NaziReich.net - Исторический интернет- проект о Третьем Рейхе и национал-социализме в Германии в 1933-1945 годах.
Главная Контакты Карта сайта
18.10.2017 г.
 

Формирования РОА в Крыму

Одной из самых трагических и, вместе с тем, самых малоизученных страниц второй мировой войны является история так называемого власовского движения и созданной в результате его военно-политического развития армии, известной как Русская освободительная армия или РОА.
Что это была за армия? Кто именно шел служить в эту армию? Наконец, что побуждало людей добровольно вступать в нее? Долгое время на эти и многие другие вопросы мы не могли получить ответа.
Благодаря демократическим процессам, происшедшим в нашем обществе за последнее десятилетие, отчасти удалось ответить на эти вопросы. Но некоторые из них до сих пор остаются без внимания исследователей, что, зачастую, приводит к спекуляциям и инсинуациям на основе их не изученности. Одним из таких, самых, на наш взгляд, неисследованных и запутанных, остается вопрос истории создания и деятельности частей РОА на территории оккупированного немцами Крыма.



Генерал А. Власов инспектирует один из батальонов РОА.

Ответить на него, используя доступные нам источники и литературу, и является задачей данного исследования. Следует сказать, что указанные выше вопросы являются общими для всех, изучающих историю РОА, поэтому мы, в свою очередь, постараемся выделить их из главной задачи нашего исследования, и, на примере "крымских" частей РОА, также дать на них ответ.
Вначале немного истории. С осени 1942 г. важным фактором, впоследствии повлиявшим на изменения в немецкой национальной и оккупационной политике, стало власовское движение. Оно получило свое название и было неразрывно связано с именем бывшего генерал-лейтенанта Красной армии А.А. Власова, который в июле 1942 г. попал в плен к немцам на Волховском фронте.
Находясь в лагере военнопленных, Власов изъявил желание сотрудничать с некоторыми представителями германского командования (теми, кто, в противовес убежденным нацистам, выступали за союз с Россией, но не коммунистической), которые готовили убийство Гитлера и государственный переворот с концептуальным изменением целей войны. В обмен за сотрудничество он просил поддержки в деле "освобождения России от большевиков". Власов намеревался создать новое правительство новой независимой России, "свободной от большевиков и капиталистов", а его вооруженными силами должна была стать антисталинская армия - РОА.
Однако немцы решили использовать его прежде всего как инструмент своей пропаганды в войне с СССР. И одним из первых их шагов в этом направлении была разработка листовки - "Обращение Русского комитета к бойцам и командирам Красной Армии, ко всему Русскому народу и другим народам Советского Союза". Она была напечатана в Берлине 27 декабря 1942 г. и подписана Власовым (председатель Русского комитета) и другим пленным советским генералом - В.Ф. Малышкиным (секретарь комитета). В этом "Обращении", которое получило название "Смоленского манифеста" (считалось, что именно там, поближе к России и к тем, кому адресовалось, оно и было написано), провозглашалось создание нового правительства - Русского комитета (который так и остался на бумаге) и его вооруженных сил - РОА. Их главной целью провозглашалось "свержение Сталина и его клики, уничтожение большевизма".
Эта листовка имела некоторый успех и прежде всего на оккупированных территориях, поэтому германское командование приняло решение более активно использовать Власова и его сторонников в целях пропаганды, положив начало так называемой "акции Власова".
Уже в феврале 1943 г. было принято решение об организации координационного центра, который должен был, как писал один из участников этих событий офицер абвера прибалтийский немец В.К. Штрик-Штрикфельдт, "изучать политические и психологические проблемы Русского освободительного движения" - так стали называть власовское движение.
К марту 1943 г. этот центр разросся в крупную школу по подготовке пропагандистов для "восточных добровольческих формирований" вермахта (набранных из граждан СССР), которая по месту своего расположения в местечке недалеко от Берлина получила название "Дабендорф".
Здесь следует сделать отступление и выяснить, что же все-таки представляла собой РОА, разобраться с этим, так вроде бы хорошо известным, и, вместе с тем, неизвестным, термином. Еще А.И. Солженицын в свое время писал, что искать определение этого термина "было для лиц неофициальных - опасно, для официальных - нежелательно". Поэтому до сих пор, даже в серьезных исторических исследованиях, посвященных второй мировой войне, бытует мнение, что "РОА - власовская армия", возникла она сразу же после провозглашения ее в "Смоленском манифесте" и просуществовала без изменений до конца войны.
Все это не так. Как уже можно понять из истории создания манифеста (да и из целей, с которыми он был написан), РОА связывалась с именем Власова только в пропагандистском отношении. Но даже и РОА, как оперативного формирования, подчиненного Власову, никогда не существовало, ее… вообще не существовало. Не началась она создаваться и после опубликования "Смоленского манифеста". Только позднее, весной 1943 г. почти все "восточные добровольческие формирования" вермахта (обычно численностью не более батальона), укомплектованные русскими добровольцами, стали называться "батальоны РОА". С таким же успехом их можно было называть и как-нибудь иначе. Ни Власов, ни его окружение не имели никакого отношения к созданию, формированию, боевому использованию и командованию этими батальонами, уже по той простой причине, что они начали создаваться в августе-сентябре 1941 г, когда Власов еще защищал Киев.
В подтверждение этих слов известный немецкий историк И. Хоффманн, автор книги "История власовской армии", писал автору данной статьи, что "все солдаты русской национальности могли считать себя с 1943 г. бойцами РОА - в данном случае, на этой стадии войны, речь, в первую очередь, шла только о пропаганде".
Таким образом, - пишет русский эмигрантский историк А.С. Казанцев, - "в листовках, предназначенных для "той" стороны, с этой (немецкой. - О.Р.) строжайше запрещенных, немцы время от времени упоминали о нем (Власове. - О.Р.) как об организаторе русских антибольшевистских сил. Батальоны, сформированные из военнопленных… рекламировались для Красной армии как РОА… и как "власовцы", хотя большая часть этих батальонов… как правило, о Власове не имела никакого представления".
Все вышесказанное касается и "батальонов РОА" в Крыму, с той лишь разницей, что они начали создаваться уже после "признания" Власова "председателем" Русского комитета и "командующим РОА", то есть набор в них начался с нуля в середине 1943 г.
Столь поздний срок можно объяснить лишь тем, что власовская программа - "Смоленский манифест" - получила сравнительную известность только в средней полосе России и практически осталась неизвестной на юге, тем более в Крыму. Широкую известность на территории полуострова имя генерала получило в связи со следующим по времени пропагандистским шагом немцев - появлением открытого письма Власова "Почему я встал на путь борьбы с большевизмом?" (18 марта 1943 г.). Именно этому открытому письму, в котором он рассказывал "о своей жизни и своем опыте в СССР", объяснял причины, "побудившие его начать войну против сталинского режима", Власов был обязан своей популярностью в некоторых слоях населения. Именно появление этого письма совпало с появлением в обиходе термина РОА.
И именно на это письмо публично отреагировал (первый в Крыму) городской голова Ялты В.И. Мальцев, которому принадлежит заслуга создания общественного настроения и преодоления первых шагов по пути создания частей РОА в Крыму.
Это был человек трагической и вместе с тем интересной судьбы. Бывший полковник советских военно-воздушных сил, необоснованно репрессированный в 1938 г., но выпущенный за недостатком улик, он встретил войну на должности директора санатория Аэрофлота в Ялте.
"По занятии германскими войсками города, - писал он в своей книге-воспоминаниях "Конвейер ГПУ", - я в полной военной форме явился к (германскому. - О.Р.) командованию и объяснил причины, побудившие меня остаться". Немецкие оккупационные власти оказали ему доверие и до лета 1943 г. он успел побывать на должностях бургомистра и мирового судьи Ялты, одновременно выступая в местной печати (в частности, в газете "Евпаторийские известия"), в которой призывал население Крыма сотрудничать с новой властью.
Прочитав открытое письмо Власова, Мальцев решил присоединиться к нему и в марте 1943 г. подал рапорт о переводе в распоряжение Русского комитета. Чуть позднее, 4 июня 1943 г. в органе Симферопольского городского управления газете "Голос Крыма" был опубликован ответ Мальцева на открытое письмо Власова. Ответ был написан также в форме открытого письма и озаглавлен "Борьба с большевизмом - наш долг". В этом письме Мальцев рассказывал, как он прошел путь от "коммунизма к борьбе с ним" и призывал всех коммунистов последовать его примеру, отдав все силы на благо русского народа, то есть поддержать Власова и РОА.
Не прошло и месяца после опубликования открытого письма Мальцева, а уже 18 июня "Голос Крыма" сообщил об открытии при его содействии первого вербовочного пункта РОА в Крыму. Этот пункт был открыт в Евпатории.


Торжественный молебен по случаю открытия вербовочного пункта РОА. Июнь
1943. Симферополь (Крым).

Следует сказать, что в Крыму это был именно первый пункт по вербовке добровольцев русской национальности. До этого немецкие оккупационные власти позволяли иметь свои добровольческие формирования только нерусскому населению, что было связано с особым положением Крыма в системе немецкого "нового порядка". Так, в январе 1942 г. был официально объявлен набор в крымско-татарские добровольческие формирования, который не прекращался до конца 1943 г., а летом 1942 г. в Крыму появились первые батальоны так называемых Восточных легионов - частей, набранных из уроженцев Кавказа, Закавказья и Средней Азии.
Таким образом, получение русским населением Крыма права иметь свои национальные части - также немалая заслуга В.И. Мальцева.
30 июня 1943 г. в Симферополе состоялось торжественное открытие центрального вербовочного пункта РОА в Крыму. По этому поводу в 18 часов был отслужен молебен с освещением помещения, где располагался этот пункт - по улице Таврической, 15/18.
Как писала газета "Голос Крыма", "пункт был открыт для проведения систематической разъяснительной работы, консультации, записи добровольцев и оформления их в ряды РОА, так как сотни лучших людей нашей Родины уже подали заявления о вступлении в ее ряды".
Следует сказать, что газета "Голос Крыма" проявляла большой интерес к теме РОА и немало способствовала ее популяризации среди всех слоев населения Крыма. Так, с этого же времени на ее третьей странице появилась рубрика "Уголок добровольца", в которой помещалась информация, посвященная формированию РОА в Крыму, записи добровольцев, их боевым действиям. Публиковалась также информация не только крымского, но и общероссийского характера, в основном политической, а не военной направленности.
Так, 29 марта 1943 г. была опубликована статья "Русская Освободительная Армия", которая должна была доказать, что "служение народу и Родине в рядах РОА есть высший долг каждого боеспособного гражданина России и его почетная обязанность. Чистота знамени и идеи, нерушимость присяги Родине - таков лозунг РОА".
В номере от 23 мая 1943 г. раскрывались "Задачи Русского Освободительного Движения": "Русский народ обязан прежде всего напрячь свои силы к уничтожению советской власти. Он должен сделать это во имя счастья грядущих поколений, во имя своего будущего. Это сейчас главная цель и в этом пока единственный прямой путь, сворачивать с которого преступно".
В статье "РОА и народы России" от 9 июля 1943 г. определялось ее место среди уже существующих национальных добровольческих формирований: "РОА - это цемент, добровольно связывающий все национальные вооруженные силы Новой России. РОА - это основной союзник Германской Армии, ведущий всю тяжесть борьбы с большевизмом". В связи с этим будет небезынтересно упомянуть тот факт, что в крымских частях РОА служили не только русские, но и крымские татары. Это подтверждает целый ряд публикаций в "Голосе Крыма", свидетельствующих о "совместной борьбе татар и русских против большевизма": "Плечом к плечу с РОА", "Борьба татар против большевизма", "Голос крови зовет меня" и т.п. Основной смысл этих статей можно выразить следующей фразой из одной из них: "Победа или смерть! Плечом к плечу с Русской Армией мы пойдем на борьбу за наше освобождение".
Но и распространение подобных взглядов не было инициативой только "Голоса Крыма". Так, орган Симферопольского татарского комитета газета "Azat Kirim" писала в номере от 28 апреля 1943 г.: "Русские интеллигенты, офицеры и крестьяне своим объединением вокруг генерала Власова показали, что они вышли на правильную дорогу. Отныне на фронтах татары, украинцы и донско-кубанские казаки не одиноки: в их ряды включаются и русские добровольцы. Отныне наступление, начатое из областей, освобожденных благодаря германским войскам, будет всеобщим наступлением наций, которые являются братьями по оружию".
Кроме того, в июне-августе 1943 г. В.И. Мальцев помогал татарам в формировании 155-го евпаторийского батальона вспомогательной полиции порядка. В 1944-45 гг. некоторые бойцы этого батальона оказались во Франции и даже там они с уважением вспоминали Мальцева, называя его "господин генерал", хотя в 1943 г. он был еще полковником.
Естественно, что все местное руководство РОА было тесно связано с органами немецкой пропаганды, а именно со Штабом пропаганды "Крым" - главным инструментом психологической войны на полуострове. Его начальник обер-лейтенант Фрей рекомендовал своим подчиненным использовать офицеров РОА "для непосредственного разъяснения обстановки и использования в качестве докладчиков на радио и в печати".
Так, 11 июня 1943 г. капитан Б. Ширяев в "Доме воспитания" в Алуште читал собравшимся там учителям лекцию на тему: "Немецкая система воспитания как основа высокого жизненного уровня в государстве".
Другие офицеры-пропагандисты, такие как капитаны Л. Станиславский, Г. Барятинский, А. Таманский и другие активно выступали со статьями в местной печати, а поручик К. Быкович даже стал впоследствии главным редактором газеты "Голос Крыма".
Пропагандисты РОА также привлекались для подготовки листовок и воззваний, обращенных к бойцам Красной Армии и крымским партизанам и призывающим переходить на сторону РОА и немцев. При их содействии были составлены листовки со следующими характерными названиями: "Братья красноармейцы!", "К офицерам и солдатам Красной Армии", "Товарищ, один вопрос…!" и многие другие.
В конце июля 1943 г. в восточных добровольческих формированиях, лагерях военнопленных и немецких дивизиях, расположенных в Крыму и имеющих русских добровольцев, появились выпускники школы в Дабендорфе - офицеры-пропагандисты (инспектора) РОА, призванные "следить за физическим и моральным состоянием своих соотечественников". Это было еще одной из обязанностей офицеров РОА, и на территории Крыма в том числе.
Однако все эти мероприятия не смогли остановить победоносного наступления Красной Армии в 1943 г. И уже в январе 1944 г. в одном из отчетов Штаба пропаганды "Крым", озаглавленном "Об откликах населения на немецкую пропаганду", было отмечено некоторое ослабление энтузиазма крымчан и местных властей по поводу РОА. Так, в газете "Голос Крыма", говорилось в отчете, "…совершенно не пишется о РОА. Нужно было что-нибудь писать о ней, даже если она используется где-то на Итальянском фронте".
Хотя, одновременно с этим, немецкие власти не рекомендовали распространять власовские газеты, такие как "Доброволец", "Заря", "Боевой путь" и другие среди рабочих трудовых лагерей, опасаясь возникновения "русских фантазий". Скорее всего, имелись в виду "фантазии" о русской национальной идее и так называемой третьей силе, то есть использовании РОА в качестве инструмента в борьбе, как против большевиков, так и против нацистов, для достижения своих русских, национальных целей.
Так, в том же отчете Штаба пропаганды указывалось, что "среди населения (Крыма. - О.Р.) имеется много сторонников… "третьей силы". Это - люди, ожидающие окончательного завершения войны, которое наступит после полного поражения Германии и Советского Союза… Совершенно определенно, эти идеи косвенно или прямо направлены против немецких интересов. Несмотря на это "Голос Крыма" опубликовал уже несколько статей, посвященных этому вопросу и созвучных общему мнению населения. Последней из таких статей является статья "Третья мировая война" в номере от 7 января 1944 г., где речь идет о том, что Англия и Америка третью мировую войну будут вести против СССР… А Германия… вычеркивается".
При этом немцев беспокоило прежде всего то, что такое убеждение "снизило (у населения. - О.Р.) страх перед возвращением большевиков", что оно могло сказаться на его лояльности к оккупационным властям и желании совместно с ними защищать Крым.
Это привело к тому, что теперь за пропагандистами-лекторами РОА было установлено постоянное наблюдение, а для проведения лекций были выработаны унифицированные образцы докладов, которые утверждались в Штабе пропаганды "Крым".
Помимо чисто пропагандистских целей части РОА в Крыму использовались и по своему прямому назначению - для участия в боевых действиях против Красной Армии и партизан, что, нельзя не признать, было также своего рода пропагандой.
Ведь недаром же, еще находясь в лагере военнопленных, генерал Власов говорил немецким офицерам: "Чтобы добиться победы над Советским Союзом, нужно ввести в бой против Красной Армии военнопленных. Ничто не подействует на красноармейцев так сильно, как выступление русских соединений на стороне немецких войск…".
После открытия вербовочных пунктов РОА началось формирования ее батальонов в Крыму. Но об их общей численности судить очень трудно, так как немецкая сторона эту численность явно завышала, заявляя о "тысячах добровольцев", а советская - преднамеренно занижала, сообщая о том, что в "Крыму с треском провалилась кампания, проводимая немцами по вербовке в РОА. Никакие угрозы, никакие подручные Власова, выступавшие с воззваниями, не подействовали на советских людей - они в РОА не пошли… Своей освободительной армией наши люди называют Красную Армию".
Как обычно, истина лежит где-то посередине.
Тем не менее, советское военно-политическое руководство считало, что РОА, даже не смотря на свою численность и фактическое отсутствие, может быть и опасной. Был предпринят целый комплекс мероприятий, чтобы сорвать набор добровольцев и очернить в глазах населения саму идею РОА и власовского движения. За линией фронта этим занимались органы советской военно-политической пропаганды, в Крыму - партизаны и подпольщики.
Так, в ответ на начало вербовочной кампании РОА в Крыму Главное политическое управление Красной Армии выпустило в количестве 300 тыс. экземпляров листовку "Солдаты и офицеры РОА". В ней была предпринята попытка повлиять на записывающихся в эту армию добровольцев - и уже не только уговорами, а и прямыми обвинениями в измене. "Вы стараетесь прикрыть свою измену, - говорилось в листовке, - громкими фразами о "борьбе с большевизмом" "за счастье народа", за "Новую Россию". Все это ложь - вы изменники. Вы просто служите немцам, потому что вам там хорошо живется. Вы продались за сытную еду, за красивую форму, за легкую жизнь. Немцы перед вами всячески заискивают, стараются вам угодить, лишь бы вы дрались вместе с ними. Но вы просчитались…".
Всего же за период с 15 мая по 1 октября 1943 г. редакция газеты "Красный Крым" (г. Краснодар) - основной проводник печатной пропаганды на крымский полуостров, выпустила 15 наименований листовок на тему о РОА (всего 375 тыс. экземпляров; по 25 тыс. каждого наименования). Среди них такие, как: "К добровольцам", "Не идите в так называемую "русскую освободительную армию"!", "К добровольцам и всем, кто обманут Гитлером!", "К "добровольцам", полицейским, старостам и всем, кто работает на немцев", "К солдатам и офицерам РОА" и т. п.
Если советская власть была еще вне пределов Крыма и могла действовать пока только пропагандой, то партизанам и подпольщикам были даны указания срывать вербовку в РОА любой ценой, вплоть до применения террора. Своей пропагандой и агитацией партизаны должны были создать атмосферу недоверия и нетерпимости по отношению к РОА и тех, кто в нее записался. Для этого следовало дать ответ на ряд вопросов, которые могли бы возникнуть у населения: "Что означает эта новая авантюра Гитлера… Для чего нужна Гитлеру РОА?". Следовало отвечать так: "Германии до зарезу нужны солдаты, нужно мясо для пушек. Для этого и нужна немцам так называемая "РОА". Гитлер хочет заставить русских людей воевать против России, против своих единокровных братьев, за чуждые нам интересы немецких князей и баронов".
На очень существенный вопрос "из кого состоит РОА?" предполагалось отвечать, что "она прежде всего состоит из белогвардейцев, разгромленных в свое время Красной Армией и бежавших за границу. Кроме того, немцы силой загоняют в эту армию военнопленных. Гитлеровцы в своих газетах открыто пишут, что им нужна "белая армия"… Вот о какой армии мечтают немцы, в какую армию они хотят загнать русских людей и заставить воевать против своей отчизны… "РОА" - это наглый обман, это ловушка для русского народа".
То есть, несмотря на принижение советской пропагандой значения РОА, работе по срыву вербовки в нее, - признает советский историк В.П. Яковлев, - отводилась "исключительно важная" роль.
Так, по воспоминаниям феодосийского подпольщика А.А. Овчинникова, вопрос о "срыве вербовки в РОА" был очень важным и не снимался с повестки дня заседаний его подпольной группы до весны 1944 г.
Советской пропагандой среди добровольцев РОА занималась и работавшая в период войны в Симферопольской центральной библиотеке Е.К. Пахомова.
Партизан из Евпатории Н. Каташук вспоминал: "Перед группой связанных со мной товарищей я поставил задачу не допустить ни одного рабочего в так называемую "власовскую армию".
Диверсионная группа Симферопольской подпольной организации 26 февраля 1944 г. пустила под откос воинский эшелон на перегоне Альма-Симферополь. Помимо уничтоженной в нем военной техники, было также убито и ранено 315 солдат и офицеров из частей РОА.
Из всего вышесказанного видно, какое, в действительности, значение придавало РОА советское военно-политическое руководство.
Кто же шел добровольцем в эту армию?
Для советской стороны были характерны такие высказывания: "По Симферополю еще набрали в РОА около 15 человек, и то из числа уголовников и других враждебных элементов, подвергшихся репрессиям со стороны советской власти". Или, как писала газета "Красный Крым", в РОА "удалось собрать 6-7 человек, под угрозой расстрела". Надо сказать, что подобные высказывания были характерны не только для Крыма.
Правдой в них было только то, что в РОА действительно шли люди, которые были, мягко говоря, не в ладах с советской властью и, зачастую, не по своей вине. Об одном из них, В.И. Мальцеве, говорилось выше. Покинув в сентябре 1943 г. Крым, он попал в русскую Авиационную Группу в Восточной Пруссии. Осенью 1944 г. на основе этой группы стали формироваться ВВС Комитета освобождения народов России, командующим которыми в чине генерал-майора и стал Мальцев.
Беря пример с него, в июне 1943 г. добровольцем в РОА вступил и феодосийский городской голова И.С. Харченко. А в скоре их примеру последовали и многие другие представители местной гражданской администрации.
Однако основным контингентом, который шел в РОА, были простые местные жители и военнопленные, доведенные до отчаяния в немецких концлагерях.
Таким образом, к весне 1944 г. на территории Крыма располагались следующие части РОА:
· в июле 1943 г. в деревню Биюк-Узенбаш (сейчас с. Счастливое) Бахчисарайского района прибыло около 200 "власовцев";
· небольшая группа бойцов РОА располагалась в Симферополе;
· в Ливадии была расквартирована прожекторная рота РОА;
· а на побережье в районе Феодосии располагались 560-й и 994-й "батальоны РОА".
Всего это составляло не более 2000 человек, причем почти 1/3 из них в конце 1943 - начале 1944 г. перешла на сторону партизан. Так, например, поступили все бойцы вышеупомянутой прожекторной роты. Это привело к тому, что немцы отвели с передовой некоторые части РОА, разоружили их, а личный состав заключили в концлагеря. По донесениям советских разведчиков такой случай имел место в марте 1944 г. в Евпатории. А с 3 по 12 декабря 1943 г. около батальона было переброшено из Крыма в Италию и во Францию.
Конец частей РОА в Крыму был трагическим, но закономерным, когда в ходе наступления Красной Армии в апреле-мае 1944 г. была разгромлена немецкая группировка на полуострове. По мнению историка из Санкт-Петербурга К.М. Александрова "все русские добровольческие формирования вермахта, дислоцированные в Крыму, погибли в ходе (этих. - О.Р.) операций". Еще более трагическая участь постигла В.И. Мальцева. В 1946 г. он был передан западными союзниками в руки советских органов и в ночь на 1 августа 1946 г., после закрытого судебного процесса, был повешен во дворе Бутырской тюрьмы в Москве вместе с Власовым и другими высшими офицерами РОА.
Подводя итоги, можно сказать, что проблема РОА в Крыму не является однозначной, а из-за "местной специфики" она и вовсе приобретает более острое содержание, чем в каких-либо других регионах.
По понятным причинам (в основном, политического характера) в советское время к этой проблеме не было проявлено должного внимания. Ее как бы не существовало (эта установка, как мы видели, идет еще со времен войны). Но, оказывается, и в наше, демократическое, время она не потеряла своей политической подоплеки. Изучающий ее рискует оказаться меж двух огней. С одной стороны приверженцы советской власти могут обвинить его "в восхвалении предателей", с другой же стороны он как бы дает повод разного рода националистам для очередных русофобских выпадов.
Одним из последних и наиболее характерных (по затрагиваемому кругу вопросов) таких выпадов является статья некоего Вл. Влада, опубликованная в крымско-татарской газете "Голос Крыма" (не путать с газетой Симферопольского городского управления периода войны) под претенциозным названием "Кто же предатели?".
Вряд ли в небольшой газетной публикации можно изложить всю историю власовского движения и РОА. Однако Вл. Влада это не смущает и пытаясь доказать, что "русское освободительное движение (периода войны. - О.Р.) без натяжек следует считать массовым", он, в подтверждении этого, выдвигает тезисы типа "Власов возглавил РОА", "власовская армия насчитывала до миллиона человек" и т.п. Это наиболее веские, на его взгляд, аргументы.
О том, что никакой РОА ни фактически, ни юридически не существовало, подробно говорилось выше. Тем более отождествление РОА немецкой пропагандой с именем Власова во время войны, никому не дает право делать это сейчас.
В действительности же власовской армией в полном смысле этого слова назывались Вооруженные силы Комитета освобождения народов России (ВС КОНР), просуществовавшие с октября 1944 по май (фактически, по август - в американском плену) 1945 г.
Получается, что почти три года после того, как он "возглавил РОА", Власов командовал пустым местом. Но, оказывается, и им он не командовал. Современный российский историк С.И. Дробязко пишет, что только "28 января 1945 г. Гитлер утвердил А.А. Власова главкомом новообразованными русскими формированиями со всеми вытекающими из этого последствиями, включая назначение на офицерские должности и присвоение воинских званий до полковника включительно". До этого же Власов не обладал полномочиями приказывать даже рядовому своей, в общем то и не существовавшей, армии.
В ноябре 1944 г. немцы разрешили вновь созданному и призванному играть роль общероссийского правительства в изгнании Комитету освобождения народов России (КОНР) создать свои вооруженные силы. Но и они к началу 1945 г. насчитывали около 50 тыс. человек. Правда, к концу войны к ВС КОНР решили присоединиться еще ряд формирований, таких как 15-й казачий кавалерийский корпус, Калмыцкий кавалерийский корпус, Русский корпус в Сербии, "Казачий Стан" походного атамана Т.И. Доманова и т.д. Но и с ними численность ВС КОНР не превышала 150 тыс. человек. А ведь были еще украинские, белорусские, кавказские, "туркестанские" добровольческие формирования в составе вермахта и войск СС, которые не вошли в ВС КОНР. Так откуда же взялся миллион русских добровольцев?
Все вышесказанное можно было бы отнести к обычной некомпетентности в рассматриваемом вопросе автора статьи. Ведь, по меткому замечанию английского историка Е. Андреевой, термин РОА, хоть и неправильный, "употребляется по сей день не только недостаточно осведомленными людьми, но и теми, кому ситуация хорошо известна".
Однако здесь дело в другом. Пытаясь приписать русскому народу некую "массовость" участия в войне на стороне Германии, Вл. Влад пытается таким образом оправдать тех, кто служил в крымско-татарских добровольческих формированиях. А это настораживающая тенденция (к слову, выше уже указывалось, что лидеры крымско-татарских националистов в период войны относились к Власову и РОА отнюдь не отрицательно).
Что касается Крыма, то здесь, если исходить из вышесказанного, и вовсе не было "массового Русского освободительного движения", уже по той простой причине, что он был освобожден Красной армией за пять месяцев до создания КОНР. Поэтому говорить о "частях РОА" на его территории надо учитывая все вышеприведенные оговорки.
Таким образом, если в военном отношении власовское движение и РОА не представляли сколько-нибудь значительной силы, следует признать, что их сила была в отношении политическом. И Крым в данном случае не исключение. Это даже признавало советское военно-политическое руководство, хотя и делало вид, что "проблемы РОА" не было и нет.
"Необходимо понять, - пишет историк из ФРГ И. Хоффманн, - что речь идет не о предателях. Так как предателей в общем количестве нескольких сотен тысяч человек быть не может… Русское освободительное движение было направлено не только против Сталина, но также и против Гитлера, уже вследствие того, что оно преследовало собственные русские национальные цели".
Этих целей, противопоставленных большевистскому интернационализму, и боялась советская власть. Боялись их также и лидеры различных националистических организаций (боятся их последователи и сейчас). Эта боязнь доходит до того, что, пытаясь дискредитировать власовское движение и РОА, они пользуются методами и штампами советской пропаганды.
Однако не стоит забывать и тот факт, что, сколько бы Власов и его сторонники не стремились к независимости, "в конечном итоге, - пишет английский историк Н. Бетелл, - они оказались заодно с нацистами, которые вторглись в их страну и смотрели на русских как на скотов, и что после того, как гитлеризм показал свое истинное лицо, советский народ сплотился вокруг Сталина и отчаянно сражался, чтобы изгнать захватчиков со своей земли". И это, на наш взгляд, не оправдать никакими теориями.