NaziReich.net - Исторический интернет- проект о Третьем Рейхе и национал-социализме в Германии в 1933-1945 годах.
Главная Контакты Карта сайта
17.10.2017 г.
 

Фюрер и его женщины

ФЮРЕР И ЕГО ЖЕНЩИНЫ "Вечерняя Москва" 15 февраля 2005 г ОСОБАЯ ПАПКА ЛЕОНИДА МЛЕЧИНА Загадочная смерть фройляйн Раубаль Утром 19 сентября 1931 года в мюнхенской квартире вождя Национально-социалистической немецкой рабочей партии Адольфа Гитлера обнаружили труп молодой женщины, Гели Раубаль, его племянницы. Пуля прошла рядом с сердцем и пробила легкое. Публика давно судачила о более чем странных отношениях Гитлера с молоденькой племянницей. Но только узкий круг посвященных знал, что хорошенькая и экзальтированная Гели почти полностью овладела его мыслями и чувствами. В нем - впервые в жизни - вспыхнула настоящая страсть, хотя роман между дядей и племянницей - это нечто предосудительное, почти инцест. Гели Раубаль сыграла в жизни Адольфа Гитлера более важную роль, чем известная всем Ева Браун. Как выразился один человек, хорошо знавший Гитлера, "Гели - это была опера, а Ева - это оперетка". В 1928 году будущий вождь гитлер-югенда Бальдур фон Ширах пригласил Гитлера на рождественскую вечеринку, устроенную студентами-нацистами в банкетном зале одного из мюнхенских отелей. Ширах не ожидал, что Гитлер придет: "Но он внезапно появился среди нас. Я редко видел его таким счастливым. В его голосе звучали гордость, нежность, когда он представлял девушку: - Моя племянница, фройляйн Раубаль. Девушка, стоявшая рядом с Гитлером, была среднего роста, с хорошими формами, темными волосами и живыми карими глазами. Ее округлое лицо слегка покраснело от смущения, когда она вошла и поняла, каким сюрпризом оказалось ее появление. Я долго ее разглядывал, не потому, что на нее было приятно смотреть, а потому, что удивительно было видеть молоденькую девушку рядом с Гитлером".Брюнетка с карими глазами, Гели была красива юношеской красотой. Открытая, веселая, всегда готовая рассмеяться. Большой ребенок - какого всем хотелось бы иметь. Она почти не носила украшений - только золотую свастику, подаренную Гитлером. Правда, Гели Раубаль политикой не интересовалась. Она не читала книгу Гитлера "Моя борьба", не ходила на митинги и демонстрации. Она хотела жить и наслаждаться жизнью. Пока ее не нашли с пулей в груди. На ее письменном столе лежало неоконченное письмо, адресованное, видимо, подруге. Письмо обрывалось на полуслове: "Когда я приеду в Вену, надеюсь, это произойдет очень скоро, мы поедем вместе в Земмеринг и..." Земмеринг - это курорт рядом с Веной. Значит, она собиралась уехать из Мюнхена. А вместо этого застрелилась. Приехала полиция. Слуги рассказали, что утром Гели не отзывалась на стук, комната ее была заперта. Когда выяснилось, что пропал пистолет, который Гитлер держал в своей комнате, слуги забеспокоились. В десять утра они взломали дверь и обнаружили тело Гели Раубаль на полу. Гитлер уверял, что он в момент самоубийства находился в Нюрнберге. Главная забота нацистов состояла в том, чтобы избежать скандала и свести объяснения с полицией и прессой к минимуму. Семейные тайны Семьи у Гитлера не было. Родственников он подчеркнуто не любил, считал, что с родными ему не повезло. В его родословной были темные пятна, которые его безумно раздражали. Его бабушка Мария Анна Шикльгрубер забеременела в сорок один год, будучи незамужней. 7 июня 1837 года она родила мальчика, которого окрестили Алоизом. Поскольку она отказалась назвать фамилию отца, мальчику дали фамилию матери - Шикльгрубер. В возрасте сорока семи лет она вышла замуж за безработного Йоханна Георга Гидлера. Супруги перебрались в соседнюю деревню, а мальчика оставили на воспитание брату мужа - Йоханну Непомуку Гютлеру. Он принял живейшее участие в судьбе Алоиза. Когда Мария Анна Шикльгрубер и ее муж были уже в могиле, Йоханн Непомук Гютлер вдруг заявил, что отцом ребенка был его покойный брат, и это надо официально зарегистрировать. Хотя, судя по всему, отцом Алоиза был заботившийся о нем Йоханн Непомук. Но он был женат, у него были три дочери, и признавать внебрачного ребенка ему не В сорок лет Алоиз Шикльгрубер, старший таможенный чиновник Австро-Венгерской империи, превратился в Алоиза Гитлера. В результате его третья жена, Клара Пельцль, внучка Йоханна Непомука Гютлера, официально стала его племянницей. Для вступления в брак им как верующим католикам пришлось получить специальное разрешение Ватикана. До конца жизни Клара называла мужа "дядя Алоиз". Адольф Гитлер появился на свет 20 апреля 1889 года. Он был четвертым ребенком Клары. Трое родившихся до него умерли в юном возрасте. Из двух появившихся на свет после него в живых осталась только сестра Паула. Вместе с ним росли дети от второго брака отца - Алоиз и Ангела Гитлер вышла замуж за Лео Раубаля, служившего в Линце в налоговом ведомстве. Ангела родила троих детей, да еще воспитывала младшую сестру Гитлера Паулу, страдавшую психическим расстройством. Ангеле Раубапь не везло. Муж рано умер. Она осталась с четырьмя детьми, которых должна была кормить и растить. Раубали нищенствовали. Но Адольф Гитлер никогда не присылал им денег, не помогал больной сестре и вспомнил о своих родственниках, когда ему понадобилась прислуга. В 1927 году, отсидев в тюрьме и став скандально известным политиком, он на партийные деньги снял себе в горах двухэтажный дом. Хозяйство попросил вести сводную сестру Ангелу Раубаль. Она прихватила с собой обеих дочерей. Все три женщины теперь заботились о Гитлере - готовили, стирали и гладили одежду, стелили постель, ходили за покупками, встречали гостей и разносили записки. Гитлер сразу же стал флиртовать с племянницей, которую в честь матери назвали Ангелой. Гитлер звал ее Гели. Это была открытая, веселая, смешливая девушка. Разница в возрасте между ними составляла двадцать лет. Он всегда выбирал женщин много старше себя или значительно моложе. С женщинами своих лет он заигрывал только в том случае, если они заведомо не могли откликнуться на его ухаживания. Для Гели Адольф Гитлер был первым взрослым мужчиной. Для Гитлера она оказалась первой женщиной, которой он не боялся. Между ними возникло нечто вроде романа. Гитлеру льстило, что он появляется в компании очаровательной девушки, привлекающей всеобщее внимание. Жены товарищей по партии ей и в подметки не годились. Он стал поклонником кинематографа. Вкусы у него были столь же непритязательны, как и у Гели. Две его любимых картины - это "Кинг Конг" и мультфильм Уолта Диснея "Белоснежка и семь гномов". В присутствии Гели он расслаблялся. Они выезжали на пикники. Охранники прихватывали с собой набор для пикника - скатерти, посуда, разделанный жареный цыпленок, бутерброды с сыром и салями, яблочный пирог, минеральная вода для Гитлера, термосы с чаем и кофе. Располагались обыкновенно где-нибудь у озера, хотя Гитлер не плавал. Он стеснялся своего тела и не хотел раздеваться, чтобы не показаться смешным. Боялся, что его сфотографируют в купальном костюме. Он помнил, что Фридрих Эберт, став президентом, позволил сфотографировать себя в купальном костюме. Это не улучшило его репутации. Максимум, что позволял себе Гитлер - он снимал обувь и носки и заходил в воду. Купались только девушки. Отдалившись на порядочное расстояние, они раздевались догола и, развесив одежду на ветках, плавали, потом загорали. Гели ничего не хотела делать. Гели прелестно пела, почему бы ей не заняться пением всерьез? Почему бы не брать уроки у ее квартирного хозяина Адольфа Фогля? У него был успешный опыт воспитания оперных певиц. Гитлеру пришлось долго уговаривать Гели. Уроки пения были менее обременительны, чем изучение анатомии и сравнительной зоологии в университете, но ей все равно не хотелось заниматься. Но на нее подействовали слова подруги: - Представляешь, ты на сцене, и весь зал тебе аплодирует? Ангела Раубаль полагала, что рано или поздно ее дочь выйдет замуж за фюрера. Если Ватикан позволил Алоизу Гитлеру жениться на племяннице, то почему в этом откажут Адольфу? Но Гитлер вовсе не собирался связывать себя узами брака. Напротив, с определенных пор он стал тяготиться отношениями с Гели Раубаль. Гитлер боялся покушений и не расставался с оружием. Один пистолет носил в заднем кармане брюк, другой - "вальтер" калибра 6, 35 мм - держал в ящике письменного стола. Он сказал об этом Гели. Более того, предупредил, что на всякий случай ей надо научиться стрелять. Она с удовольствием это сделала. Иногда ей бывало страшно в квартире. Она почему-то боялась служанки, говорила, что "эта старуха бродит по лестнице с кухонным ножом в руке". "Старухе" было сорок пять лет. Гели и дочь личного фотографа фюрера Генриэтта Гоффман ездили за город пострелять. Они научились даже чистить и разбирать пистолеты. Женщины считали его хлыстом Гитлер вообще не любил женщин. Они, собственно, не были ему нужны. Гитлеру так и не удалось познать чувство любви, которое освободило бы его от зацикленности на самом себе. Он опоздал в своем мужском развитии и испытывал постоянное чувство неудовлетворенности. Вероятно, это усилило его ненависть к окружающему миру. Когда он обосновался в горном домике, то ухаживал за одной шестнадцатилетней девушкой. Они пошли в лес. "Он обнял меня и поцеловал, -вспоминала она. - И все. Он просто не знал, что делать". Им руководило не желание обладать женщиной, а необходимость представить себя настоящим любовником. Гитлер пытался ухаживать и за Лоттой Бехштейн, чьи родители снабжали нацистов деньгами. Эдмунд Бехштейн был сыном знаменитого производителя фортепьяно. Ему принадлежал большой дом в Берлине, в Мюнхене семейство занимало огромный номер в роскошной гостинице. Туда Гитлер и был приглашен. "Слуги были в ливреях, - рассказывал он своему приятелю, - до еды мы пили только шампанское. И видел бы ты эту ванную комнату! Там можно даже регулировать температуру воды Впоследствии Лотта Бехштейн объяснила мужу, почему у них с Гитлером ничего не получилось: - Он не мог целоваться. "Когда я его знал, у него не было нормальных отношений с женщинами, - вспоминал друг и секретарь Гитлера Эрнст Ханфштенгль. - Импотент с огромной нервной энергией, он должен был как-то давать выход своей энергии. Он был поочередно мазохистом и садистом, но никогда не испытывал чувство удовлетворения. Гели была единственной женщиной в его жизни, которая в какой-то степени могла излечить его от импотенции и пробудить в нем мужчину". Гели Раубаль ему нравилась, но она лишь в малой степени могла изменить его вкусы и привычки. Если между ним и Гели и существовали какие-то интимные отношения, то весьма извращенного характера. "Мы сидели в кафе, - вспоминал Эрнст Ханфштенгль. - Гитлер произносил очередной монолог, размахивая тяжелым хлыстом. Я поймал взгляд Гели, обращенный на фюрера, и я был потрясен: она смотрела на него с таким страхом, что я затаил дыхание. "Ага, значит, еще и хлыст", - подумал я и искренне посочувствовал девушке". Киноактриса Рената Мюллер незадолго до того, как она совершила самоубийство, рассказывала своему режиссеру, как она познакомилась с Гитлером осенью 1932 года. Прошел год после смерти Гели Раубаль. Гитлер приехал посмотреть, как снимается кино. Вечером зашел к актрисе в дом. Вел себя очень странно. В сорок три года он все еще чувствовал себя неловко и неуверенно в присутствии интересной женщины. Потом он много раз приглашал к себе Ренату Мюллер. Он подарил ей браслет с бриллиантами - таких дорогих подарков Гели Раубаль и Еве Браун не доставалось. Когда актриса, наконец, осталась у него, он разделся, лег на пол и стал просить, чтобы она его отстегала хлыстом. Это было лишь начало того, что он вытворял в ту ночь... Он не терпел союзников Гитлер делил женщин на две категории - богатые и родовитые дамы, которые были ему нужны, перед которыми он робел, и все остальные, включая Гели Раубаль и Еву Браун. Он любил находиться в окружении красивых женщин, но не терпел, если они вмешивались в политические разговоры. На первом заседании партии в январе 1921 года он поставил условие, что ни одна женщина никогда не войдет в состав руководящих органов. Влюбленность Гели Раубаль в Гитлера довольно быстро прошла. Она жаждала полноценных отношений. Ее руки попросил Эмиль Морис, личный водитель Гитлера и один из его ближайших соратников. Он вступил в партию в 1919 году и имел членскую карточку СС N 2. Гитлер обожал автомобили, и ему нравилась манера вождения Эмиля, который гонял с максимально возможной в ту пору скоростью. "Я решил жениться на Гели, - вспоминал Морис, - в которую я влюбился по уши, как и многие другие. Она приняла мое предложение". Но фюрер расстроил их свадьбу. В конце 1927 года Гели писала Морису: "Мой дорогой Эмиль! Почтальон принес мне уже три письма от тебя. Никогда я не была такой счастливой, как после того, как прочитала последнее из них. Возможно, еще и потому, что последние дни были трудными... Дядя Адольф настаивает на том, что мы должны ждать два года. Только подумай об этом, Эмиль, - два года, когда мы сможем только время от времени поцеловать друг друга и то под присмотром дяди А. Я могу только любить тебя и быть тебе верной... Дядя Адольф настаивает на том, чтобы я продолжала учиться. Я бы хотела помочь ему обрести счастье, но не знаю как. Он считает, что нашу любовь нужно держать в секрете. Дядя А. обещал, что мы будем часто видеться и даже наедине. Он чудесный человек... Поклон фрау Гесс. Она единственная, кто верит, что ты действительно любишь меня. Наилучшие пожелания от твоей Гели". Неизвестно, какой характер носили интимные отношения Гели и Гитлера, но во всяком случае он не терпел присутствия соперника. - Я люблю Гели и мог бы жениться на ней, - говорил Гитлер. - Но я должен оставаться один. При этом меня волнует судьба Гели, и я присматриваю за ней. Поэтому я сохраняю за собой право определять круг ее друзей, пока она не подберет себе достойного мужчину. Еще один человек, чье имя осталось неизвестным, попросил руки Гели до того, как ей исполнился двадцать один. По закону, нужно было согласие матери. Ангела Раубаль поступила так, как сказал Гитлер, который велел отложить обручение до совершеннолетия. Расстроенный молодой человек прислал Гели письмо: "Твой дядя, который пользуется неограниченным влиянием на твою мать, мешает нашему счастью, хотя знает, как мы важны друг для друга. Твой дядя ведет себя в отношении тебя крайне эгоистично. Он просто хочет, чтобы ты принадлежала ему одному и больше никому..." Конечно же, Гитлер был ревнив и не хотел уступать счастливым соперникам. Хотя по политическим мотивам Гитлеру нежелательно было жить вместе с девушкой, которую в любом случае считали его любовницей. Партийные секретари роптали, что Гитлер слишком мало времени отдает партийным делам и слишком занят личными удовольствиями. Ева Браун бежит за сосисками На выборах в сентябре 1930 года вместо двенадцати мандатов нацисты получили сто семь. Они сами не ожидали такого успеха. Имя Гитлера не сходило с газетных полос. Ему важно было сохранить репутацию бескорыстного идеалиста, думающего только о благе немецкого народа. В эти решающие месяцы ему меньше всего хотелось, чтобы газеты писали о странных отношениях с племянницей. Ему нравилось, когда его окружали девушки, но не такие требовательные, как Гели Раубаль. В студии Генриха Гоффмана Гитлер приметил семнадцатилетнюю неопытную девушку со свежим и милым личиком. Ее звали Ева Браун. Гитлер и Ева Браун встретились в пятницу днем, в начале октября 1929 года. Она сама вспоминала: "Я задержалась на работе, чтобы заполнить какие-то бумаги. Я полезла наверх, чтобы добраться до папок, которые хранились на самом верху. В этом момент хозяин вернулся с каким-то человеком неопределенного возраста со смешными усиками и в пальто английского фасона, в руке он держал шляпу. Они сели на диван напротив меня. Я поняла, что этот человек разглядывает мои ноги. В тот день я подкоротила юбку. И я не была уверена, что на мне есть нижнее белье. Гоффман познакомил нас, когда спустилась вниз. - Это наша маленькая фройляйн Ева". Гоффман послал ее за сосисками и пивом, потом пригласил присоединиться к ним за столом: "Я была ужасно голодна. Я проглотила мои сосиски и отхлебнула пива. Этот пожилой господин говорил мне комплименты. Мы говорили о музыке. И он просто не сводил с меня глаз. Поскольку уже было поздно, я заспешила. Я отказалась от его предложения подвезти меня на своем "Мерседесе", представив себе, какой была бы реакция папы". Ей было семнадцать лет, Гитлеру за сорок. Гоффман, зная пристрастие фюрера к юным особам, не без умысла принял ее на работу. Но он честно предупредил, что у Гели-то хорошая фигура, а Ева подкладывает носовые платки в лифчик перед свиданием с мужчиной. Гитлер часто приезжал к Гоффману ужинать. Он был в длинном кожаном пальто и с хлыстом. Водитель ждал его в "Мерседесе". Он ужинал, иногда что-то наигрывал на пианино и уходил. Однажды он вернулся со словами, что забыл свой хлыст, с которым не расставался. Вдруг, немало удивив девушку, он попросил: - Поцелуй меня. - Нет, нет, господин Гитлер, это невозможно! - ответила девушка. В следующий раз она положила ему в карман плаща записку: "Мне так жаль, что вы столь печальны. Ева". Гитлер переключился на Еву Браун. Он брал ее в рестораны, кинотеатры и даже на пикники. С самого начала он дал понять, что не сможет проводить с ней много времени. Он не может позволить себе ни жениться, ни стать жертвой скандала из-за внебрачной связи. Как лидер партии он обязан быть образцом высокоморального поведения. А что же делать с Гели Раубаль? Замена найдена Она хотела уехать в Вену. Гитлер не знал, как поступить. Ему надо было от нее избавиться. И он не хотел ее отпускать, тем более за границу. Вдруг она станет рассказывать о нем то, что известно ей одной? - Моя племянница, - сказал Гитлер полицейским, пришедшим его допросить, - которую я опекал, изучала медицину, но не заинтересовалась этим предметом и стала брать уроки пения. Она собиралась дебютировать, но не чувствовала себя готовой, поэтому хотела взять несколько уроков у преподавателя в Вене. Я согласился, с условием, что мать, моя сестра, будет ее сопровождать. Но она этого не захотела, поэтому я возразил против поездки. Она могла быть этим огорчена, но я не видел, чтобы она уж так сильно расстраивалась. Видимо, что-то было в ее характере. Однажды она заметила мне, что не умрет естественной смертью. А пистолет она могла взять в любой момент, поскольку ей было известно, где что лежит... Ее смерть подействовала на меня очень сильно. Она была единственной родственницей, с которой я поддерживал близкие отношения. И вот какой удар для меня. Первые дни после смерти Гели Раубаль Гитлер смертельно боялся следствия, ареста, суда. Боялся, что полицейские что-то заподозрят, как минимум обвинят его в доведении племянницы до самоубийства. Но обошлось. Гитлера защищал министр юстиции Баварии Франц Гюртнер. Австрийца Гитлера, не имевшего германского гражданства, должны были по закону выслать из страны. Главный баварский законник не позволил это сделать. После прихода Гитлера к власти Гюртнер стал министром юстиции всей Германии. Тело Гели отправили в Вену, где и похоронили по католическому обряду. Самоубийц так не хоронят. Исключение было сделано в 1889 году для кронпринца Рудольфа и то по личной просьбе императора Франца Йозефа. Но венский священник Йоханн Пант не считал, что она ушла из жизни по собственной воле. Он прочитал в парижском журнале статью Отто Штрассера, в которой шла речь о самоубийстве Гели Раубаль, и написал редактору журнала: "Это я похоронил Ангелу Раубаль, маленькую Гели, о которой написал Отто Штрассер. Они изображают дело так, будто она покончила с собой. Я бы никогда не позволил похоронить самоубийцу на освященной земле. Из того факта, что я похоронил ее по христианскому обряду, Вы можете сделать заключение, которое я не вправе донести до Вас". В феврале 1936 года Ангела Раубаль вновь вышла замуж. Гитлер не пришел на свадьбу сестры. Брат Гели, племянник Гитлера, лейтенант вермахта Лео Раубаль, учитель по профессии, попал в советский плен под Сталинградом. Возникла идея обменять его на сына Сталина - старшего лейтенанта Красной армии Якова Джугашвили, томившегося в лагере для военнопленных с 1941 года, но ни Сталин, ни Гитлер этого не захотели. "После смерти Гели жизнь изменилась, - вспоминала дочь фотографа Гоффмана. - Мы больше не ездили на пикники. Никто не заговаривал о смерти Гели, как будто ее не было. Комнату закрыли на ключ, все ее вещи остались в гардеробе. Большой синий граммофон, огромная коллекция пластинок с записями классической музыки и первые джазовые пластинки - решительно все осталось на прежних местах. Только затерли следы крови". Гитлер продолжал разыгрывать спектакль. Каждое Рождество до 1939 года он заходил в ее комнату, как будто в храм. В его доме в Оберзальцберге повесили портрет Гели кисти Адольфа Циглера, которого фюрер сделал президентом Немецкой академии искусств. Гитлер искал замену Гели Раубаль. Он чуть не завел роман с Лени Рифеншталь, которая пробовала свои силы как режиссер документального кино. Рифеншталь откровенно искала его расположения. Однажды они вместе гуляли на морском берегу. Стемнело. Следовавшие за ними охранники стали не видны. Все условия для романтического приключения. Гитлер обнял Лени Рифеншталь, но через мгновение отстранился и сказал: - Я не могу полюбить ни одну женщину, пока не исполню своего долга. Гитлер почувствовал в Рифеншталь сильный характер необыкновенно амбициозной женщины. Таких женщин он побаивался и разыгрывал роль Дон Жуана, вынужденного наступать на собственное горло во имя великой идеи. Он делал вид, что готов заняться любовью, но буквально в последний момент В том же году он познакомился с Магдой Квандт, у которой уже был роман с руководителем столичной партийной организаций Йозефом Геббельсом. Гитлер сказал своему адъютанту: - Эта женщина могла бы сыграть большую роль в моей жизни даже не будучи моей женой. В моей работе она бы своей женственностью уравновешивала мои односторонние маскулинные инстинкты. Она могла бы стать второй Гели для меня. Жаль, что она не замужем. Гитлер рассчитывал, что адъютант передаст его слова Магде. Так и произошло. Он предложил Магде подвезти ее в свой машине и совершенно откровенно спросил, не хотела бы она присутствовать в жизни фюрера. Магда ответила, что фюрер, безусловно, прав, когда говорит, что у него нет права жениться: - Его жена была бы чаще всего частью мебели, чашкой, которая всегда стоит на своем месте, микрофоном, в который он говорит, или граммофоном, который говорит то, что он желал бы услышать в данный момент. Магда, конечно же, приняла предложение фюрера. Она призналась своей подруге, что влюблена в Гитлера: - Но я поняла, что, если не считать его племянницы Гели, чью смерть он так и не смог пережить, Гитлер не способен любить женщину. Поэтому я решила выйти замуж за доктора Геббельса, потому что тогда я буду рядом с фюрером. Гитлер наконец получил то, что ему было нужно: он мог наслаждаться поклонением красивой женщины, ничего не давая взамен. Гитлер придумал замечательную формулу: после смерти Гели он не способен никого полюбить и вынужден отказаться от возможности физически обладать женщиной. Он извлек массу пользы из смерти своей несчастной племянницы. Он стал говорить, что Германия - его единственная невеста, которой он будет хранить верность. Две попытки самоубийства Магда была слишком зрелой и умной женщиной, чтобы заменить Гели. Поэтому вакансия досталась куда более простодушной Еве Браун. Гели Раубаль было двадцать три года, когда она умерла в сентябре 1931 года, Гитлеру - сорок два. Их роман продолжался почти четыре года. Роман с Евой Браун продолжался почти шестнадцать лет, но Ева не оказывала столь сильного влияния на его характер и поведение. После смерти Гели он говорил о женщинах с нескрываемым презрением. Любил цитировать известное выражение Ницше: "Собираешься к женщине? Не забудь захватить с собой хлыст". Такова была официальная идеология партии. "Марксисты уверяют, что ячейку государства составляет семья, - писал идеолог партии Альфред Розенберг. -В реальности женщины - это обслуживающий элемент. Борющиеся за свои права женщины в глубине души просто хотят существовать за счет мужчин. Эмансипированные женщины требуют не равноправия, а паразитической жизни за счет мужчины". Ради Гели Раубаль Гитлер иногда делал красивые жесты. Еве Браун достались крохи. Он даже не находил времени поздравить ее с днем рождения. Вместо него появлялся адъютант с цветами и дешевыми побрякушками. Иногда пренебрежение было настолько нестерпимым, что и Ева Браун не выдерживала. В августе 1932 года она пыталась уйти из жизни - выстрелила в себя. Рана оказалась неопасной. Гитлер появился в клинике с цветами и гордо сказал: - Она сделала это из любви ко мне. Ему вовсе не хотелось, чтобы избиратели узнали еще об одном самоубийстве, связанном с ним. Он сказал Еве, чтобы она всем говорила: это был несчастный случай. Она разглядывала пистолет, и он выскользнул у нее из рук. Ева послушно пересказала это матери. Весной 1935 года Гитлер не приезжал к ней три месяца, и она повторила попытку самоубийства. Она наглоталась снотворного. После этого он открыл на ее имя счет в банке, снял квартиру и купил ей виллу. Сестрам Ева Браун говорила, что сексуальная жизнь у них протекает нормально, но близкой подруге созналась: - Я ничего не получаю от него как от мужчины. Секретарь Гитлера Криста Шредер считала, что между ними вообще не было интимных отношений. Он держал рядом с собой женщину, чтобы доказывать себе и своему окружению собственную мужскую "Я уверен, что смерть Гели Раубаль стала поворотным пунктом, изменившим характер Адольфа, - вспоминал его друг Эрнст Ханфштенгль. - Отношения с ней, вне зависимости от того, была ли у них интимная близость, впервые дали выход его нервной энергии. После ее смерти эта энергия очень скоро трансформировалась в безжалостность. Долгая связь с Евой Браун не дала ему расслабления, которое могло бы превратить его в нормального человека. Ее смерть со временем превратила его в демона, а его интимная жизнь свелась к бисексуальной суете. Ева Браун ничем не могла ему помочь". Между Евой Браун и Гели Раубаль было нечто общее - юность, легкость характера, улыбчивость, жизнерадостность, любовь к спорту. Ева Браун копировала Гели в одежде, носила такую же прическу. Фюрера платонические отношения устраивали. Ева Браун была простой девушкой, без амбиций, она всегда была под рукой. Гитлер все равно ее третировал, пренебрегал ею, но больше она не пыталась уйти из жизни - до того момента, как они вместе покончили с собой в 1945 году. Гитлер боялся смерти, но еще больше он боялся предстать перед судом за все свои преступления. Могилы Гели Раубаль в Вене больше не существует. Часть кладбища, куда после войны перенесли ее останки, сравняли с землей. Леонид МЛЕЧИН