Посетителей просто шокировали сцены расстрелов жертв Холокоста, а также сжигания людей в газовых камерах. Эти факторы вызвали резкие протестные выступления публики и правозащитных общественных организаций. Появлявшаяся в разных сценах нацистская символика, прославление которой запрещено в Германии, также вызывала определенное возмущение критиков и публики. Уже на приеме в честь премьеры режиссеру Буркхарду Космински пришлось выслушать ряд оскорбительных высказываний в свой адрес. Один из зрителей выкрикнул «Достали вы со своей свастикой!» и попытался ударить пятидесятидвухлетнего режиссера.

Руководство немецкого театра «Германская опера на Рейне» попыталась сгладить скандал и попыталась убедить режиссера Космински убрать шокирующие людей сцены из спектакля, однако тот ответил отказом, объяснив его «художественными причинами». Переговоры продолжались четыре дня, после чего администрация театра не выдержала давления, и эта опера была снята с репертуара.

Итальянские скинхеды решили провести свой сбор в день рождения Адольфа Гитлера, а местом встречи единомышленников стала заброшенная железнодорожная станция Мальнате, которая превратилась в зону праздников и концертов. Центральное место на подиуме занимали атрибуты Третьего рейха, а от нацисткой символики рябило в глазах. Сотни неонацистов со всей Европу приветствовали друг друга вскинутыми руками и возгласами «Sieg heil!». На сцене перед собравшимися выступили ведущие представители наци-рока: Civico 88, Garrota, Legittima Offesa, Linea Ostile.

Уже в 1943 году в "Вервольфе" был подписан приказ о наступлении на Курской дуге. Эта операция стала последней серьёзной попыткой немцев переломить ситуацию на Восточном фронте. Осенью 1942 года Гитлер увидел, что бои за Сталинград приобрели затяжной характер, в приступе гнева снял с должности Франца Гальдера, возглавлявшего Генштаб сухопутных сил, и принял на себя командование южным крылом фронта. Гальдер отказался написать приказ, запрещающий 6-й армии отступать при любых тактических обстоятельствах, поскольку он полагал, что солдат Паулюса может спасти только отвод войск. Фюрер думал иначе и подписал приказ сам, заявив, что тупость генералов истощает его нервы.

"Вервольф", как и "Волчье логово", стал ставкой поражений. Туда поступали нескончаемым потоком дурные новости с фронта, там были пережиты непрекращающиеся провалы. Одно за другим приходили сообщения о бомбардировках немецких городов.

Второй визит Гитлера в "Вервольф" был связан с одной из последних успешных крупных операций немцев на Восточном фронте - наступлением на Харьков Эриха фон Манштейна. В итоге город был оставлен советскими войсками. Фюрер прибыл в ставку из Запорожья, но, не оправившись от поражения на Волге, не стал на этот раз задерживаться на оккупированной территории.

Как вспоминал генерал Гейнц Гудериан, он не видел Гитлера 14 месяцев после 20 декабря 1941 года. Они встретились весной 1943-го, и Гудериан заметил, что фюрер очень постарел: манера держать себя стала не такой уверенной, как раньше; левая рука дрожала, речь казалась медлительной.

После провала плана немцев на Курской дуге советские войска начали развивать наступление и подошли к Днепру. Ставку Гитлера под Винницей ликвидировали. В "Вервольфе" появился новый хозяин - Эрих фон Манштейн, командовавший группой армий "Юг". Личный персонал, который обслуживал немецкого вождя, передал объект немецким чинам и покинул Винницу. Это произошло за 3 дня до форсирования Днепра советскими войсками. До конца 1943-го Манштейн находился в "Вервольфе", однако ему пришлось оставить бывшую ставку фюрера, когда стало очевидно, что Винницу, которую Гитлер называл городом-крепостью, постигнет та же судьба, что и остальные немецкие крепости на оккупированной советской территории.

Однако нас интересует в Виннице не трамвай, не построенный в XVII веке иезуитский костёл и даже не плавучий светомузыкальный фонтан, который считается самым большим в Европе. В 5 километрах от городской черты в 1942-1943 годах находилась единственная ставка Гитлера на оккупированных территориях Советского Союза.

Решение о создании ставки под Винницей Адольф Гитлер принял в конце 1940 года, после подписания плана "Барбаросса". Для оперативного руководства армией требовалось, чтобы командный центр был расположен как можно ближе к фронту, но при этом оставался недосягаем для советской тактической авиации. В пользу выбора Винницы послужили и другие обстоятельства - здесь пересекаются железнодорожные и автомобильные магистрали, а место для строительства ставки с севера и с запада защищают реки Десенка и Южный Буг.

По мнению некоторых исследователей, гитлеровскому командованию помог выбрать Винницу Герман Геринг, который воевал на Украине во время Первой мировой войны. Якобы Герингу очень нравилась местная природа. На самом деле шеф немецкой авиации служил в этот период на Западном фронте.

Как вспоминает в своих мемуарах личный пилот Гитлера Ганс Бауэр, место для ставки было найдено на Украине, в лесу в 50 км к северу от Винницы: "Ставка строилась очень быстрыми темпами. Там были сооружены обычные казармы и два бункера: один предназначался для Гитлера и его окружения, другой - для остальных сотрудников ставки. Они должны были использоваться в качестве укрытия при бомбёжке. Однако советские самолёты ни разу не бомбили "Вервольф".

Винницкая ставка планировалась как уменьшенная копия "Вольфшанце" ("Волчьего логова") - главной ставки Гитлера, располагавшейся в Восточной Пруссии. Стоит отметить, что почти у всех ставок фюрера была "волчья" составляющая в названии. Очевидно, это связано с тем, что в своё время Гитлера называли "волком". Он получил это прозвище в 20-е годы, когда в Германии ещё преследовали нацистов, от Эдвина и Елены Бехштейн - финансовых покровителей будущего фюрера.

Немцы заняли Винницу на 28-й день войны с Советским Союзом, 19 июля. Через несколько дней в Стрижавку прибыли инженеры из Организации Тодта - ведомства, объединявшего частные строительные компании, которые работали над выполнением госзаказа. До сентября длились подготовительные работы, затем началось строительство "Дубовой рощи" - якобы санатория для офицеров, превратившегося позже в "Вервольф".

Прокуратуре стало известно, что литовец Ханс Липшис, числился поваром в подразделении СС «Мертвая голова», бойцы которого охраняли концлагерь Освенцим. После войны ему удалось уйти от ответственности, и в 1956 году он эмигрировал в США. Липшис поселился в Чикаго и устроился на работу в фирму, производящую музыкальные инструменты. Американский период его жизни завершился после того, как властям США стало известно его нацистское прошлое, и бывший эсэсовец был выслан из страны.

Он перебрался в Германию, однако арестовать его было нельзя, поскольку судебная практика требовала доказательств индивидуальной вины. Его арест стал возможен только после того, как в Германии были изменены основания привлечения к ответственности. Два года назад земельный суд Мюнхена признал виновным украинца Ивана Демьянюка лишь по факту его нахождения в охране концентрационного лагеря Собибор.

Сразу после окончания Второй мировой войны несколько тысяч ирландцев были названы дезертирами и предателями. Они лишились государственных должностей и были подвергнуты остракизму из-за того, что они вступили тогда в ряды британских вооруженных сил. Во время войны Ирландия официально была нейтральной страной, однако многие её граждане считали своим долгом уйти на фронт и воевать против нацистов. Некоторые солдаты даже дезертировали для этого из действующей ирландской армии.

На суде представители завода рассказали, что причиной увольнения стала антисемитская выходка сестер. Жительницы небольшого города Лоулера штата Айова в шутку положили пряничных человечков в игрушечную духовку. Выступившие свидетели подтвердили, что женщины ходил по цеху с игрушечной духовкой, поздравляли всех с Ханукой и объясняли свои манипуляции с пряничными человечками и духовкой тем, что «сжигают евреев».

Суд по делу о неонацистах из NSU должен был начаться еще несколько недель назад, однако был отложен из-за того, что журналистам из Турции при распределении не досталось мест в зале. Однако после обращения в конституционный суд Германии в этом вопросе был наведен порядок. В первый день у здания суда произошла стычка между полицейскими и двумя турецкими активистками, которые пытались прорваться внутрь и скандировали: «Немецкие полицейские - пособники фашистов».

На скамье подсудимых находятся Беата Чепе, которая наряду Уве Мундлохом и Уве Бенхардом входила в костяк банды, а также еще четверо активных пособников террористов. На сегодняшний день установлено более 150 помощников и укрывателей неонацистов. По версии следствия именно Беата Чепе была лидером неонацистской группировки, а остальные члены банды были послушными исполнителями ее воли. Запланировано 80 слушаний, которые будут проходить три раза в неделю. Суд заслушает более шестисот свидетелей, а обвинительное заключение насчитывает почти 500 страниц. Ожидается, что процесс затянется и завершится к январю 2014 года.