NaziReich.net - Исторический интернет- проект о Третьем Рейхе и национал-социализме в Германии в 1933-1945 годах.
Главная Контакты Карта сайта
18.08.2017 г.
 

Живопись

Интересно, что монументальная живопись занимала в искусстве фашизма более скромную роль, чем скульптура, музыка, кино, световое оформление, транспаранты, получившие распространение в оформлении митингов и нацистских сборищ в Берлине, Мюнхене и Нюрнберге. Судя по архитектурным проектам 30-х годов, мозаикам и фрескам уделялось заметное место в имперских постройках будущего. Писались в основном парадные изображения Гитлера в рост для имперских канцелярий и групповые портреты, например, штаба Геринга на полотне размером в 48 кв. м. Зато выставочная жизнь в больших городах была активной и широко освещалась нацистской прессой. Посещение выставок вменялось в обязанность членам НСДАП. Гитлер сам открывал ежегодные выставки в мюнхенском Доме с 1937 по 1942 год, благодаря чему их экспозиции становились примером для всей страны. Городские, окружные и земляческие выставки ревниво следовали темам и стилю главной экспозиции, опекаемой фюрером. «Мюнхенские художники маршируют сегодня с той же убежденностью, как и все народные товарищи округа», — докладывал гауляйтер О.Нипольд, курировавший «Товарищество мюнхенских художников». Стиль исполнения и общий уровень картин на центральной выставке Германии были образцом для остальных. Художественное качество живописи фашизма определялось все теми же признаками — отказом от поисков авангардизма, тщательной манерой письма, примитивизмом и «натуральность» образного мышления. Как известно, Гитлер не разрешил публикацию собственных акварелей в 30-е годы, но его живописный вкус был хорошо известен и во многом определял манеру художников. Особенно фюрер выделял Э.Грюцнера. Он говорил он своему фотографу Г.Хофману об этом заурядном мастере: «Поверьте мне, этот Грюцнер будет со временем цениться как Рембрандт. Даже Рембрандт не мог бы писать лучше».

Классификация живописных жанров на первый взгляд оставалась обычной. В действительности она была подотчетной контролирующим органам НСДАП. Главным цензурным пунктом оставалась трактовка изображаемого. Идеи патриотизма и связи художника с политикой партии как выразительницы «актуальных задач немецкого народа» утверждались даже в натюрморте (включением, например, бюста фюрера или его книги «Майн Кампф» в число предметов).
Тема «крови и почвы» вводилась в сознание зрителя особенно старательно. Рейнские пейзажи соединялись со взволнованным, размягченным состоянием человека, мистические закаты солнца над морем — с полетом или поединком орлов на переднем плане, Чаще всего эта тема воплощалась с помощью символического штампа, когда художник представлял сцену матери, кормящей грудью младенца на фоне колосящегося поля, пахоты, идиллического ландшафта. В таком духе обычно писали А.Рессель, К.Дибич, И.Винцене-Гиссарц и другие, но согласно неписаному закону, отдать дань теме обязан был любой мастер.
Очень характерным для фашистской живописи было отождествление темы плодородия земли, зрелости ее плодов с обнаженным женским телом.
Отдельный жанр составила тема «великих строек империи». Художник, как правило, противопоставлял здесь величественную панораму пли высотные промышленные объекты случайным и крохотным фигуркам людей.
Бытовой жанр служил не менее важным задачам воспитания общества. Тема «здорового народного коллективизма», «единства партии и народа» предельно адаптировалась до уровня обывательского понимания (например, такие картины как «Родина зовет» Г.-Я. Манна, «Борющийся народ» Г. Шмиц-Виденбрука, «Фюрер говорит» П.-М. Падуа и др.). Особую озабоченность проявлял режим Рейха, когда дело касалось задач воспитания «новой юности» средствами искусства. Живописцы создали множество полотен с изображением характерных церемоний, ритуалов или просто портретов подростков, внимающих целенаправленной агитации взрослых.

И так всюду. Какую бы тему мы ни взяли (с 1939 г. все более заметной становится, скажем, портретная «героика» рядовых участников войны) — везде наблюдается одно и то же: идеологическая нацеленность, воспитательный пафос, отрицание самовыражения и собственно художественного поиска.
(Из издания «Энциклопедия Третьего Рейха» — М., 1996).