Если взять всю историю человечества с незапамятных времен до наших дней, то из всех войн, самая большая и жертвенная - Вторая мировая война.
Во Второй мирвой войне из всех фронтов в Западной европе, Африке, Азии самым важным и решающим, самым большим, как и по численности противостоящих войск, так и по числу безвозвратных потерь был советско-германский фронт, на котором произошли три крупнейших сражения. Одним из них является сражение на Курской дуге.
Битва на Курской дуге (июль-август 1943 года) стала "…выдающимся сражением не только Великой Отечественной войны советского периода, но и всей Второй мировой войны"- так ее оценил главный маршал бронетанковых войск А.Х.Бабаджанян.
Пик битвы на Курской дуге пришелся на поле, названное позже "танковым". "Величайшая во Второй мировой войне танковая битва под Прохоровкой решила в сущности исход войны. Это было начало конца фашисткой Германии" - написал позже советский писатель Юрий Бондарев.
Советские стратеги предугадали замысел противника переломить ход военных действий после своего поражения под Сталинградом и захватить стратегическую инициативу. План гитлеровских штабистов нанести мощные удары из районов Орла и Белгорода и окружить и уничтожить советские войска в Курском выступе - он получил название "Цитадель" - был ими разгадан.
12 апреля 1943 года на заседании Ставки Верховного Главнокомандования был принят план перехода к преднамеренной обороне с целью изматывания врага в оборонительных боях для дальнейшего развития крупномасштабного контрнаступления.
В течение апреля-июня 1943 года на Курском выступе советские войска развернули широкие работы: было создано восемь рубежей глубиной около 300 километров и четыре укрепленных линии на направлениях наиболее вероятных ударов. Особое внимание было уделено противотанковой и противовоздушной обороне. В создании укреплений наравне с войсками принимали участие сотни местных жителей. Общая длина окопов и ходов сообщений на линиях обороны составила примерно 10 тысяч километров.
Гитлеровцы начали свое наступление ранним утром 5 июля 1943 года. Противник сосредоточил огромные силы (50 дивизий, в том числе 16 танковых), назначил командующими наиболее опытных военачальников: группой армии "Центр" командовал генерал-фельдмаршал Г. Клюге, группой армии "Юг" - генерал-фельдмаршал Э. Манштейн. Всего в составе ударных группировок противника находилось свыше 900 тыс. человек, около 10 тыс. орудий и миномётов, до 2700 танков и штурмовых орудий и более 2000 самолётов. Важное место в замысле противника отводилось применению новой боевой техники - танков "Тигр" и "Пантера", а также новых самолётов - истребителей "Фокке-Вульф-190А" и штурмовиков "Хеншель-129".
Начавшемуся 5 июля 1943 г. наступлению немецко-фашистских войск против северного и южного фасов Курского выступа советское командование противопоставило прочную активную оборону. Оборона Курского выступа возлагалась на войска Центрального и Воронежского фронтов. Оба фронта насчитывали более 1,3 млн. человек, до 20 тыс. орудий и миномётов, более 3300 танков и САУ, 2650 самолётов. Войска Центрального фронта (48, 13, 70, 65, 60-я общевойсковые армии, 2-я танковая армия, 16-я воздушная армия, 9-й и 19-й отдельный танковые корпуса) под командованием генерала К. К. Рокоссовского должны были отразить наступление противника со стороны Орла. Перед Воронежским фронтом (38, 40, 6 и 7-я гвардейские, 69-я армии, 1-я танковая армия, 2-я воздушная армия, 35-й гвардейский стрелковый корпус, 5-й и 2-й гвардейские танковые корпуса), которым командовал генерал Н. Ф. Ватутин ставилась задача отразить наступление противника со стороны Белгорода. В тылу Курского выступа был развёрнут Степной ВО (с 9 июля - Степной фронт: 4-я и 5-я гвардейские, 27, 47, 53-я армии, 5-я гвардейская танковая армия, 5-я воздушная армия, 1 стрелковый, 3 танковых, 3 моторизованных, 3 кавалерийских корпуса), являвшийся стратегическим резервом Ставки ВГК.
Противник, наносивший удар на Курск с севера, был остановлен через четыре дня. Ему удалось вклиниться в оборону советских войск на 10-12 км. Группировка, наступавшая на Курск с юга, продвинулась на 35 км, но цели не достигла.
12 июля советские войска, измотав противника, перешли в контрнаступление. В этот день в районе железнодорожной станции Прохоровка произошло крупнейшее встречное танковое сражение второй мировой войны (до 1200 танков и самоходных орудий с обеих сторон). 14 июля противник сделал еще одну безуспешную попытку прорваться к Прохоровке, бросив в бой 200 танков. Уже одна эта цифра говорит: враг выдыхался. Оборонительные бои наших войск продолжались еще три дня. Одновременно советским командованием готовился контудар.
16 июля немцы прекратили атаки и начали отвод тыловых частей в направлении Белгорода. К 23 июля в основном было восстановлено положение, которое Воронежский фронт занимал 5 июля перед началом сражения. Гитлеровский план "Цитадель" потрпел крушение. 29 июля был освобожден город Болхов. В ночь на 4 августа советские войска ворвались в Орел. На рассвете 5 августа Орел был полностью очищен от врага.
Вслед за Орлом были освобождены города Крома, Дмитровск-Орловский, Карачаев, а также сотни сел и деревень. К 18 августа орловский плацдарм гитлеровцев перестал существовать. За 37 дней контрнаступления советские войска продвинулись на запад до 150 км.
На южном фасе готовилась еще одна наступательная операция - Белгородско-Харьковская, получившая условное наименование "Полководец Румянцев".
В соответствии с замыслом операции Воронежский фронт наносил главный удар на своем левом крыле. Задача советских войск была прорвать неприятельскую оборону, а затем развивать наступление подвижными соединениями в общем направлении на Богодухов, Валки. Перед контрнаступлением в войсках днем и ночью шла напряженная подготовка.
Рано утром 3 августа на обоих фронтах началась артиллерийская подготовка атаки. В 8 часов по общему сигналу артиллерия перенесла огонь в глубину боевых порядков противника. Прижимаясь к ее огневому валу, танки и пехота Воронежского и Степного фронтов перешли в атаку.
На Воронежском фронте войска 5-й гвардейской армии к полудню продвинулись до 4 км. Они обрезали пути отхода врага на запад его белгородской группировки.
Войска Степного фронта, сломив сопротивление противника, вышли к Белгороду и с утра 5 августа завязали бои за город. В один и тот же день, 5 августа, были освобождены два старинных русских города - Орел и Белгород.
Наступательный прорыв советских войск нарастал день ото дня. Армии Воронежского фронта овладели 7-8 августа городами Богодухов, Золочев и поселком Казачья Лопань.
Белгородско-Харьковская группировка противника была рассечена на две части. Разрыв между ними составил 55 км. Враг перебрасывал сюда свежие силы.
С 11 по 17 августа происходили ожесточенные сражения. К 20 августа вражеская группировка была обескровлена. Войска степного фронта успешно наступали на Харьков. С 18 по 22 августа войскам Степного фронта пришлось вести тяжелые бои. В ночь на 23 августа начался штурм города. Утром после упорных боев Харьков был освобожден. Развивая наступление, советские сухопутные войска, поддержанные с воздуха ударами сил 2-й и 17-й воздушных армий, а так же авиацией дальнего действия, к 23 августа отбросили противника на запад на 140-150 км, освободили Орёл, Белгород и Харьков.
Вермахт потерял в Курской битве 30 отборных дивизий, в том числе 7 танковых, свыше 500 тыс. солдат и офицеров, 1,5 тыс. танков, более 3,7 тыс. самолётов, 3 тыс. орудий.
В ходе успешных наступлений войск Воронежского и Степного фронтов полностью были выполнены задачи контрнаступления. Общее контрнаступление после Курской битвы привело к освобождению Левобережной Украины, Донбасса, юго-восточных районов Белоруссии. Вскоре из войны вышла Италия.
23 августа Курская битва завершилась. Пятьдесят дней продолжалась одна из величайших битв второй мировой войны. Врагу были нанесены невосполнимые потери, сорваны все его попытки удержать стратегические плацдармы в районах Орла и Харькова. Были созданы условия для перехода наших войск в общее наступления на большей части советско-германского фронта.
Сокрушительный разгром гитлеровских войск на Курской дуге завершил коренной перелом в ходе войны. В итоге битвы под Курском советские войска сломили становой хребет немецко-фашистской армии, сорвали её попытки взять реванш за поражение под Сталинградом и заставили окончательно перейти к стратегической обороне. Советские Вооружённые Силы прочно захватили стратегическую инициативу. Поражение под Курском подорвало моральный дух немецко-фашистской армии, обострило кризис внутри гитлеровского агрессивного блока.
За проявленные отвагу и героизм в битве под Курском более 100 тыс. солдат, офицеров и генералов Красной Армии было награждено орденами и медалями, 180 особо отличившихся воинов удостоились звания Героя Советского Союза.
Горькая правда не умаляет подвига советских солдат, сорвавших планы гитлеровского наступления на Курской дуге
Об авторе: Лев Николаевич Лопуховский - кандидат военных наук, полковник в отставке.
Цитата:
ЮБИЛЕЙНЫЕ торжества в связи с 60-летием победы в Курской битве еще раз показали, что бои под Прохоровкой в массовом сознании по-прежнему ассоциируются только с танковым сражением 12 июля. Авторы многочисленных статей в СМИ усиленно считали танки - сколько их было, кто и сколько потерял, совершенно забывая о людях, которые в конечном счете решили исход семидневных боев. Успешное завершение Прохоровского сражения трудно далось нашим войскам. В ожесточенных боях погибли многие тысячи советских воинов. В этой статье хотелось бы вернуться к вопросу о цене успеха.
Вкратце напомним ход боевых действий. За первые два дня наступления противник сумел преодолеть главную и вторую полосы обороны, которые готовились в течение трех месяцев. Уже к исходу 6 июля ему удалось выйти на узком участке фронта к тыловой полосе в районе станции Прохоровка, до которой оставалось 10 км. 2-й тк СС, поддержанный всей авиацией группы армий "Юг", получил приказ захватить Прохоровку и развивать наступление на Курск в обход Обояни. Тыловой рубеж не был полностью готов к обороне и не везде занят войсками. Но благодаря принятым мерам по усилению угрожаемого направления, мужеству и героизму советских воинов противник за два дня - 10 и 11 июля - продвинулся всего на 6-7 км. Создалось впечатление, что он начал выдыхаться. Ватутин и Василевский пришли к выводу, что решительного срыва наступления врага и разгрома его вклинившейся группировки можно добиться только мощным контрударом войск Воронежского фронта, усиленного за счет стратегических резервов.
К сожалению, несмотря на ввод в сражение стотысячной группировки (численность 5-й гв. ТА на 10 июля - 42 901 чел., 5-й гв. армии - около 65 тыс.), в составе которой было более 700 танков и САУ, добиться решительного перелома в обстановке не удалось. Фронтовой контрудар 12 июля не достиг поставленной цели и вопреки устоявшемуся мнению не привел к разгрому танкового корпуса СС. Немцы подготовились к отражению контрудара и навязали нашим танкистам "танковую дуэль" в самых невыгодных для них условиях. Наш танк Т-34 не мог выиграть дуэль на открытой местности с немецким средним танком T-IV с его новой длинноствольной пушкой (48 калибров, начальная скорость снаряда в 1,5 раза выше, чем у нашей 76-мм пушки Ф-34), не говоря уже о тяжелом "тигре". И немцы в полной мере использовали свое качественное превосходство в танковом вооружении.
Ошибка с нанесением лобового удара по сильной танковой группировке противника не позволила реализовать наше двойное количественное превосходство в танках над противником. Основные силы танковой армии П.А. Ротмистрова, которой отводилась решающая роль в контрударе, - два танковых корпуса первого эшелона, введенные в бой на фронте максимум 5 км (заболоченная пойма р. Псел не в счет), так и не смогли вырваться из дефиле. Зажатые в узком коридоре между рекой и железной дорогой, они не смогли использовать преимущество своих танков в маневренности и подвижности. 5-я гв. ТА понесла огромные потери (около 500 подбитых и уничтоженных танков и САУ из 860 боеготовых), не сопоставимые с уроном, нанесенным противнику, и достигнутым результатом. Танковое сражение юго-западнее Прохоровки 12 июля закончилось неудачей, которая не превратилась в поражение только благодаря упорству и самоотверженным действиям танкистов, а также солдат и офицеров 5-й гв. и 69-й армий, которые сорвали замысел противника охватить фланги танковой армии и окружить ее основные силы. Не имело успеха и наступление соединений 5-й гв. армии в излучине р. Псел и западнее, которые без танков и при недостаточной поддержке артиллерии атаковали части танковых дивизий противника.
Противник также понес значительные потери, но сохранил боеспособность. Отказавшись от наступления на Курск, он провел частную операцию, попытавшись окружить соединения 69-й армии, оборонявшиеся в междуречье Северского и Липового Донцов. Соединения 48 ск сделали все возможное для удержания занимаемого района, который разъединял усилия двух ударных группировок врага. Однако недостаток боеприпасов и недостаточная поддержка со стороны командования 5 гв. ТА и фронта не позволили им и далее сдерживать противника. Несмотря на сложную обстановку, четыре дивизии корпуса в ночь на 15 июля организованно под прикрытием арьергардов вышли из "мешка" и заняли новый рубеж.
Ожесточенные бои под Прохоровкой продолжались вплоть до 16 июля. Врагу так и не удалось преодолеть нашу оборону. Отход противника вопреки очередному мифу был вызван не разгромом его ударной группировки, а невозможностью удержания района вклинения протяженностью по фронту до 160 км. Войска Воронежского фронта не смогли опрокинуть части прикрытия противника и сразу перейти в неотступное преследование, чтобы разгромить его отходящие главные силы не вследствие "исключительной переутомленности" (выражение Г.К. Жукова, которому цензура много крови испортила), а в связи с большими потерями. Некоторые дивизии, по существу, превратились в полки. Восстановив оборону по рубежу, занимаемому до начала немецкого наступления, войска фронта успешно завершили оборонительную операцию, создав условия для последующего перехода в решительное контрнаступление.
ЦЕНА УСПЕХА
По официальным данным, войска Воронежского фронта за 19 суток операции потеряли 73 892 чел. (безвозвратно - 27 542). Степной фронт за 15 суток (с 9 по 23 июля) - 70 058 (безвозвратно - 27 452). Общие потери двух фронтов на южном фасе Курского выступа составили 143 950 чел. Получается, что фронты понесли примерно одинаковые потери (даже цифры безвозвратных потерь одинаковые!). Хотя войска Воронежского фронта вели бои с начала и до конца операции, потеряв при этом 13,8% своего состава. А Степной фронт, состав и численность которого уважаемые авторы статистического исследования "Гриф секретности снят" не указали, фактически подключился к операции только с 19 июля. С таким раскладом потерь между двумя фронтами трудно согласиться, потому что это противоречит общему ходу и характеру боевых действий.
На 5 июля в боевом составе Воронежского фронта насчитывалось 417,5 тыс. человек. Сопоставление данных о его реальном составе по дням операции показывает, что численность личного состава фронта уменьшилась минимум на 155 тыс. человек (учтено, что фронт в ходе операции был усилен двумя армиям и, в свою очередь, передал Степному фронту две армии). Убыль личного состава можно объяснить только боевыми потерями. Официальные данные о потерях фронта в оборонительной операции в связи с этим вызывают большие сомнения.
Согласно докладу штаба Воронежского фронта от 24 июля 1943 года он потерял 100 932 человека (убитыми - 20 578, ранеными - 54 427, пропавшими без вести - 25 898). По отчетным данным, за месяц фронт - с 1 по 31 июля 1943 г. - потерял 99 596 солдат и офицеров. Цифры в обоих документах одного порядка. Но вот что странно: потери 7-й гв. и 69-й армий, переданных Степному фронту с 23.00 18 июля, в последнем документе полностью исключены из потерь Воронежского фронта! Но и в документах Степного фронта потери 7 гв. и 69-й армий вполне логично даны только за период с 20 по 31 июля. Командующему Степным фронтом И.С. Коневу ни к чему было брать на себя то, за что он не несет никакой ответственности. В результате из итоговых цифр обоих фронтов "выпали" потери этих армий за период с 1 по 20 июля!
До передачи в состав Степного фронта 7 гв. и 69-й армии потеряли свыше 56,7 тыс. человек, из них убитыми - около 11 тысяч, пропавшими без вести - 15,5 тыс. Огромные цифры! Как они могли "выпасть" из общих итогов? А всего в ходе операции обе армии потеряли более 80 тыс. солдат и офицеров, в том числе пропавшими без вести - 17,4 тыс., то есть столько же, сколько все остальные армии обоих фронтов! Известно, что И.С. Конев, с самого начала категорически возражавший против "раздергивания" своего фронта, был очень недоволен тем, что вместо двух полнокровных гвардейских армий Жадова и Ротмистрова получил крайне ослабленные 7-ю гв. и 69-ю армии. Не случайно он потребовал в августе для пополнения 69-й армии 20 тысяч, а 7-й гв. и 53-й армий - 15 тысяч человек. Воронежский фронт потерял, таким образом, порядка 156 тыс. солдат и офицеров, что соответствует цифрам, полученным на основе расчетов по убыли численности его войск. Они в основном совпадают с данными донесений и сводок в ходе боев.
В итоге общие потери войск Воронежского и Степного фронтов в ходе оборонительной операции, как и безвозвратные, оказались в 1,3 раза больше официальных. Особенно много оба фронта потеряли пропавшими без вести - около 35 тыс. человек (18% от общих потерь). Большая часть из них, несомненно, попала в плен. При этом, по немецким данным, 24 тыс. наших солдат и офицеров было захвачено в плен к 13 июля, остальные 10 тысяч - между 13 и 16 июля, когда 3 тк противника в районе Шахово соединился с танковым корпусом СС.
Если из официальных суммарных потерь двух фронтов вычесть потери Степного фронта, то на долю Воронежского фронта останется 109 тыс. человек, то есть 20% от общей численности войск фронта. Для сравнения: Центральный фронт потерял (опять-таки по официальным данным) 4,6% от первоначальной численности, Степной - 7,7%. Если же исходить из подсчитанных нами потерь (подтвержденных соответствующими документами), то они составят 24% численности Воронежского фронта (с учетом переданных ему резервов).
В этом и состоит, по нашему мнению, смысл представленного авторами книги "Гриф секретности снят" распределения потерь между двумя фронтами. Видимо, оно понадобилось для того, чтобы как-то сгладить тяжелые впечатления от огромных потерь Воронежского фронта, особенно при сопоставлении их с потерями противника. Расчет строится на том, что неспециалист не обратит внимания на то, что Степной фронт включился в операцию не с 9, а с 19 июля. И его войска вели боевые действия в течение 5-6 суток в условиях, когда противник отвел свои главные силы на исходный рубеж.
В средствах массовой информации не прекращается полемика по вопросу о цене Победы в Отечественной войне. Цифры при этом называются самые разные, но все они значительно превышают официальные. В последних публикациях на эту тему официальные данные о величине потерь (8,668 млн. человек) доверия в обществе не вызывают. Согласно картотеке персональных потерь солдат, сержантов и офицеров ЦАМО РФ безвозвратные потери Вооруженных Сил в минувшей войне составляют не менее 13,85 млн. человек, то есть на 60% больше! Опыт более чем десятилетней работы фонда "Народная память" (правопреемник научно-информационного центра "Судьба", данные которого использовались при издании Книг Памяти в регионах Советского Союза) показывает, что многие тысячи воинов вообще не числятся ни в каких картотеках и базах данных. Хотя в его электронном Центральном банке данных (ЦБД) "Книга Памяти" содержится почти 20 миллионов сведений (персоналий), полученных при обработке архивных документов трех центральных архивов России - ЦАМО, Военно-медицинского архива и Архива ВМФ по потерям личного состава в 1941-1945 гг.
Взяв за основу общие потери армий Воронежского фронта и донесения о потерях отдельных соединений, можно определить потери наших войск в семидневном сражении - с 10 по 16 июля - под Прохоровкой. Танковая армия потеряла около 10 тыс. солдат и офицеров (пропавшими без вести - не менее 2 тыс.); 33 ск (с учетом 52 гв. сд) 5-й армии - порядка 8 тыс. чел. (пропавшими без вести около 2 тыс.). Обе армии потеряли (с учетом приданных частей и соединений) порядка 18 тыс. солдат и офицеров, в том числе не менее 4 тысяч пропавших без вести. Огромные потери - следствие лобовых атак танков и пехоты на неподавленную оборону противника, усиленную танками. Больше всех пострадали соединения 69-й армии, которые вели бои в особо сложных условиях, отражая удары танковых дивизий противника зачастую на неподготовленных рубежах. Дивизиям 48 ск к тому же пришлось выходить из окружения. Части 48 ск и 92 гв. сд 35 гв. ск, принявшие самое активное участие в боях на подступах к станции, потеряли порядка 23 тысяч человек, из них до 11 тыс. пропавшими без вести.
В Прохоровском сражении с 10 по 16 июля соединения 33 гв. ск 5-й гв., 48 ск 69-й и 5-й гв. танковой армий потеряли порядка 41 тысячи солдат и офицеров (26% от общих потерь Воронежского фронта в операции), из них убитыми - примерно 6,3 тысячи человек, пропавшими без вести до 15 тысяч. Такой ценой было остановлено наступление врага на прохоровском направлении.
Эти цифры, возможно, вызовут сомнения. Но следует иметь в виду, что некоторые погрешности и допуски в наших расчетах (например, за счет небоевых потерь - заболевших, откомандированных, дезертиров, осужденных военными трибуналами и т.п.) с лихвой перекрываются за счет того, что в них не учтено пополнение, полученное фронтами в ходе операции. Будем только рады, если соответствующие лица, владеющие полной и достоверной информацией, с цифрами в руках докажут ошибочность наших расчетов.
Потери противника.
Э.Манштейн утверждает, что в ходе наступления обе его армии - 4-я ТА и АГ "Кемпф" потеряли всего 20 720 человек, из них убитыми - 3 330. Видимо, командующий ГА "Юг" "забыл" или не посчитал нужным включить в общий итог потери, понесенные в последующих боях, в том числе и при отходе на исходный рубеж. Попутно отметим, что немецкая сторона тоже не упускала случая преуменьшить свои потери. По данным военного архива ФРГ, в период с 4 по 20 июля 4 ТА Г.Гота потеряла 18 594 чел. (2 тк СС - 8 095, 48 тк - 6 541, 52 ак - 2 918), в том числе убитыми 3 032 чел. Войска армейской группы "Кемпф" за этот же период потеряли 15 960 чел. (3 тк - 8 489, ак "Раус" - 7 154, 42 ак - 317), в том числе убитыми - 5 549. Всего войска группы армий "Юг" в ходе операции "Цитадель" с 4 по 20 июля 1943 года потеряли 34 554 солдата и офицера. Соотношение потерь Воронежского и Степного фронтов (по официальным данным) и ГА "Юг" составляет 4:1 не в нашу пользу.
9-я армия ГА "Центр" с 5 по 31 июля потеряла 35 635 человек, из них с 5 по 11 июля - 22 273. Безвозвратные и санитарные потери Центрального фронта за этот же период, по официальным данным, составили 33 897 человек. Соотношение по потерям - 1,5:1 в пользу противника. По немецким данным, обе группы армий - "Юг" (с 5 по 20 июля) и "Центр" (с 5 по 11 июля) при осуществлении операции "Цитадель" потеряли 56 827 человек. В эти же сроки наши три фронта - Центральный, Воронежский и Степной, по официальным данным, потеряли 177 847 солдат и офицеров. Потери сторон в живой силе в курской оборонительной операции соотносятся как 3:1 в пользу противника. С учетом наших данных оно составит 4:1 не в нашу пользу.
Существуют и другие расчеты. Так, в опубликованных в Германии работах, в том числе и в мемуарах бывшего командующего группой армий "Юг" Э.Манштейна, говорится, что в ходе боев под Орлом, Курском, Белгородом и Харьковом немецкие войска потеряли около 200 тыс. солдат и офицеров. Согласно немецким трофейным документам, за период советского контрнаступления войска групп армий "Центр" и "Юг", действовавшие в орловском выступе и на белгородско-курском направлении, потеряли убитыми, пропавшими без вести и ранеными 113,9 тыс. человек. С учетом этих данных потери северной и южной группировок противника в период немецкого наступления могли составить 80-100 тыс. человек (Великая Отечественная война. Перелом. - М., Наука, 1998, с. 257). Тогда соотношение по потерям в живой силе составит порядка 2:1 в пользу противника.
По данным военного архива ФРГ, 2 тк СС с 10 по 16 июля потерял 4 178 человек (примерно 16% боевого состава), в том числе убитыми - 755, ранеными - 3 351 и пропавшими без вести - 68. В бою 12 июля он потерял: убитыми - 149 человек, ранеными - 660, пропавшими без вести - 33, всего - 842 солдата и офицера. 3 тк с 5 по 20 июля потерял - 8 489 человек, из них на подступах к Прохоровке с 12 по 16 июля - примерно 2 790 человек. Исходя из приведенных данных, оба корпуса (шесть танковых и две пехотных дивизии) с 10 по 16 июля в боях под Прохоровкой потеряли порядка 7 тыс. солдат и офицеров. Соотношение по потерям в людях порядка 6:1 в пользу противника. Удручающие цифры. Особенно если учесть, что наши войска оборонялись, обладая превосходством в силах и средствах над наступающим противником. К сожалению, факты говорят о том, что к июлю 1943 года наши войска еще не в полной мере овладели наукой побеждать малой кровью.
РЕАКЦИЯ СТАЛИНА
Потери в танках и личном составе, понесенные 5 гв. ТА за один день боя, вызвали гнев Верховного главнокомандующего. Для анализа причин неудачи контрудара и больших потерь по указанию Сталина была создана комиссия под председательством члена ГКО, секретаря ЦК партии Г.М. Маленкова. Материалы этой комиссии хранятся в Президентском архиве. Они до сих пор являются секретными и не подлежат публикации в открытой печати. Показательно, что подобные материалы по работе на других фронтах - Сталинградском (1942 г.), Центральном (начало 1943 г.) и Западном (1944 г.) хранятся в открытых фондах архива РГАСПИ (бывшем архиве ЦК КПСС). Основной вывод комиссии известен: боевые действия 12 июля 1943 года под Прохоровкой являются образцом неудачно проведенной операции. Работа комиссии Маленкова дала толчок к анализу недостатков в организации боевых действий, особенно взаимодействия, управления и связи, недочетов, которые в других подобных случаях остались бы за кадром. А недостатки были. Война - это тоже учеба, жестокая школа, за ошибки в которой расплачиваются большой кровью бойцов, слезами и горем их родных и близких.
Решение на контрудар (как оно было реализовано) - несомненная ошибка нашего командования. При таких огромных и, надо прямо сказать, ничем не оправданных потерях невольно возникает мысль: а стоило ли наносить фронтальный удар по наиболее сильному месту вражеской группировки, которая, как показал бой 11 июля, отнюдь не утратила своей ударной силы? Остановить противника, заставить его перейти к обороне можно было с меньшими потерями в людях, вооружении и боевой технике.
Несомненно, в штабе фронта обсуждалась целесообразность проведения контрудара 12 июля, предлагались различные варианты действий. Если согласиться с мнением, что Сталин больше всего боялся прорыва нашей обороны и выхода танковой армии Гота на оперативный простор, то почему бы не продолжить действовать по ранее принятому плану преднамеренной обороны, чтобы выбить танки противника огнем с места, а потом перейти к активным действиям? Время уже работало на нас. Видимо, Ставка настояла на проведении контрудара 12 июля, приуроченного к началу наступления Брянского и Западного фронтов. Кто кого убедил, доказал или приказал - еще предстоит выяснить. Подоплеку принятия решения на контрудар 12 июля можно было бы узнать из переговоров фронта и Ставки. Кстати, история свидетельствует, что никакие грифы секретности не могут до бесконечности скрывать правду.
Неоднократный перенос времени начала контрудара свидетельствует о колебаниях по поводу способов использования 5 гв. ТА в создавшейся обстановке. Если хотели упредить противника, то почему не начали атаку с рассветом? Назначив время атаки на 10.00 12 июля, скорее всего рассчитывали сначала выбить атакующие танки противника огнем с места, а уж потом нанести контрудар. Однако танковые дивизии "Адольф Гитлер" и "Рейх" противника, противостоящие основным силам 5-й гв. танковой армии, явно выжидали и утром так и не сдвинулись с места. Противник перешел к активным действиям только на флангах. Внезапный ночной прорыв обороны 69-й армии, захват противником переправы у села Ржавец и переход в наступление тд "Мертвая голова" с плацдарма спутали карты командованию Воронежским фронтом, поставив наши войска в невыгодное положение. Время атаки перенесли на 8.30.
Тезис Ротмистрова о превосходстве противника в танках в свете фактов не выдерживает никакой критики. На "танковом поле" юго-западнее Прохоровки нашим трем танковым корпусам (462 танка и САУ) противостояло не более 220 танков и штурмовых орудий противника. Это уж потом появились цифры - 700 и даже 800 танков противника, чтобы оправдать неудачу и наши высокие потери.
Горькую правду говорить тяжело и не всегда приятно. Но давно пора сказать общественности, ветеранам да и всему народу, какой ценой завоевана Победа, в том числе и победа под Курском. Иногда примитивно полагают, что патриотов можно воспитывать только на победах. Это заблуждение. Наоборот, горькое, но правдивое описание исторических событий быстрее затронет душу, например, молодого человека, оставит след в его сердце. Тем более требуется беспристрастный анализ событий Великой Отечественной войны для обучения и воспитания высокопрофессиональных военных кадров. Нельзя развивать военную науку на основе "отретушированного" опыта войны. Правильная оценка прошлого может уберечь от ошибок в будущем. Иначе опять возобладает принцип "мы за ценой не постоим". Опять будут появляться "лучшие министры обороны всех времен и народов", способные бросить танки на ночной штурм незнакомого города, в каждой подворотне которого сидит гранатометчик.
Основную роль в достижении победы в Прохоровском сражении и в Курской битве в целом сыграл советский солдат, от которого в конечном счете зависело осуществление всех замыслов и решений командиров. Это он своим потом и кровью компенсировал ошибки и просчеты командования, наперекор всему устоял перед натиском бронированных дивизий врага и заставил его повернуть вспять. В связи с этим хотелось бы подчеркнуть особую роль русского солдата в достижении Победы, которого, как говаривал прусский король Фридрих Великий, "мало убить, его надо еще и повалить". Русский солдат показал любовь к своей великой Родине, способность к преодолению неимоверных трудностей, взаимовыручку и готовность к самопожертвованию ради спасения своих товарищей.
В боях под Прохоровкой в числе 43 тыс. солдат и офицеров 5-й гв. танковой армии участвовали воины более 36 национальностей Советского Союза. Основную массу из них составляли русские (свыше 74%), украинцы и белорусы. Как ни странно звучит это в наше сложное время, но дружба народов Советского Союза выдержала серьезную проверку. Источником высоких морально-боевых качеств советских воинов был отнюдь не страх перед штрафными батальонами и заградительными отрядами, а чувство патриотизма, любовь к Отечеству и ненависть к врагу. И прекрасный мемориал, возведенный на Прохоровском "танковом поле", - это дань памяти ратному подвигу всех советских воинов - танкистов, артиллеристов, летчиков, связистов, саперов, водителей, ремонтников, медиков и других великих тружеников войны.
_________________ Не столько страшен русский танк, сколько его пьяный экипаж!
Потери в Курской оборонительной операции (5-23 июля 1943)
Данные о потерях ВЕСЬМА противоречивы. Это касается не столько расхождений в цифрах, приводимых противоборствовавшими сторонами - такое как раз неудивительно.
Совершенно разнятся цифры потерь Воронежского фронта, приводимые советскими источниками.
Сейчас самым авторитетным источником относительно потерь считается труд под руководством ген-полк. Кривошеева.
В нем даются такие цифры:
Воронежский фронт с 5 по 23 июля:
Безвозвратные людские потери - 27.542
Санитарные людские потери - 46.350
Всего людские потери - 73.892.
Однако в боевом донесении штаба Воронежского фронта № 01398 нач. Генштаба о потерях с 4 по 22 июля даются совершенно иные цифры:
Убито - 20.577
Пропало без вести - 25.898(практически большинство-плен)
Попало в плен - 29(подтвержденные)
Всего безвозвратных людских потерь - 46.504
Ранено - 54.427
Всего людские потери - 100.931.
Как видите - разница существенная, особенно по безвозвратным потерям.
Такие же, и даже более заметные противоречия между цифрами Кривошеева и цифрами штаба Воронежского фронта имеются и относительно потерь техники.
По Кривошееву - безвозвратные потери Центрального, Воронежского и Степного фронтов в Курской оборонительной операции (5-23 июля 1943):
Танков и САУ - 1.614
Орудий и минометов - 3.229
Самолетов - 459.
Однако в том же боевом донесении штаба Воронежского фронта говорится, что безвозвратно потеряно:
Танков и САУ - 1.628
Орудий и минометов - 3.609
Самолетов - 387 (с подбитыми).
Тут как видите и вовсе - ОДИН Воронежский фронт по данным его штаба потерял безвозвратно больше танков и артиллерии, чем все ТРИ фронта, вместе взятые, по Кривошееву.
Еще более удивительно, что данные о потерях, приводимые штабом Воронежского фронта, почти совпадают с цифрами, приводимыми фельдмаршалом Манштейном. По его словам Воронежский фронт потерял к 13 июля:
Пленными - 24.000 (по данным штаба ВФ к 16 июля - 24.880 пбв)
Танков - 1.800 (по данным штаба ВФ к 16 июля - 1.888 безвозвратно и подбито)
Орудий - 1.347 (по данным штаба ВФ к 16 июля - 1.605).
То есть очевидно, что если Манштейн несколько завысил (учитывая разницу в датах - 13 и 16 июля) число пленных и танков, то по орудиям он даже занизил число советских потерь.
НЕМЕЦКИЕ ПОТЕРИ
По данным советского Генштаба противник в период своего наступления потерял на северном и южном фасах Курской дуги 70.000 убитыми и ранеными, безвозвратно и подбитыми 2.952 танка, 195 САУ, 844 орудий, 1.392 самолета.
Что касается потерь личного состава, то анализируя немецкие архивные документы, получается, что немцы действительно потеряли убитыми, ранеными и пропавшими в этот период порядка 70.000. Из них до 25.000 понесла 9-я А, наступавшая до 12 июля на северном фасе против Центрального фронта Рокоссовского. 4-я ТА и АГ Кемпф, действовавшие на южном фасе против Воронежского, а затем и против Степного фронтов, потеряли с 4 по 23 июля около 40.000 убитыми, ранеными и пропавшими. (для сравнения - согласно Кривошееву Центральный фронт за этот период потерял 34.000 - то есть в полтора раза больше, чем противник, а Воронежский и Степной фронты 144.000 - в три с половиной раза больше, чем противник); (еще примечательный факт - самые большие потери на южном фасе Курской дуги во время немецкого наступления понесли 106-я и 320-я пд - более чем по три тысячи убитых, раненых и пропавших каждая, при этом 320-я пд потеряла более 400 пропавшими - это в разы больше, чем у других дивизий, понесших крупные потери. Эти две дивизии сражались против 7-й гв.А ген-лейт. Шумилова)
Что касается потерь немецкой техники - согласно документам на северном фасе Курской дуги 5-14 июля немцы безвозвратно потеряли 88 танков и САУ (в том числе 4 Тигра и 19 Фердинандов), а на южном фасе 5-17 июля безвозвратно потеряли 190 танков и САУ (включая 6 Тигров и 44 Пантеры). Естественно, общие потери (с подбитыми) были в несколько раз выше, однако поврежденные танки и САУ быстро восстанавливались ремонтными службами немцев. На это, кстати, указывал Ротмистров в письме Сталину. (например, к полудню 10 июля 4-яТА безвозвратно потеряла 64 танка и САУ, а в ремонте находилось 462 танка и САУ - исходя из этой пропорции, можно предположить, что в период своего наступления немцы на Курской дуге потеряли уничтоженными и подбитыми, впоследствии восстановленными, порядка двух с половиной тысяч танков и САУ - что близко к цифре советского Генштаба) _________________ Не столько страшен русский танк, сколько его пьяный экипаж!
Минули ожесточенные бои зимы 1942/43 гг. На советско-германском фронте установилось относительное затишье. Линия фронта стабилизировалась и проходила западнее Мурманска, Ленинграда, восточнее Новгорода, западнее Великих Лук, Кирова, Новосиля, Малоархангельска, Лютежа, восточнее Таганрога и Новороссийска. В ходе боев в феврале и марте 1943 года образовался так называемый Курский выступ, вдававшийся в расположение немецких войск до 200 км. Обе воюющие стороны готовились к новым сражениям: принимались меры к расширению военного производства, намечались планы будущих действий, накапливались резервы, проводились перегруппировки войск. На основе опыта прошедших боев совершенствовались формы организации и способы боевого применения родов войск. Советская военная промышленность из месяца в месяц увеличивала выпуск военной продукции. Особое внимание было обращено на производство бронетанковой техники. В конце 1942 года началось производство самоходно-артиллерийских установок, имевших на вооружении орудия 76-, 122- и 152-мм калибра. Танки и пехота получили мощное средство поддержки.
К июлю 1943 года в Красной Армии насчитывалось 9580 танков и самоходно-артиллерийских установок, организационно сведенных в танковые армии, танковые и механизированные корпуса, танковые бригады, танковые и самоходно-артиллерийские полки. Наряду с количественным ростом улучшилось и качество бронетанковой техники. В танке Т-34 была повышена прочность сварных соединений броневых листов, четырехступенчатая коробка передач заменена пятиступенчатой, облегчено переключение передач, усовершенствованы воздухоочистители и др. Командирская башенка позволила улучшить наблюдение за полем боя. Новый танк КВ-1С по сравнению с КВ-1 имел броню несколько тоньше — 60-75 мм, в результате чего уменьшился вес танка и повысилась его подвижность и проходимость.
Совершенствовалась организация объединений, соединений и частей танковых войск. С учетом опыта операций, проведенных зимой 1942/43 гг., развернулось формирование танковых армий однородного состава. Армия, как правило, имела два танковых и механизированный корпуса, части обеспечения и обслуживания. К началу Курской битвы Красная Армия имела пять танковых армий.
В танковые и механизированные корпуса были дополнительно включены минометный, самоходно-артиллерийский и зенитно-артиллерийский полки. Кроме того, танковый корпус получил истребительно-противотанковый артиллерийский дивизион, батальон связи, две подвижные ремонтные базы и медико-санитарный взвод, а механизированный корпус — истребительно-противотанковый артиллерийский полк и медико-санитарный батальон. Количественный и качественный рост танковых войск значительно повысил ударную силу и маневренность Красной Армии, позволил наносить по врагу сокрушительные удары и проводить крупные наступательные операции с решительными целями. Повысились боевые возможности и других родов войск и видов вооруженных сил.
Усиленно готовилась к предстоящим боям и фашистская Германия. В 1943 года она наладила массовый выпуск новых танков Pz.Kpfw.V “Пантера” и Pz.Kpfw.VI “Тигр”, освоила производство штурмового орудия “Фердинанд”. Это позволило немецкому командованию в значительной степени оснастить танковые войска более совершенной боевой техникой. Кроме того, были улучшены конструкции Pz.Kpfw.Ш и Pz.Kpfw.IV. Потерпев крупное поражение на советско-германском фронте, немцы рассчитывали летом 1943 года навязать свою волю Советским Вооруженным Силам, любой ценой восстановить пошатнувшийся авторитет и престиж своей армии, показать ее способность вести крупные наступательные операции и тем самым предотвратить неминуемый развал фашистского блока. Не располагая силами и средствами, достаточными для того, чтобы вести наступление на широком фронте, немецкое командование решило сначала разгромить советские войска в районе Курска. Курский выступ представлял для обеих воюющих сторон важное стратегическое значение: советские войска могли нанести сильные удары по тылам и флангам орловской и белгородско-харьковской группировок, а противник — нанести встречные удары из районов Орла и Белгорода на Курск.
15 апреля 1943 года была утверждена Директива №6, в которой конкретизировались задачи немецких войск в наступательной операции “Цитадель”. Замысел операции немецкого командования, сводился к следующему: двумя одновременными встречными ударами в общем направлении на Курск — из района Орла на юг и из района Харькова на север — окружить и уничтожить на Курском выступе советские войска. В дальнейшем, судя по директиве Гитлера, противник намеревался расширить фронт наступления из района восточнее Курска на юго-восток и разгромить советские войска в Донбассе.
Для выполнения операции немецкое командование создало мощные группировки. Ударная группировка в районе Орла включала 8 пехотных, 6 танковых и моторизованную дивизии 9-й армии группы “Центр” и насчитывала 270 тыс.солдат и офицеров, около 3,5 тыс.орудий и минометов, до 1,2 тыс.танков и самоходных орудий. Она должна была нанести главный удар в направлении железной дороги Орел — Курск.
В ударную группировку в районе севернее Харькова противник выделил 5 пехотных, 8 танковых и моторизованную дивизии. Всего 280 тыс.солдат и офицеров, более 2,5 тыс.орудий и минометов, до 1,5 тыс.танков и самоходных орудий. Она должна была нанести главный удар силами 4-й танковой армии вдоль шоссе Обоянь — Курск и вспомогательный — силами оперативной группы “Кемпф” в направлении Белгород, Короча. На флангах ударных группировок находилось еще до 20 дивизий. В общей сложности для осуществления своего замысла немецко-фашистское командование сосредоточило около 900 тыс.солдат и офицеров, до 10 тыс.орудий и минометов, около 2700 танков и самоходных орудий, свыше 2 тыс.самолетов.
Советское командование, разрабатывая план действий в летне-осенней кампании 1943 года, намечало провести ряд наступательных операций с целью освободить Левобережную Украину, Донбасс и восточные районы Белоруссии и выйти к среднему и нижнему течению Днепра. Основные усилия наших войск сосредоточивались на юго-западном направлении — для разгрома вражеских группировок в районах Орла и Харькова. Учитывая сосредоточение на флангах Курского выступа значительных сил противника, Ставка Верховного Главнокомандования решила сначала преднамеренной обороной измотать и обескровить его ударные группировки, а затем, перейдя в контрнаступление, нанести им окончательное поражение. Удар противника на орловско-курском направлении должен был отразить Центральный фронт, оборонявший северную и северо-западную часть Курского выступа, а из района Белгорода — Воронежский фронт, оборонявший его южную и юго-западную часть.
Оба фронта насчитывали свыше 1337 тыс.человек, 19300 орудий и минометов, более 3300 танков и самоходно-артиллерийских установок и 2650 боевых самолетов. Танковые войска Центрального фронта имели 2-ю танковую армию, 9-й и 19-й танковые корпуса, 2 танковые бригады, 15 танковых и 6 самоходно-артиллерийских полков; в Воронежский фронт входили 1-я танковая армия, 2-й и 5-й гвардейские танковые корпуса, 6 танковых бригад, 8 танковых и 3 самоходно-артиллерийских полка. За войсками Центрального и Воронежского фронтов восточнее реки Кшень располагались крупные резервы Ставки, объединенные в Степной фронт. Степной фронт наряду с танковыми частями, входившими в общевойсковые армии и кавалерийские корпуса, имел 5-ю гвардейскую танковую армию, 3-й и 4-й гвардейские и 10-й танковые, 1, 2 и 3-й гвардейские механизированные корпуса. Всего во фронте насчитывалось 1630 танков и самоходно-артиллерийских установок.
Общее превосходство по танкам было на стороне советских войск. Однако в ударных группировках противника имелось значительное количество танков Pz.Kpfw.V и Pz.Kpfw.VI и штурмовых орудий “Фердинанд”, обладавших мощным вооружением и броней. Кроме того, более 30 процентов общего количества наших танков и самоходно-артиллерийских установок составляли легкие машины.
Характерной особенностью планирования боевого применения танковых войск в оборонительных операциях Центрального и Воронежского фронтов явилось то, что основная масса (до 90%) танков была сосредоточена на вероятных направлениях главных ударов противника. Командующие фронтами придерживались принципа массированного использования танковых войск на решающих участках фронта. Танковые армии находились во вторых эшелонах, а танковые корпуса — в резерве фронтов. Танковые армии и танковые корпуса Центрального и Воронежского фронтов планировалось использовать для нанесения контрударов по нескольким вариантам, в зависимости от направлений главных ударов противника. Так, 2-я танковая армия получила задачу быть готовой нанести контрудары на трех направлениях; основным из них считался контрудар в полосе 13-й армии. 1-я танковая армия готовила пять вариантов контрударов. Главным считался контрудар в полосе 6-й гвардейской армии. Танковые и самоходно-артиллерийские соединения и части, приданные общевойсковым армиям, предусматривалось использовать централизованно как подвижные резервы армий, корпусов и дивизий, оборонявшихся на важных направлениях; располагались они на второй и третьей оборонительных полосах и между полосами, в боевых порядках войск на танкоопасных направлениях. На Воронежском фронте некоторые танковые и самоходно-артиллерийские полки и танковые бригады размещались в главной полосе обороны, так как плотность противотанковых средств в стрелковых дивизиях первого эшелона была недостаточной. При этом значительное внимание уделялось оборудованию танковых засад, организации ведения огня с места. Такое использование танков и самоходно-артиллерийских установок значительно усиливало общую прочность обороны, особенно тактической зоны, создавало своеобразный бронированный заслон на пути вражеских войск.
Период март-июнь, предшествовавший Курской битве, был использован для тщательной подготовки войск к боевым действиям. Командиры и штабы стрелковых, танковых и артиллерийских соединений и частей провели совместные учения на местности, в ходе которых были отработаны варианты нанесения контрударов и контратак. Личный состав настойчиво осваивал приемы и способы использования боевой техники и вооружения, изучал сильные и слабые стороны тактики действий войск противника. Особое внимание в ходе боевой подготовки уделялось умению организовать отражение крупных танковых атак, подготовке и проведению контратак и контрударов, осуществлению широкого маневра силами и средствами с целью создания превосходства над противником. Значительное внимание уделялось организации взаимодействия родов войск. Командиры и штабы, проявляли повседневную заботу о материальном, техническом и медицинском обеспечении войск. Армейские ремонтно-восстановительные батальоны, корпусные подвижные ремонтные базы и роты технического обеспечения бригад и полков были полностью укомплектованы. Кроме того, танковые полки, бригады и корпуса усиливались специальными ремонтными бригадами, созданными в армейских ремонтных частях. Их основная задача состояла в осуществлении среднего ремонта бронетанковой техники непосредственно в местах ее наибольшего скопления.
В подготовительный период проводилась большая и целеустремленная партийно-политическая работа. Ее содержание определялось задачами войск фронтов. Военные советы требовали, чтобы командиры и политработники неустанно воспитывали в советских воинах стойкость и упорство, мужество и отвагу, беззаветную преданность и любовь к социалистической Родине, чаще проводили митинги, собрания и беседы, на которых бы разъяснялось значение упорной и активной обороны, популяризировался боевой опыт частей и подразделений.
Во всех соединениях накануне боев проводились слеты истребителей танков, снайперов, разведчиков и артиллеристов. Бойцы обменивались опытом, особенно по уничтожению танков противника. Было выпущено большое количество плакатов, бюллетеней и памяток. Политические отделы организовали тщательный подбор и учебу агитаторов подразделений.
Операция Цитадель.
Утром 5 июля фашистские танки и штурмовые орудия под прикрытием огня артиллерии и ударов авиации перешли в наступление. За танками шла пехота. Южнее Орла и севернее Белгорода начались ожесточенные сражения. Главный удар наносились на деревни Ольховатку, а вспомогательные - на Малоархангельск и Фатеж. Советские войска встретили врага исключительной стойкостью. Немецкие войска несли большие потери. Лишь после пятой атаки им удалось ворваться на передний край обороны 29-го стрелкового корпуса на ольховатском направлении.
На Центральном фронте противник нанес главный удар по центру 13-й армии, которой командовал генерал Н.П.Пухов. Сосредоточив здесь до 500 танков, враг рассчитывал мощным бронированным тараном при поддержке авиации и артиллерии сломить оборону советских войск. Вспомогательный удар противник наносил на Гнилец. Советские воины встретили врага исключительной стойкостью. Все противотанковые средства, и, прежде всего танковые и самоходно-артиллерийские полки, во взаимодействии со стрелковыми частями, саперами и подразделениями других родов войск наносили врагу большой урон. Действия наземных войск поддерживались соединениями 16-й воздушной армии генерала С.И.Руденко. Немецкое командование непрерывно наращивало удар, бросая в бой новые танковые и пехотные части, пыталось любой ценой разорвать оборону 13-й армии. В полосе обороны Центрального фронта напряженные бои развернулись и на других направлениях. К исходу дня немцы на главном, ольховатском направлении вклинились на узком участке в советскую оборону на 6-8 км и вышли ко второй оборонительной полосе.
Командующий Центральным фронтом генерал К.К.Рокоссовский решил с утра 6 июля нанести по вражеской группировке контрудар силами 2-й танковой армии с приданным ей 19-м танковым корпусом и восстановить положение. Танковой армии было приказано одним танковым корпусом перейти к обороне на фронте Березовец, Брусовое, а двумя танковыми корпусами из районов Ольховатки и Новоселок во взаимодействии с 17-м гвардейским стрелковым корпусом нанести контрудар в направлении Бутырки и Подолянь.
Контрудар начался рано утром 6 июля. 16-й танковый корпус под командованием генерала В.Е.Григорьева нанес удар на Бутырки и отбросил противника к северу на 1,5-2 км. Но немецкое командование подтянуло в этот район свежие танковые части. Разгорелся бой между 100 советскими и 200 немецкими танками. Танкисты 107-й и 164-й бригад, проявляя исключительное мужество и стойкость, длительное время удерживали захваченные позиции, наносили врагу большие потери. Только 107-я танковая бригада полковника Н.М.Телякова уничтожила 30 танков. Однако, используя количественное превосходство, немцы отразили контратаки соединений 16-го танкового корпуса, а затем двумя танковыми дивизиями 41-го танкового корпуса и двумя пехотными дивизиями при поддержке авиации перешли в наступление.
19-й танковый корпус, которым командовал генерал И.Д.Васильев, сосредоточился в исходном районе утром 6 июля. На организацию взаимодействия со стрелковыми дивизиями и разминирование проходов было затрачено значительное время, поэтому соединения 19-го танкового корпуса нанесли удар в направлении Подоляни только в 17 часов, т. е. когда бригады 16-го танкового корпуса уже вынуждены были отойти в исходное положение. Встреченный сильным огнем артиллерии, танков и авиации противника, 19-й танковый корпус понес потери и отошел в исходное положение. Контрудар 2-й танковой армии не достиг цели, однако сыграл большую и важную роль в оборонительной операции Центрального фронта. Активными и решительными действиями советских войск противник был остановлен перед второй полосой обороны, понес большие потери и не смог затем продолжать наступление одновременно на трех направлениях.
2-я танковая армия получила приказ командующего Центральным фронтом всеми корпусами перейти к обороне. 3-й танковый корпус закрепился на рубеже Березовец, северо-западнее Брусовое; 16-й танковый корпус — в районе Ольховатки, а 11-я отдельная гвардейская танковая бригада — на рубеже Ендовище, Молотычи (на стыке 16-го и 19-го танковых корпусов). 19-й танковый корпус перешел к обороне только утром 7 июля на участке Теплое, Красавка. Командующий 2-й танковой армией дал указание корпусам окопать танки на занимаемых рубежах, прикрыть их пехотой и организовать систему огня.
6 июля в полосе 13-й армии враг продвинулся всего лишь на 1-2 км, а в полосе 70-й армии активных действий не вел, так как его войска отражали удары наших войск, и прежде всего танковых, севернее Ольховатки.
Помимо всего выше сказанного, 6 июля бессмертный подвиг совершил заместитель командира истребительной авиаэскадрильи 2-й воздушной армии Воронежского фронта гвардии старший лейтенант А.К.Горовец. Прикрывая наземные войска под Белгородом, Горовец неожиданно заметил большую группу немецких бомбардировщиков. Советский истребитель пошел в атаку один против двадцати. В неравном бою он сбил девять вражеских самолетов и погиб смертью героя. Президиум Верховного совета СССР Указом от 28 сентября 1943 года присвоил А.К.Горовцу звание Героя СССР.
7 июля противник сосредоточил основные усилия на трех направлениях: вдоль железной дороги на Поныри — в полосе обороны 3-го танкового корпуса; западнее железной дороги на Ольховатку — в полосе обороны 16-го танкового корпуса и на Теплое — в стыке 16-го и 19-го танковых корпусов. Пополнив резервными танками, потрепанные дивизии 41-го танкового корпуса и дополнительно введя в бой свежую 9-ю танковую дивизию, гитлеровцы стремились прорвать оборону войск 13-й и 2-й танковой армий.
После сильной артиллерийской подготовки и при поддержке 150 самолетов противник двумя пехотными дивизиями и частью сил 18-й танковой дивизии нанес удар на Поныри по обороне 307-й стрелковой дивизии. Сюда он бросил до 150 танков. Разгорелись ожесточенные бои, продолжавшиеся до самой ночи. Вражеские танки совместно с пехотой при поддержке сильного огня артиллерии и массированных ударов авиации восемь раз атаковали, но каждый раз их атака отбивалась 307-й стрелковой дивизией, массированным огнем соединений 3-го танкового корпуса, 129-й отдельной танковой бригады, 27-го гвардейского отдельного танкового полка и артиллерийскими частями, выдвинутыми из резерва фронта.
Основные силы ударной группировки противника перешли в наступление в направлениях Ольховатки и Теплое. В эти районы прорвалось до 300 вражеских танков, но здесь они были встречены сильным огнем пехоты 17-го гвардейского стрелкового корпуса, танков 16-го и 19-го танковых корпусов, отдельных танковых частей и противотанковой артиллерии. В первые же минуты боя были подожжены несколько десятков немецких танков. Огонь советских войск заставил противника отойти назад. Враг и здесь несколько раз переходил в атаку, бросая в бой сотни танков, но все атаки были успешно отражены. Героическими действиями войск 13-й и 2-й танковой армий ударные группировки врага на всех направлениях были остановлены. К вечеру 7 июля немцы продвинулись всего лишь на 2-3 км.
8 июля противник, подтянув резервы, вновь нанес удары на прежних направлениях. Особенно упорные и тяжелые бои развернулись в районе Понырей. Там немцы силою до 80 танков несколько раз атаковали этот населенный пункт. Однако 307-я стрелковая дивизия совместно с 51-й и 103-й танковыми бригадами 3-го танкового корпуса, артиллерией и саперами каждый раз отбрасывала противника в исходное положение.
На ольховатском направлении немцы в этот день предприняли 13 мощных атак, но все они были отражены сильным огнем пехоты, артиллерии и соединениями 16-го танкового корпуса, поддержанными ударами авиации. В течение последующих двух дней на правом фланге 13-й армии и в полосе действий 3-го танкового корпуса продолжалась борьба за удержание станции Поныри. Натиск был особенно сильным на стыке 13-й и 70-й армий в направлении на Теплое. Утром 10 июля около 300 немецких танков атаковали советские позиции. Вражеские танки двигались эшелонами по 50-60 машин. Боевые порядки советских частей и соединений подвергались непрерывной бомбардировке группами по 40-60 самолетов. Но войска левого фланга 13-й и правого фланга 70-й армий, 101-й и 79-й танковых бригад 19-го танкового корпуса во взаимодействии с 3-й гвардейской артиллерийской бригадой отбили все атаки, уничтожив при этом 60 танков.
За шесть дней враг ценой огромных потерь в живой силе и боевой технике вклинился в оборону Советских войск на ольховатском направлении на 12 км, а на вспомогательных направлениях всего лишь на 1-3 км. За это время силы немцев истощились, и они вынуждены были перейти к обороне, не достигнув цели.
Упорные сражения развернулись в эти дни и на Воронежском фронте. Главный удар противник наносил из района западнее Белгорода в общем направлении на Курск. Здесь была сосредоточена основная масса вражеских танков. В первый день немцы ввели в сражение до 700 танков, поддерживаемых большим количеством артиллерии и авиации. Особенно ожесточенный характер приняли бои в районах Черкасское и Быковки. Чтобы сломить сопротивление частей 22-го гвардейского стрелкового корпуса, враг несколько раз бросал в атаку большое количество танков. Стальной армадой он рассчитывал с ходу протаранить оборону советских войск. Однако сражение стало развертываться не так, как планировали немцы. Красная Армия оказала исключительно упорное сопротивление, противник нес огромные потери. Только 245-й танковый полк уничтожил 42 танка.
В районе Быковки в атаках принимали участие одновременно от 100 до 300 танков и штурмовых орудий. Удары врага стойко отражали части 52-й гвардейской и 375-й стрелковых дивизий, а также 230-й танковый полк и 96-я танковая бригада. Огнем с места и контратаками они наносили противнику большой урон в живой силе и боевой технике. Только 96-я танковая бригада уничтожила 17 танков, 9 орудий, до двух батальонов пехоты и 6 автомашин.
Ценой огромных потерь немецким войскам удалось на отдельных участках прорвать главную полосу обороны 6-й гвардейской армии. Чтобы окончательно измотать главную танковую группировку противника и приостановить ее наступление в пределах тактической зоны, командующий Воронежским фронтом генерал Н.Ф.Ватутин отдал распоряжение командующему 1-й танковой армией выдвинуть два корпуса на второй оборонительный рубеж 6-й гвардейской армии и прочно закрепиться на рубеже Меловое, Яковлево. В районы Тетеревино и Гостищево выдвигались 5-й и 2-й гвардейские танковые корпуса в готовности с рассветом 6 июля нанести контрудар в направлении Белгорода.
1-я танковая армия — командующий генерал М.Е.Катуков, член Военного совета генерал Н.К.Попель, начальник штаба генерал М.А.Шалин — совершила ночной марш и утром 6 июля перешла к обороне на указанном рубеже. В первом эшелоне оборонялись 6-й танковый и 3-й механизированный корпуса. 31-й танковый корпус находился во втором эшелоне армии. Утром 6 июля противник возобновил наступление, нанося два удара: один из района Черкасское на северо-восток в направлении Луханино; второй из района Быковки вдоль шоссе на Обоянь. До 160 вражеских танков четырьмя колоннами вышли на участок Чапаев, Шепелевка и пытались с ходу прорваться через оборону советских войск. Но здесь они встретили мощный огонь стрелковых частей, 6-го танкового корпуса генерала Л.Л.Гетмана, а также отдельных танковых и артиллерийских соединений и частей. Противник группами по 40-50 танков четыре раза повторял атаки, но все они были отбиты. Вдоль Обоянского шоссе наступало до 400 танков. Здесь врага встретили воины 3-го механизированного корпуса, которым командовал генерал С.М.Кривошеин. В течение дня корпус отразил 8 атак.
Самые ожесточенные бои развернулись в районе Яковлево. Первым на подступах к Яковлево принял удар немецких танков 2-й батальон 1-й гвардейской танковой бригады, которым командовал коммунист майор С.И.Вовченко. Подразделения батальона смело вступили в единоборство с 70 немецкими танками и открыли по ним мощный огонь. Враг отошел и решил обойти позиции танкистов с фланга. Но на его пути оказался танковый взвод лейтенанта В.С.Шаландина. Гвардейцы подпустили вражеские танки на 1000 метров, а затем открыли сильный огонь. Десять часов взвод под беспрерывной бомбежкой с воздуха и артиллерийским огнем противника вел длительный, ожесточенный бой. Только экипаж Шаландина уничтожил 2 “Тигра”, 1 средний танк, 3 противотанковых орудия и до 40 немецких пехотинцев. От вражеского снаряда машина Шаландина загорелась, но героический экипаж не покинул ее. Бой продолжался, обходный маневр противника был сорван. За высокое боевое мастерство, отвагу и мужество лейтенанту В.С.Шаландину посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза. Умело вел бой в составе этого батальона и взвод лейтенанта Г.И.Бессарабова, экипажи которого искусно выбирали позиции и вели огонь главным образом по бортам танков противника. Такой прием позволил только экипажу Бессарабова уничтожить трех “Тигров”. Три танка, в том числе 1 танк “Тигр”, уничтожил комбат майор Вовченко.
Не сумев прорваться через боевые порядки 6-го танкового и 3-го механизированного корпусов, немецкое командование перегруппировало силы и нанесло удар по 5-му гвардейскому танковому корпусу генерала А.Г.Кравченко, который в это время совместно со 2-м гвардейским танковым корпусом наносил контрудар по правому флангу танковой группировки врага, рвавшейся на Обоянь. Основные силы 5-го гвардейского танкового корпуса были сосредоточены на его правом фланге, в районе Лучки. Противник, встретив в этом районе сильное огневое сопротивление, начал обходить его соединения с востока и запада. В полуокружении гвардейцы-танкисты продолжали вести ожесточенные бои с танками и мотопехотой противника, перемалывая его живую силу и боевую технику. К утру 7 июля 5-й гвардейский танковый корпус под натиском превосходящих сил был вынужден отойти на новый оборонительный рубеж Беленихино, Тетеревино. Немецкие войска, захватив Лучки, продвигались к Ясной Поляне. 2-й гвардейский танковый корпус, которым командовал полковник А.С.Бурдейный, сумел частью сил форсировать Липовый Донец севернее Шопино, но сломить сопротивление врага не смог. По приказу командующего фронтом его соединения отошли на прежний рубеж обороны. 31-й танковый корпус, усиленный истребительно-противотанковой бригадой, выдвинулся на рубеж Лучки (северные), Ясная Поляна и обеспечил стык танковой армии с 5-м гвардейским танковым корпусом.
К исходу второго дня сражения противник на главном направлении вклинился в нашу оборону на 10-18 км, но свободы маневра нигде не добился.
7 и 8 июля немецкие войска предпринимали отчаянные попытки расширить прорыв в стороны флангов и углубить в направлении Прохоровки. Ценою больших потерь противник узким клином подошел на участке Ясная Поляна, Грезное к третьему оборонительному рубежу и потеснил 3-й механизированный и 31-й танковый корпуса на запад до 6 км, но попытки расширить клин в северо-восточном направлении были сорваны. Танковые дивизии противника наткнулись на хорошо оборудованную оборонительную полосу 69-й армии, которая составляла второй эшелон фронта. В этой обстановке 2-й и 5-й гвардейские танковые корпуса нанесли контрудар по правому флангу танкового клина противника в общем направлении на Яковлево и, хотя разгромить противника не смогли, сорвали намерения гитлеровцев прорваться на Прохоровку.
Утром 9 июля после массированных ударов авиации крупные силы пехоты и танков атаковали левый фланг 6-го танкового корпуса, пытались захватить Сырцево и Верхопенье. До 60 танков неоднократно врывались в Верхопенье, но огнем и контратаками советских танковых бригад они отбрасывались назад. Не добившись успеха на этом участке, противник двумя танковыми группами до 200 танков устремился на Кочетовку и Калиновку и прорвал боевые порядки 3-го механизированного и 31-го танкового корпусов.
За пять дней ожесточенных боев враг сумел вклиниться в оборону советских войск на глубину около 35 км. В связи с напряженной обстановкой, создавшейся на белгородско-курском направлении, Воронежский фронт был усилен двумя танковыми корпусами. Один из них (10-й) занял оборону юго-западнее Прохоровки, а другой (2-й) выдвигался в район Беленихино. В ночь на 9 июля 10-й танковый корпус был переброшен на обоянское направление в полосу действий 1-й танковой армии. Для обеспечения правого фланга танковой армии из-под Беленихино в район Меловое был рокирован 5-й гвардейский танковый корпус. В районе Прохоровки сосредоточилась 5-я гвардейская танковая армия, а на армейском рубеже обороны, на участке Обоянь, Прохоровка, развернулась 5-я гвардейская армия.
После неудачных попыток прорваться к Курску вдоль шоссе на Обоянь немцы решили сделать это восточнее, через Прохоровку. Войска, наступавшие на корочанском направлении, также получили задачу нанести удар на Прохоровку. Советское командование, вовремя определив, что в наступлении противника назревает кризис, решило разгромить вклинившиеся в нашу оборону группировки противника на обоянском направлении, утром 12 июля нанести мощный контрудар из района Прохоровки 5-й гвардейской и 5-й гвардейской танковой армиями, а с рубежа Меловое, Орловка — 6-й гвардейской и 1-й танковой армиями в общем направлении на Яковлеве. В контрударе должны были участвовать также часть сил 40, 69 и 7-й гвардейской армий. Обеспечение действий советских войск с воздуха возлагалось на основные силы 2-й и 17-й воздушных армий.
Решающая роль в контрударе отводилась 5-й гвардейской танковой армии — командующий генерал П.А.Ротмистров, член Военного совета генерал П.Г.Гришин, начальник штаба генерал В.Н.Баскаков, — в состав которой входили 18-й и 29-й танковые и 5-й гвардейский механизированный корпуса, а также приданные 2-й и 2-й гвардейский танковые корпуса. Армия должна была нанести удар в направлении Прохоровка, Яковлево.
В 8 часов 12 июля после авиационной и артиллерийской подготовки соединения первого эшелона 5-й гвардейской танковой армии перешли в наступление: на правом фланге наступал 18-й, в центре — 29-й и на левом фланге — 2-й гвардейский танковые корпуса. В это же время начала наступление и ударная группировка врага. Началось крупное встречное танковое сражение, в котором с обеих сторон участвовало около 1200 танков и самоходных орудий. На сравнительно небольшом участке местности столкнулись две лавины танков. Мощный и внезапный удар советских танков оказался для противника большой неожиданностью. Сражение характеризовалось частым и резким изменением обстановки, активностью, решительностью и большим разнообразием форм и способов боевых действий. На одних направлениях развернулись встречные бои, на других — оборонительные действия в сочетании с контратаками, на третьих — наступление с отражением контратак.
Наиболее успешно наступал 18-й танковый корпус, которым командовал генерал Б. С. Бахаров. Сломив ожесточенное сопротивление противника, его соединения к вечеру 12 июля продвинулись на 3 км. 29-й танковый корпус под командованием генерала И. Ф. Кириченко также преодолел сопротивление гитлеровцев и к исходу дня продвинулся на 1,5 км. Противник был вынужден отойти в район Грезное. 2-й гвардейский танковый корпус перешел в атаку в 10 часов утра, сбил прикрытие гитлеровцев и начал медленно продвигаться в направлении Ясной Поляны. Однако противник, создав превосходство в силах и средствах, остановил наши войска, а на отдельных участках и потеснил их.
5-я гвардейская армия правофланговыми соединениями преодолела сопротивление вражеских войск и вышла к северной окраине Кочетовки, а на левом фланге вела оборонительные бои на реке Псёл.
Ожесточенные бои развернулись и южнее Прохоровки. 3-й танковый корпус противника перешел в наступление из района Мелехово на Ржавец. В связи с этим в полосу 69-й армии были выдвинуты две бригады 5-го гвардейского механизированного корпуса, который составлял второй эшелон армии, танковая бригада 2-го гвардейского танкового корпуса и резерв 5-й гвардейской танковой армии. Этот сводный отряд во взаимодействии с соединениями 69-й армии не только приостановил продвижение врага на север к Прохоровке, но и почти полностью отбросил его в исходное положение. В районе Ржавец с обеих сторон приняли участие около 300 танков и самоходных орудий.
12 июля 1943 года западнее и южнее Прохоровки во встречных сражениях участвовало около 1500 танков и самоходных орудий. 6-я гвардейская и 1-я танковая армии, хотя и приняли участие в контрударе, продвинулись на незначительную глубину. Это объясняется главным образом недостатком времени, которым располагали войска для подготовки к контрудару, и недостаточным артиллерийским и инженерным обеспечением.
В сражении под Прохоровкой советские воины проявили мужество, отвагу, высокое боевое мастерство. Огромные потери, понесенные в этом сражении немецко-фашистской армией, окончательно истощили ее силы. Под Прохоровкой противник за 12 июля потерял около 300 танков и более 10 тыс солдат и офицеров убитыми.
Удар советских войск под Прохоровкой и на других участках Курской дуги был настолько мощным, что уже 13 июля немецкое командование вынуждено было отказаться от замысла окружения советских войск на Курской дуге и принимать срочные меры по организации обороны. Правда, еще в последующие три дня противник сделал несколько попыток улучшить занимаемые позиции, но они закончились безрезультатно. Более того, под натиском Красной Армии немцы не смогли удержать захваченные позиции и были вынуждены 16 июля начать отступление. Принять такое решение противнику пришлось еще и вследствие тяжелого положения, создавшегося в районе Орла, где в это время успешно наступали войска Западного, Брянского и Центрального фронтов.
19 июля командование немецких войск пришло к окончательному выводу, что продолжение операции “Цитадель” невозможно.
В ходе последовательного советского контрнаступления противник был отброшен на исходные позиции. 5 августа советские войска освободили Орел. Развивая контрнаступление, 23 августа войска Степного фронта при содействии войск Воронежского и Юго-Западного фронтов освободили Харьков, а затем полностью ликвидировали орловский и харьковский выступы. Курская битва завершилась.
Курская битва по праву является одной из величайших битв Второй Мировой войны. Эта битва явилась главным событием летне-осенней кампании второго периода Великой Отечественной войны. Немецкая армия потерпела поражение, от которого уже не могла оправиться до самого конца войны. Советские войска разгромили до 30 вражеских дивизий, в том числе 7 танковых, и уничтожили 3,5 тыс.самолетов. Только в ходе контрнаступления приняло участие более 5 тыс.советских самолетов, нанеся врагу большие потери, провели 1700 воздушных боев, в которых сбили 2,1 тыс. вражеских самолетов и 145 уничтожили на аэродромах. Советская авиация завоевала господство в воздухе и прочно удерживала его до конца войны.
Битва под Курском заставила немецкое командование снять со Средиземноморского театра военных действий крупные соединения войск и авиации, что позволило американо-английским войскам провести операцию в Италии (высадка в Сицилии, 10 июля 1943 года) и в конечном итоге предрешило выход этой страны из войны. Поражение под Курском подорвало моральный дух немецкой армии, обострился кризис внутри гитлеровского агрессивного блока.
В Курской битве советские танковые войска показали способность успешно решать самые сложные и разнообразные задачи как в обороне, так и в наступлении. Если до лета 1943 года танковые корпуса и армии применялись в оборонительных операциях преимущественно для нанесения контрударов, то в битве под Курском они, кроме того, использовались и для удержания оборонительных рубежей, чем значительно повышалась глубина оперативной обороны и ее устойчивость. Весьма эффективных результатов в борьбе с наступающими крупными танковыми группировками противника советские танковые войска достигли при сочетании огня танков с места, из окопов и из засад с контратаками. Битва под Курском еще раз наглядно показала, что только массированное применение танков обеспечивает успех при нанесении контрударов. Опыт боевых действий в Орловской операции показал нецелесообразность использования танковых корпусов и армий для прорыва позиционной обороны, при выполнении таких задач они несут большие потери.
Историческая победа под Курском продемонстрировала возросшее могущество Советского государства и его Вооруженных Сил.
Из сообщения Лондонского радио по поводу победы Красной Армии под Курском: "Такого поражения, как под Орлом и Белгородом, немцы не испытывали даже в 1918 году. Поколения будут вспоминать о том, как Красная Армия нанесла тяжелый удар по немцам, продемонстрировав тем самым свое мужество и мастерство".
Из выступления по радио премьер-министра Великобритании У.Черчилля: “Я с готовностью признаю, что большинство военных операций союзников на Западе в 1943 году невозможно было бы осуществить в той форме и в то время, как они осуществлены, если бы не героические, великолепные подвиги и победы русской армии, которая защищает свою родную землю, подвергшуюся подлому, неспровоцированному нападению с беспрецедентной энергий, искусством и преданностью, защищает страшной ценой – ценой русской крови.
Ни одно правительство в истории человечества не было бы в состоянии выжить после таких тяжелых и жестоких ран, которые Гитлер нанес России…Россия не только выжила и оправилась от этих страшных ран, но и нанесла немецкой военной машине смертельный урон. Этого не смогла бы сделать ни одна другая сила в мире.”
Источники:
1. Allen W., Muratoff P., "The Russian Campaigns of 1941-1943", Penguin books, 1946
2. Allen W., Muratoff P., "The Russian Campaigns of 1943-1945", Penguin books, 1946
3. "Советские танковые войска 1941-1945". — М.: Воениздат, 1973
4. "Великая Отечественная война, 1941-1945", Наука, 1999
5. "История Великой Отечественной войны Советского Союза, 1941-1945", 1963
6. "История Второй мировой войны, 1939-1945", 1980
Автор: Олег Бегинин _________________ В его голове зарождались как фаустовские планы, так и мефистофельские интриги; это была голова Януса: с одной стороны у неё было лицо преданного человека, а с другой – просто-напросто череп.
Ф.Керстен
_________________ В его голове зарождались как фаустовские планы, так и мефистофельские интриги; это была голова Януса: с одной стороны у неё было лицо преданного человека, а с другой – просто-напросто череп.
Ф.Керстен
Внесено в документацию Рейхстага: Пт Фев 06, 2009 11:55 am Поправки:
666
Сер Вам собственно чего?
Первое фото относится к 41 или 42 году.
Сормовские Т34, окрашены в белый это у Вас вызывает сомнение?
Санитарка и раненый.Идут на фото, видно ягер чего-то, а это уже имхо 45.
Насчет немецких потерь в Курском сражении не согласен. Перед сражением немцами было сосредоточено 2700танков из них 200 Пантер, в основном Pz 3 и Pz 4, встречались немало устаревших танков Pz 2 и даже несколько танков Pz 1 из них непосредственно в битве участвовало 2500 танков. В этой битве битве ярко проявилось танковое мастерство немецких экипажей, которые были лучше подготовлены. Главной ударной силой немцев были элитные войска, а именно дивизии Ваффен-СС "Рейх", "Мертвая голова", "Лейбштандарт Адольф Гитлер", которым удалось разбить 5 гвардейскую танковую армию Ротмистрова, хотя поставленных задач они все-таки не достигли. Русские упорно сопротивлялись на всех сопротивлениях и явно не хотели сдаваться в плен при первых мощных ударах танковых батальонов и артиллерии. За первый день битвы было взято лишь 100 пленных. Русские хотели упредить немецкие армии в наступлении и провели артиллерийский барраж незадолго до намеченного немцами времени наступления, но этот удар нанес незначительный урон по составу боевых группировок ,но уничтожил множество линий связи и технического оборудования. Также немецким наступающим частям солидную поддержку оказывал Люфтваффе и не раз спасал батальоны СС от внезапных атак солдат Красной Армии. Главные ударные силы Вермахта и СС была размещены на флангах Курской дуги, чтобы сломив сопротивление русских с двух сторон атаковать Курск и взять в кольцо с помощью моторизированных частей. На юге войскам СС в течении многих дней все таки удалось ликвидировать первую и вторую линии обороны, при этом уничтожить не мало фронтов ПТО и большое количество пулеметных точек и дзотов. Третья линия обороны держалась, но долго ли. При помощи батальона штурмовых орудий ШтуГ и САУ удалось уничтожить 3 линию обороны и уже казалось что победа близка, но немцы еще не знали что в Прохоровке концентрируется большая танковая армия маршала Ротмистрова. Танковая армия состояла из 850 танков, из них 500 Т-34, остальные были легкие танки Т-70 и танки "Черчилль" и "Генерал Ли", которые поставлялись по ленд-лизу. В великом танковом сражении лучше обученные немецкие танкисты смогли разбить танковую армию Ротмистрова. Хотя советской армии удалось остановить элитные части СС, но ценой огромных потерь. На следующий день 5 гвардейская танковая армия Ротмистрова смогла выставить только 100-150 танков. Безвозвратные потери СС составили 70-80 танков, безвозвратные потери русских свыше 400 танков. Итог говорит сам за себя. Грамотность и тактическое мастерство немецких экипажей показал качественное превосходство Ваффен-СС над частями Красной Армии, но перевес по всем параметрам был на стороне Красной Армии, особенно в танках и упорное сопротивление советских солдат и мобилизованного местного населения не позволили лучшим немецким частям одержать внушительную победу. Немцы не смогли сосредоточить такое большое количество танков( свыше 8000),артиллерии и авиации.
Последний раз редактировалось: Rudolf Hess (Ср Май 12, 2010 5:00 pm), всего редактировалось 2 раз(а)
Внесено в документацию Рейхстага: Вт Ноя 17, 2009 12:05 am Поправки:
Но если бы немцы потеряли бы подбитыми в той или иной мере более 2000танков , то они были бы настолько истощены, чтобы потом бежали бы вплоть до Киева. Конечно немецкие ремонтные службы работали четко и слаженно, но немцы не на всех участках фронтах теснили советские части, да к тому же немцы захватывали подбитые советские танки, которые подлежали починке, а которые не могли эвакуировать взрывали. Немецкие безвозвратные потери в танках составили 1200танков, в ремонте примерно 500, а советские потери в танках превысили 6000( включая подбитые, но пригодные к ремонту и дальнейшему использованию), а также было уничтожено свыше 5200 артиллерийских орудий и минометов. _________________ Умение хорошо жить и хорошо умереть — это одна и та же наука.
Эпикур
12 июля 1943 - многие советские историки и военные утверждают, что именно в этот день произошло крупнейшее в ходе Второй Мировой войны танковое сражение - что в нем участвовало более полутора тысяч танков (по другим оценкам было задействовано с обеих сторон 1200 танков и САУ). По их мнению, Советская Армия победила в этом сражении, уничтожив 400 немецких танков из 700 (включая 70 Тигров из 100), потеряв 300 своих танков из 850. При этом утверждается, что у немцев под Прохоровкой было множество "Тигров", "Пантер" и "Фердинандов", а у советских войск - "лишь" 500 ед. Т-34, а остальные легкие танки. Советские тяжелые танки "Черчилль" (хотя их было лишь несколько десятков) даже не упоминаются. Что интересно - эти цифры - количества бронетехники и потерь - повторяются и многими западными историками.
Если разобраться, то становится ясно, что 12 июля 1943 года менее 700 танков и САУ было во всех частях Манштейна (в трех танковых корпусах, действовавших на трех разных направлениях), а 850 ед. было только в одной 5-й гвардейской танковой армии Ротмистрова. Однако против этой армии действовал лишь 2-й танковый корпус СС. К началу операции "Цитадель" (вечером 4 июля) в составе корпуса было 327 танков Pz.III, Pz.IV, Pz.VI, Pz.747 r (трофейные Т-34) и 95 САУ (боеготовых). Из танков - всего лишь 35 исправных "Тигров" и естественно ни одной "Пантеры" (все 200 "Пантер" были приданы элитной дивизии Вермахта "Гросс Дойчланд", которая почему-то в советских источниках всегда причисляется к СС). К исходу 11 июля в составе корпуса СС было 211 боеспособных танков и 57 САУ, среди танков - 15 ед. "Тигров" и ни одной "Пантеры". "Фердинандов" же у Манштейна вообще быть не могло - это прославленное советскими военными штурмовое орудие было выпущено немцами единичной партией (90 штук), все они применялись на северном фасе Курской дуги, и, кстати, Манштейн назвал это орудие не оправдавшим себя. Надо добавить, что некоторые источники (западные) приводят несколько большие цифры численности танков и САУ 2-го т.к. СС. Это объясняется тем, что или включаются Pz.II и Bef.Pz. (командирские танки), или включаются неисправные на тот момент танки и САУ, или и те и другие вместе. Однако Pz.II с 20 мм пушкой не могли соперничать даже с Т -70, а на командирских танках немцев пушек вообще не было.
Вечером 13 июля в составе 2-го танкового корпуса СС было 163 боеспособных танков - на 48 меньше, чем вечером 11 июля. Немцы потеряли за два дня около 70 танков, а часть из поврежденных до этого были восстановлены. Исправных САУ в т.к. СС было 64 (да, да - больше, чем двое суток назад).
Таким образом, на самом деле под Прохоровкой 12 июля сражались 268 немецких танков и САУ, а потери немцев в этот день и в следующий (уничтоженными и повреждёнными) составили примерно 80 танков и САУ (в том числе 11 поврежденных "Тигров").
Необходимо разобраться, что понимать под Прохоровским сражением. Вообще бои на расстоянии от 1 до 12 км западнее и юго-западнее Прохоровки шли в период с 10 по 17 июля. В эти же дни также шли бои между 3-м танковым корпусом немцев и 69-й армией в 35-20 км южнее-юго-восточнее Прохоровки. 12 июля там были задействованы две мехбригады 5-го гв. мехкорпуса и одна танковая бригада 2-го гв. танкового корпуса, которые подчинялись Ротмистрову (и еще одна танковая бригада 69 -й Армии). Очевидно, это служило основанием советским историкам причислять бои в районе Шахово - Александровки к Прохоровской битве. Однако при этом эти советские историки совсем не упоминали 69-ю советскую армию. Зато они поминали и 11-ю танковую и танковую якобы СС дивизию "Гросс Дойчланд" (из 48-го т.к.), которые действовали отнюдь не в Прохоровском направлении, а на Обояньском, против 1-й танковой армии и 6- й гвардейской армии. Примечательно, что в огромном труде "Прохоровское поле" изданном в 1998 году Институтом военной истории Министерства обороны Российской Федерации и Государственным военно-историческим музеем-заповедником "Прохоровское поле", практически ничего не говорится о боях в районе Шахово. В общем, если речь идет о боях на подступах Прохоровки именно 12 июля 1943 года, то можно говорить только о 2-м т.к. СС, большинстве частей 5-й гвардейской танковой армии, всей 5-й гвардейской армии и 31-м танковом корпусе 1-й танковой армии.
Непосредственно в направлении Прохоровки действовала только одна немецкая дивизия - "Лейбштандарт СС Адольф Гитлер", в составе 56 танков (из них 4 "Тигра", 47 ед. Pz.IV, 5 ед. Pz.III) и 10 САУ Stug.III. Утром 12 июля она столкнулась с 18-м и 29-м танковыми корпусами 5-й гвардейской танковой армии. По советским документальным данным в 18-м т.к. было 68 ед. Т-34, 18 ед. Mk.4 "Черчиль", 58 ед. легких Т-70. В 29-м т.к. - 122 ед. Т-34, 70 ед. Т-70 и 20 ед. САУ. Всего в двух корпусах было 336 танков. За два дня боев (12 и 13 июля) был поврежден один "Тигр" дивизии "Лейбштандарт СС Адольф Гитлер". 13 июля в дивизии было на 16 ед. Pz.IV меньше, чем 11 июля (и на 10 САУ больше). К сожалению, нет данных о потерях "Лейбштандарта" конкретно за 12 июля.
Другая дивизия 2-го корпуса СС "Райх", сражалась 61 танком (1 "Тигр", 8 ед. Pz.747 r, 18 ед. Pz.IV, 34 ед. Pz.III) и 27 САУ южнее Прохоровки против 2-го танкового корпуса (сильно ослабленного боями с 5 июля - в нем оставалось 35 ед. Т-34, 4 ед. "Черчилль" и 46 ед. легких Т-70) и 2-го гвардейского танкового корпуса (84 ед. Т-34, 3 ед. "Черчилль" и 52 ед. Т-70 - однако одна танковая бригада действовала в полосе 69-й армии). Таким образом, дивизии "Райх" противостояло 178 советских танков. В результате "Райх" продвинулась на восток, понеся сравнительно легкие потери. Вечером 12 июля в дивизии прибавилось 8 ед. Pz.III, 1 Тигр, число Pz.IV, Pz.747 r и Stug.III не изменилось. 13 июля в этой дивизии было уже 75 танков, включая 11 Pz.747 r (впрочем, перед началом Цитадели в дивизии было 26 ед. Pz.747 r - видно, любили их "райховцы").
Тем временем дивизия СС "Тотенкопф" (94 танка - 10 "Тигров", 30 ед. Pz.IV, 54 ед. Pz.III и 20 САУ) на плацдарме за Псёлом сражалась против 5-й гвардейской армии (32-й и 33-й гв. стрелковые корпуса и два противотанковых артполка) и 31-го танкового корпуса 1-й танковой армии.
Правда, 31-й т.к. был сильно ослаблен в боях с начала "Цитадели" и еще 10 июля в нем оставалось лишь 50 танков. Вечером 12 июля Ротмистров бросил против сильно продвинувшихся частей "Тотенкопфа" 24-ю гвардейскую танковую и 10-ю гвардейскую механизированную бригады из 5-го гвардейского мехкорпуса. То есть самой сильной дивизии корпуса СС (целых 10 "Тигров"!) противостояло гораздо меньше танков, нежели остальным двум - порядка 150. Вечером 12 июля в "Тотенкопфе" было на 1 Pz.III меньше, чем сутки назад. Число других танков и САУ не изменилось (Зато существенные потери "Тотенкопф" понес 13 июля – Pz.III стало меньше на 21 ед., Pz.IV на 13 ед., "Тигров" на 10 ед.). Таким образом, получается, что 12 июля 2 -й т.к. СС потерял поврежденными и уничтоженными порядка 30 танков и САУ (в том числе возможно один "Тигр").
Любопытно, что мне удалось найти советский источник, причем официальный, где в принципе почти нет вранья о Прохоровской битве. Это однотомная "Великая Отечественная Война Советского Союза 1941-1945", Военное издательство Министерства обороны СССР, 1970 год. На странице 249 битве уделен 1 абзац - 17 с половиной строк.
"Оценив обстановку, представитель Ставки маршал А.М. Василевский и командование Воронежским фронтом приняли решение нанести мощный контрудар. Для этого привлекались прибывшие в распоряжение фронта 5-я гвардейская танковая армия генерала П.А. Ротмистрова и 5-я гвардейская армия генерала А.С. Жадова, а также часть сил 40-й армии, 1-я танковая, 6-я гвардейская и часть сил 69-й и 7-й гвардейской армий. 12 июля наши войска перешли в наступление. Борьба разгорелась на всем фронте. С обеих сторон в ней участвовала огромная масса танков. Особенно тяжелые бои вели войска 5-й гвардейской общевойсковой и 5-й гвардейской танковой армий в районе Прохоровки. Они натолкнулись на исключительно упорное сопротивление частей 2-го танкового корпуса СС, которые непрерывно контратаковали. Здесь произошло крупное встречное танковое сражение. В общей сложности в нем участвовали около 1200 танков и самоходных орудий. Ожесточенная схватка длилась до позднего вечера. Многотонные стальные машины превращались в груды металлического лома. С танков летели башни, стволы пушек, на куски рвались гусеницы. Тучи пыли и дыма заволокли все кругом… Обе стороны понесли большие потери".
Как видите - дается более-менее правильное число участвовавших в бою машин (хотя правильнее говорить не около 1200, а около 1000), номера соединений, не упоминаются "Пантеры" и "Фердинанды" (и даже "Тигры"), не говорится о победе советского оружия. Правда, не приводится соотношение сил и потерь… Интересен и отрывок из мемуаров Василевского:
"Сохранился документ, который был направлен мною 14 июля из этого района боев Верховному Главнокомандующему и по-своему может свидетельствовать о происходившем: "Согласно Вашим личным указаниям с вечера 9.VII.43 г. беспрерывно нахожусь в войсках Ротмистрова и Жадова на прохоровском и южном направлениях. До сегодняшнего дня включительно противник продолжает на фронте Жадова и Ротмистрова массовые танковые атаки и контратаки против наступающих наших танковых частей. Ликвидация прорыва армии Крюченкина, создавшая 11.VII серьезную угрозу тылам главных сил армии Ротмистрова и корпусу Жадова, потребовала выделения двух мехбригад из 5-го механизированного корпуса и отдельных частей Ротмистрова в район Шахово, Авдеевка, Александровская. Ликвидация же прорыва армии Жадова в районах Веселый, Васильевка, Петровка 12.VII.43 г. вынудила бросить туда остальные части 5-го механизированного корпуса. То и другое в значительной мере ослабило силы основного удара Ротмистрова со стороны Прохоровка в юго-западном направлении. По наблюдениям за ходом происходящих боев и по показаниям пленных, делаю вывод, что противник, несмотря на огромные потери как в людских силах, так и особенно в танках и в авиации, все же не отказывается от мысли прорваться на Обоянь и далее на Курск, добиваясь этого какой угодно ценой. Вчера сам лично наблюдал к юго-западу от Прохоровки танковый бой наших 18-го и 29-го корпусов с более чем двумястами танков противника в контратаке. Одновременно в сражении приняли участие сотни орудий и все имеющиеся у нас РСы. В результате все поле боя в течение часа было усеяно горящими немецкими и нашими танками".
Как видите - вопреки утверждениям советских историков, немцы не были остановлены и тем более оттеснены 12 июля под Прохоровкой. "Тотенкопф" продвинулся в тот день на несколько километров, части "Лейбштандарта", потесненного в первой половине дня, к вечеру были возле самой Прохоровки. "Райх" вообще продолжала наступать до 16 июля, выйдя на рубеж в 6 км южнее Прохоровки.
Более того - 16 июля командующий войсками Воронежского фронта Ватутин отдает приказ командующим 38-й, 40-й, 60-й, 5-й, 6-й и 7-й гвардейскими армиями "НА ВЕДЕНИЕ ОБОРОНИТЕЛЬНОЙ ОПЕРАЦИИ" (ЦАМО. Ф. 203. Оп. 2777. Д. 75. Л. 437-440).
А 17 июля Ватутин отдает приказ командующим 5-й гвардейской танковой, 5-й гвардейской и 69-й армиями "НА СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ОБОРОНЫ". 5-й гвардейской и 69-й армиям Ватутин приказал организовать "прочную оборону", а 5-й гв. танковой армии отойти во второй эшелон (ЦАМО. Ф. 203. Оп. 2777. Д. 75. Л. 450-452).
Однако еще 13 июля Гитлер вызвал Манштейна и Клюге в ставку, где им было заявлено, что сложилась сложная обстановка в Италии - после высадки союзников 10 июля на Сицилии. Следующим шагом противника, по мнению Гитлера, могла быть высадка союзников на Балканах или в материковой Италии. Поэтому, заявил Гитлер, восточный фронт должен отдать часть своих сил, а операция "Цитадель" прекращена. В ночь на 18 июля танковый корпус СС был отведен от Прохоровки, имея в своем составе 203 исправных танков, включая 23 "Тигра", и 75 САУ. "Лейбштандарт СС" отправили в Италию.
Отвечая на вопрос, как могли под Прохоровкой менее 300 немецких танков и САУ победить почти 800 советских, Джордж Найп мл. в книге "Decision in the Ukraine Summer 1943 II SS and III Panzerkorps" пишет:
"На войне большая численность сил сама по себе не означает непременного превосходства. Несмотря на посредственные броню и орудия Pz.III и IV, немцы всё ещё превосходили русских благодаря гибкому и агрессивному командованию, лучшей обученности экипажей, превосходной оптике и решающему превосходству в средствах связи. Все немецкие танки имели радио и это позволяло им постоянно узнавать о всех изменениях боевой обстановки и реагировать соответствующе. Русские танки, напротив, не имели радио, кроме танков командиров рот и выше. Незнание изменений обстановки ещё более усугубляло убийственную советскую практику следовать только приказу, полученному до боя, не взирая ни на что. Потому-то потери советских танков были столь катастрофичны. А 12 июля эти недостатки, дополненные гибельным тактическим решением Ротмистрова, привели к практически полному разгрому 5-й Гвардейской Танковой Армии.
Русские, по приказу Ротмистрова, озабоченного 88 мм орудиями и мощной фронтальной бронёй "Тигров", на высокой скорости шли на дивизии СС дабы "свести на нет смертельное превосходство". Это решение обернулось уничтожением огромного числа советских танков, поражавшихся точными выстрелами. Германские потери были невелики, поскольку стрельба на ходу русских танков не могла быть точной - стабилизаторов орудий у них не было.
Когда уцелевшие советские танки подошли к немецким позициям, опытные экипажи танков противника довершили разгром, обходя Т-34 с флангов и уничтожая с тыла один за другим."
И ещё. Найп так объясняет то, что в СССР итоги этого сражения были поставлены с ног на голову - Никита Хрущёв, давший указание писать многотомную историю войны, сам "воевал" на южном фасе Курской дуги. Не в правилах советских историков было смущать вождей. Добавлю, что по той же причине и о Харьковском разгроме (май 1942) многие советские граждане долгое время ничего не знали. _________________ Умение хорошо жить и хорошо умереть — это одна и та же наука.
Эпикур
Последний раз редактировалось: Rudolf Hess (Ср Май 12, 2010 4:58 pm), всего редактировалось 1 раз
Внесено в документацию Рейхстага: Ср Мар 10, 2010 12:04 am Поправки:
Rudolf Hess
Цитата:
Насчет немецких потерь в Курском сражении не согласен. Перед сражением немцами было сосредоточено 2700танков из них 300 Пантер
учите матчасть.
Пантер было менее 200.
если точнее - 196 (это навскидку, лень в книги лезть, при уточнении может быть плюс/минус четыре-пять машин). _________________ 卐"Верить нельзя никому. Порой - даже самому себе... Мне - можно!"卐
Внесено в документацию Рейхстага: Ср Мар 10, 2010 12:27 pm Поправки:
Цитата:
со снятым тяжелым вооружением
это что за зверь такой?
из ТЯЖЕЛОГО вооружения на танке только пушка.
Если мне не изменяет память, то пушки снимали только с ранних командирских версий Pz.III.
На командирской Пантере пушка вроде бы оставалась, только снижался боекомплект - чтобы разместить вторую, более мощную радиостанцию. _________________ 卐"Верить нельзя никому. Порой - даже самому себе... Мне - можно!"卐
Внесено в документацию Рейхстага: Чт Мар 11, 2010 8:47 pm Поправки:
KaminSSki
С лета 1943 года, на базе «Пантер» модификации D, началось производство командирских танков, отличавшихся от линейных машин установкой дополнительных радиостанций и уменьшенным боекомплектом. Производилось два варианта танков: SdKfz 267 с радиостанциями Fu 5 и Fu 7, для связи в звене «рота — батальон», и SdKfz 268, с радиостанциями Fu 5 и Fu 8, обеспечивающими связь на уровне «батальон — дивизия». Дополнительные радиостанции Fu 7 и Fu 8 размещались в корпусе, а штатная Fu 5 в правой части башни машины. Внешне танки отличались от линейных наличием двух дополнительных антенн, одной штыревой и второй с характерной «метёлкой» наверху. Дальность связи для Fu 7 достигала 12 км при работе телефоном и 16 км при работе телеграфом, Fu 8 могла работать на 80 км в режиме телеграфа _________________ Умение хорошо жить и хорошо умереть — это одна и та же наука.
Эпикур
Внесено в документацию Рейхстага: Сб Мар 13, 2010 8:03 pm Поправки:
В отчете о боевых действиях 5-й гвардейской танковой армии в период 7–24 июля 1943 года значится, что армия, с приданными соединениями и частями усиления, на 12 июля имела:
средних танков Т-34 — 501
легких танков Т-70 — 261
тяжелых «Черчилль» (английские) — 31
арторудий — 76мм — 79
самоходных установок СУ-122 — 45
противотанковых орудий 45 мм — 330
противотанковых ружей — 1007
минометов 82–120 мм — 495
реактивных установок БМ-13 — 39
Вы не можете начинать темы Вы не можете отвечать на сообщения Вы не можете редактировать свои сообщения Вы не можете удалять свои сообщения Вы не можете голосовать в допросах Вы можете вкладывать файлы Вы можете скачивать файлы
Данный сайт не пропагандирует идей нацизма и фашизма, а является чисто историческим ресурсом. По всем вопросам обращаться:
nazireich@mail.ru
Разведать информацию
Уже вступившие члены НСДАП
Ваффен Группы
Награды
Вступить в Партию и войти в Рейхстаг (Регистрация)
Партийный билет
Войти и проверить личные донесения
Вход
