рано или поздно выбрасывали. После этого их оставили в покое, лишь объявив, что вернувшиеся в лагерь будут наказаны. Два следующих этапа из Вены не были приняты в лагере вообще. Лишь двумстам человекам было разрешено еврейской администрацией лагеря войти или тайно перебраться туда. Второй этап из Моравской Остравы и два этапа из Катовиц были жестоко изгнаны, им удалось посмотреть на достроенный к тому времени лагерь только издали. Оказалось, что допуск в лагерь и пребывание в нем считались некоей привилегией! Правда, многие из тех, кто удостоились ее получить, все-таки предпочли все пути до ближайшей русской территории удовольствиям от этого лагеря СД. Большей части тех, кому не позволили войти в лагерь или кто покинул его по доброй воле, удалось благополучно перейти границу. Самой же трудной оказалась судьба тех, кому это не удалось сделать и они вынуждены были остаться в окрестных поселениях. Особенно это касается этапников из Замостья, Томашува и Люблина. Невозможно в подробностях описать жизнь в лагере. Сообщения и письма того периода, а также послевоенные свидетельства указывают, что положение в лагере было вполне сносным. А если его сравнивать с событиями, происходившими в той же области - с тем, что там случалось с поляками и евреями, - положение представляется даже очень хорошим. Ухудшение ситуации началось лишь после поступления на службу местных охранников (Selbstschutz). В лагере, например, не зафиксированы смерти - лишь один человек умер от болезни в больнице (на 15 коек), расположенной в Питанице, в 7 километрах от него, где работали венские и моравско-остравские врачи... Однако, несмотря на благополучное материальное положение, в лагере добровольно не остался бы ни один еврей, если бы их не поддерживала надежда на воссоединение со своими оставленными семьями. Как ни странно, она, в конце концов, осуществилась: 14 апреля 1940 года 501 из оставшихся там евреев были возвращены обратно -в Моравскую Остраву и Вену. Дело в том, что в свое время лагерь был основан как временное учреждение, когда же выяснилось, что у задуманной операции нет продолжения - дальнейшее его содержание оказалось бессмысленным. Об окончательной отмене операции стало известно не позднее ноября (1939). Но даже принимая в расчет бюрократическую волокиту и эгоистические соображения функционеров СД, все-таки удивляет, что ликвидация лагеря задержалась на 4 месяца. Еще удивительнее, что ликвидация лагеря не повлекла за собой изгнания его обитателей, ведь в рамках этой операции были изгнаны уже тысячи евреев, а десятки тысяч евреев и поляков были изгнаны позднее, в декабре-январе 1939-40 годов. Операция "Ниско" была предвестником нового более жестокого периода, но она произошла в неурочное время, и главное - в неподходящем месте. Лагерь стал оазисом в пустыне ужасов, возвращение оттуда казались фантастикой для большинства вернувшихся и загадкой для позднейших историков. Следует отметить, что и в дальнейшем окрестности Люблина продолжали играть важную роль в истории антисемитской политики нацистов. Командовать этим районом был назначен австриец, фанатичный офицер СС Одило Глобочник. Под его управлением находились и некоторые концлагеря, в их числе знаменитый впоследствии Бельжец, позднее ставший лагерем смерти для евреев.